Улей Хельстрома - Фрэнк Герберт

— Я беседовала об этом со многими женщинами-матками, — ответила Фэнси, недоумевая про себя: «Что могло так встревожить старину Нильса?» Она лишь теперь заметила его напряженное состояние.

— С женщинами-матками, — повторил он.

— Конечно. Многие из нас используют гормоны, когда мы выходим во Внешний мир.

Потрясенный Хельстром только и смог, что молча покачать головой. «Благословенная Праматерь! И никто из ведущих специалистов даже не подозревал об этом! И что еще, столь же неожиданное, может твориться здесь, в Улье?»

— Друзья Перуджи захватили велосипед, — сказал Хельстром.

Молодая женщина посмотрела на него, не понимая.

— Велосипед, который ты взяла, когда тайком выбралась в город, — объяснил Хельстром.

— О-о! Работники, взявшие меня, были так настойчивы, что я забыла обо всем.

— Взяв этот велосипед, ты вызвала кризис, — продолжил Хельстром.

— При чем тут велосипед?

— Ты не помнишь, откуда этот велосипед у нас взялся?

Она приставила руку к губам, внезапно испугавшись. Когда она брала велосипед, то думала только о том, как бы побыстрее добраться до города. Она даже немного гордилась своим поступком. Фэнси — одна из немногих, кто знал, как на нем ездить. Неделю назад она демонстрировала эту способность перед инженерами и даже научила одного из них, как с ним управляться. Но сейчас в ней сработал воспитанный Ульем защитный инстинкт. Если этот велосипед свяжут с парой, отправленной в чан…

— Что я могу сделать, чтобы его вернуть? — спросила Фэнси.

«Такова она, Фэнси, — подумал Хельстром, увидев ее реакцию.

Она испугалась, когда осознала, что натворила. — Я могу лишь восхищаться ею!»

— Пока что я не знаю, — ответил он.

— Перуджи должен сегодня приехать сюда, — сказала она. — Могу ли я потребовать, чтобы он вернул мне велосипед?

— Уже слишком поздно. Его увезли на самолете. А это означает, что у них возникли подозрения.

Она кивнула. Отпечатки пальцев… Серийный номер. Она читала об этом.

«Тогда в нашем положении лучше отрицать, что этот велосипед вообще у нас когда-либо был», — решила молодая женщина.

Хельстром с грустью подумал: «Лучше всего отрицать само существование Фэнси. У нас сеть другие, похожие на нее лицом и фигурой. Возможно ли, чтобы ее отпечатки пальцев стояли на документах, которые она подписала как Фэнси Калотерми? Нет, вряд ли, ведь прошло столько времени».

— Я совершила ошибку, да? — спросила Фэнси, начиная постигать сложность проблемы, которую создала.

— Ты и другие женщины совершали ошибку, когда выносили гормоны со складов Улья во Внешний мир. И ошибкой было брать этот велосипед.

— Велосипед… теперь я понимаю, — призналась она. — Но гормоны лишь служили гарантией оплодотворения.

Даже когда она пыталась оправдаться, честность, воспитанная Ульем, заставляла Фэнси признаться самой себе, что это не объясняет, почему она и другие женщины использовали запасы Улья подобным образом. А началось все с простого эксперимента, когда она с восхищением обнаружила, как восприимчивы и впечатлительны оказались чужаки-мужчины. Она поделилась этим открытием с несколькими сестрами, которым пришлось придумать собственные истории для удовлетворения излишнего любопытства чужаков-мужчин. Наркотик, который они крали, врали они чужакам, был очень дорогим. Возможно, они больше не смогут достать его. Лучше воспользоваться, пока он у них есть.

— Ты должна назвать имена всех женщин, кто знает эту твою уловку, — сказал Хельстром.

— О, Нильс!

— Ты должна это сделать, и ты знаешь, что это пойдет на пользу Улья. Вы все дадите нам подробный отчет, касающийся реакции чужаков-мужчин. Насколько любопытны они были, кто они и сколько раз вы посещали склады Улья с подобной целью — все!

Она удрученно кивнула. Конечно, это придется сделать. Развлечение кончилось.

— На основе этой информации мы сможем сделать какие-то предварительные выводы. А затем проведем во Внешнем мире несколько экспериментов, на сей раз под нашим наблюдением и полным контролем, — заявил Хельстром. — Вот поэтому ты должна быть точна в деталях своего отчета. Все, что сможешь вспомнить, будет иметь огромную ценность.

— Да, Нильс.

Фэнси чувствовала раскаяние, но внутри ликовала. Возможно, развлечение еще не кончилось. Контролируемые эксперименты на чужаках означают использование принятых в Улье методов. А кто лучше подходит для участия в проекте, как не тс, кто уже испытывал такую тактику?

— Фэнси, Фэнси, — покачал головой Хельстром. — Улей еще никогда не подвергался такой опасности, а ты продолжаешь играть в свои игры.

Фэнси схватила себя за голову.

— Как же так? — проговорила она. — Как же так?..

— Может быть, мы будем вынуждены отправить тебя в чан, — продолжил Хельстром.

Ее таза широко и тревожно раскрылись. Она выпрямилась, испуганно глядя в лицо Хельстрома. Чан! Но она еще так молода! Впереди еще долгие годы работы в качестве матки Улья! Они нуждаются в ее способностях и умении обращаться с насекомыми. Не было никого лучше нее в таких работах! Молодая женщина стала, волнуясь, приводить эти аргументы, но Хельстром резко прервал ее:

— Фэнси! Улей — прежде всего!

Его слова потрясли ее, и она внезапно вспомнила то, о чем хотела непременно рассказать Хельстрому. Разумеется, Улей прежде всего! Неужели он считает ее моральной отступницей?

— У меня есть кое-какие сведения, — сказала она. — Это может оказаться важным.

— Да?

— Гормоны очень сильно подействовали на Перуджи. В тот момент, когда он испытывал оргазм, ему показалась, что я задала вопрос. На самом деле я ничего не спрашивала, но когда поняла, о чем он рассказывает, то начала спрашивать специально. Он еще не успел полностью придти в себя, не осознавал, что делает, просто отвечал. И мне показалось, что он говорил правду.

— Что же он сказал? Говори скорее!

— Он сказал, что приехал предложить тебе сделку. Он сказал, что после изучения найденных ими документов по «Проекту 40», ты понимаешь, они решили, что мы разрабатываем новые способы литья металлов. Стали и тому подобного. Потому, что там выделяется много тепла. Он сказал, что такое крупное открытие в металлургии может принести миллиарды. Его слова были не всегда понятны, но суть их я ухватила верно.

Хельстром после этого признания пришел в такое возбуждение, что ему захотелось вскочить и обнять ее. Да она бесценный работник! Улей через нее исполнил свою волю!

Салдо вошел в комнату как раз в тот момент, когда Хельстрома переполняло чувство удачи. Почти крича, он рассказал Салдо, о чем только что узнал. Фэнси объяснила им, что происходит: это коммерческое вторжение! Чужаки потому и подбираются к Улью, что инстинктивно чувствуют прибыль. Ничего не скажешь, дикие из Внешнего мира иногда представляли проблему в новом ракурсе. Необходимо немедленно сообщить про это открытие в лабораторию. Это может даже как-то продвинуть исследования.