Война солнца - А. Дж. Риддл

– И последний вопрос: семья Данфорта здесь, в укрытии?

Солдат смотрит в сторону, его тело деревенеет. Это и есть ответ, который мне нужен. Смотрю на список. Фамилия «Данфорт» стоит напротив комнаты F14.

– Не волнуйтесь, мы не причиним им зла, – говорю я солдату.

В этот момент солдаты, ушедшие в арсенал, возвращаются с полуавтоматическими винтовками, бронежилетами и ручными гранатами. Они раздают оружие, мы с Григорием берем тоже.

– Знаете, как этим пользоваться? – спрашивает Брайтвелл.

Я изучаю тяжелую, черную, холодную штуковину.

– В детстве у меня была охотничья винтовка.

– Эта не сильно отличается. – Она показывает Григорию и мне, как загружать магазин и гнездо барабана. – Вы просто направляете и нажимаете на курок. Только думайте о том, куда направляете.

Один из солдат передает винтовку Идзуми, но она морщится и качает головой.

– Я не могу.

– Вы можете остаться здесь, мэм, – обращается к ней Брайтвелл.

– Я хочу осмотреть людей в здешнем убежище. Они могут нуждаться в помощи, – отвечает Идзуми.

– Очень хорошо, – реагирует Брайтвелл. – Но нужно подождать, пока мы не возьмем ситуацию под контроль.

Идзуми начинает было спорить, но я прерываю ее:

– Надо прислушаться к ней, Идзуми. Это ее профессия.

Идзуми кивает.

Звучат выстрелы, близко, прямо снаружи убежища. Я слышу, как пули проходят через стены из твердого пластика, пока Брайтвелл рявкает в рацию: «Доложить!»

Один из двух солдат, которых она послала к выходу, немедленно отвечает. На заднем плане слышится стрельба.

– Я насчитал семерых нападающих, капитан.

Эхо от взрыва разносится по убежищу, а рация даже усиливает этот звук.

– Их осталось четверо, мэм.

– Могу я взять одного из ваших людей? – спрашиваю я у Брайтвелл.

Она кивает капралу в коридоре.

Григорий идет следом за мной. Когда я выхожу из комнаты, капрал идет впереди.

– Куда вы? – окликает меня Брайтвелл.

– Получить рычаг влияния.

Сверяясь с планом убежища, я спешу по коридорам, останавливаясь на каждой развилке, заглядывая за угол и пытаясь уловить признаки, что что-то не так. В одной из кладовок я нахожу то, что нужно: скотч. Все удачные планы, в конечном счете, сводятся к скотчу.

Несколько недель назад я бы не смог представить, что сделаю то, что собираюсь. Но я никогда и не думал, что окажусь в ситуации наподобие этой. Это вопрос выживания. То, что я должен сделать – для всеобщего блага. Но мне это все также не нравится.

Мы с Григорием останавливаемся по обе стороны от двери в F14. Капрал поворачивает ручку, направив дул оружия в камеру. Маленькая комната пуста, за исключением трех раскладушек, груды пайков в углу и двух обитателей: женщины моего возраста и мальчика лет двенадцати, оба уткнувшихся в свои планшеты; по лицу женщины текут слезы.

– Собирайтесь, нам нужно идти, – командую я.

– Кто вы?

– Это не имеет значения. Мы здесь, чтобы помочь. Это пока все, что я могу сейчас сказать. Мы собираемся закончить битву в этом лагере. Но нам нужна ваша помощь. Пожалуйста.

Она переводит взгляд с меня на стоящего рядом солдата, которого она, конечно, не узнает.

– Заберите только меня, не Ноя.

– Вы нужны оба, и прямо сейчас. Нужно идти.

Мы даем им несколько секунд на сборы и затем быстро ведем по коридорам в отсек Е. Я поворачиваю ручку и открываю дверь комнаты Е9. На раскладушке сидит Ричард Чендлер в одиночестве и внимательно слушает рацию. Его глаза расширяются, когда он видит меня, с винтовкой в руках.

Я быстро вхожу в комнату и вырываю рацию прежде, чем он успевает хоть что-то сказать.

– А я думал, ты на передовой, Ричард.

Он смотрит на меня, в глазах вспыхивает гнев.

– Джеймс, сдавайся прямо сейчас. Вы в меньшинстве. Враг снаружи гораздо хуже любого из нас здесь.

– Кто это?

– Лагерь № 5. Вернулся мстить. Кто, как вы думали, стрелял в тех солдат, которых вы лечили?

– Кому мстить?

Впервые он отводит взгляд.

– Вот почему ты здесь прячешься? Вы думаете, что они взломают склад? Что произошло? Ты устроил им ту же ловушку, в которую поймали нас? За исключением того, что они пробились.

Его молчание подтверждает мою теорию.

– Вы были очень самодовольны, когда держали нас под ногтем. Поэтому ты и прячешься здесь, слушаешь рацию? Готов бежать, если они прорвутся внутрь?

Он смотрит в пол.

– Все вы болтаете, пока дела не пойдут плохо. А потом первые сбегаете.

– Я спас этих людей, – выплевывает Чендлер, уставившись в пол.

– Сомневаюсь.

– Это правда.

– Почему ты вообще здесь, Ричард? В лагере № 4?

– Оказался здесь для восстания.

– Восстания эмигрантов?

– Да. Оно было назначено на день после падения астероида. Я был с начальником аппарата губернатора. Она заранее узнала о падении астероида. Я принял быстрое решение. Верное решение, должен добавить, которое спасло многие жизни. Я понял, что оружейная и крупнейший склад, находящиеся близко друг к другу, станут вероятной целью астероида. Собрал здесь самый близкий круг – в самом дальнем складе. – Он смотрит на меня. – Говори, что хочешь, Джеймс, но я спас этих людей. Вот почему они доверяют мне.

– А что с людьми снаружи? Включая женщину в ночной рубахе, с примерзшим к груди ребенком и раной от выстрела?

Он с отвращением отшатывается.

– О, избавь меня от всех этих высокопарных слов. Мы приняли тяжелое решение – ради нашего выживания. Это полный продовольствия склад на мертвой планете. Не башня из слоновой кости.

– И ты превратил его в поле боя. И сейчас этот бой закончится.

В тот же момент мне приходит одна идея. Это идеально – справедливость, которая бывает редко.

Он щурится:

– Что?

Я не могу удержаться от смеха.

– Все будет хорошо, Ричард. Не могу дождаться. Но сначала сделаю то, чего очень-очень долго ждал.

Протягиваю руку и забираю у Григория скотч. Чендлер встает, готовый драться, но я отрываю кусочек скотча и быстро заклеиваю ему рот. Капрал удерживает его, пока я оборачиваю скотч вокруг его головы и связываю его запястья. Шепчу женщине и ребенку:

– Мне правда, правда жаль.

И это действительно так. Но дело нужно сделать.