Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху - Дэвид Вонг

– О! – воскликнул я и полез в карман. – Зацени, какая херня.

Я вытащил свой менеджерский бейдж «Уолли» из кармана, куда положил его несколько месяцев/секунд назад. Это был обычный пластиковый бейдж, выкрашенный под латунь, с надписью «Д. ВОНГ» чёрными буквами. Я выставил его перед собой.

– Д. Вонг. Может означать что угодно. Просто цепляй этого плохиша на рубашку, и никто не скажет и слова.

– Так даже лучше, – ответил Джон и направился к багажнику. Он открыл дверцу и вытащил картонную коробку размером примерно в фут с каждой стороны. Он открыл верхнюю створку и показал нам: внутри были пачки перьевых ручек.

– Притащил домой с работы. Возьми с собой. Если охранник спросит, что это, ответь ему: «Ваши сраные ручки. Попросили отнести в столовую». Столовая на другом конце школы – он тебя пропустит.

– Там у каждого входа есть кнопка тревоги, – сказал я. – Советую свернуть из коридора в первый проход справа – он ведёт к боковому выходу. Жми кнопку и сваливай.

– Только не бросай ручки, – сказал Джон. – Они мне нужны.

Эми взяла коробку.

– И… допустим, дети выйдут. Что дальше?

– Подожжем школу, естественно, – я прикрепил бейдж к её рубашке. – Спалим мелких говнюков, пока не выбрались.

– Ладно.

– Хорошо, – сказал Джон. – Не вижу, что может пойти не так.

Мы вручили Эми коробку и проводили её в школу, а сами сели в «Кадди» и отъехали подальше.

Мы остановились на парковке закрытого магазина автоглушителей, стоявшего по соседству со школой. Не хотелось, чтобы кто-то вспомнил нашу машину, если начнётся расследование поджога. Мы вышли и направились за угол школы, идя по дальней стороне газона, примыкающего к улице.

Я окинул взглядом ряд маленьких окошек в основании здания и сказал:

– Вон там, третье окно слева. Оно ещё наполовину закрашено – кажется, я видел его во сне.

Мы стали ждать. Я глянул на мехопушку. Интересно, у неё кончаются патроны?

Огонь – подумал я. – Надо просто подумать об огне и нажать спуск. Огонь, огонь, огонь…

Из школы раздался резкий звон.

Первым, кто вышел на улицу, была Эми – она выбежала из металлической двери в боковой стене здания. Коробки у неё не было.

– Где мои ручки? – спросил Джон.

– У охранника! Я не хотела их отдавать, но он настаивал! Кажется, я ему понравилась. Он отнёс их в столовую, а я сказала, что мне нужно в туалет. Я нажала кнопку и побежала к выходу.

Мы перешли улицу и, стараясь не привлекать внимания, пошли по тротуару возле закрытого магазина глушителей. На лужайке учителя собирали детей в группы. Они не слишком торопились, но, с другой стороны, все наверняка подумали, что это очередные учения.

Когда вышел последний человек, мы решили подождать ещё десять минут – на случай, если кто-то отстал.

Я оставил Джона и Эми и зашагал по лужайке к окну, которое, насколько я помнил, вело в котельную.

Я огляделся, высматривая, нет ли рядом свидетелей. Таковых нашлось примерно две сотни.

Я остановился футах в двадцати от школы и направил на неё мехопушку, думая про себя: огонь, огонь, огонь…

Я нажал на спусковой крючок.

Ничего. Пушка издала звук, но больше ничего не произошло.

Кто-то шагал в мою сторону – женщина, скорее всего, учитель. Наверное, хотела попросить меня не приближаться к зданию.

Я попятился и сделал знак рукой, сообщающий, что я её понял. Я был на полпути к Джону и Эми, когда сверху послышался свист.

В небе показалась жёлтая полоса света, оставляющая за собой след из дыма.

Метеор.

Я бросился бежать. Повсюду слышались вскрики и вздохи.

Метеор с рёвом от сжигаемого воздуха влетел в основание школы, прямиком в маленькое окно.

По округе пронёсся громогласный хруст крошащихся кирпичей и рвущихся досок. Кусок кирпича влетел мне в спину, едва не сбив с ног.

Я продолжал бежать. Затем, спустя где-то три секунды после удара, раздался оглушительный взрыв разорвавшегося котла. Шар пламени и чёрного дыма вырвался из громадного пролома в стене – туда бы спокойно въехал грузовик. У меня за спиной радостно закричали и захлопали дети.

Джон и Эми уже бежали к машине. Я перешёл на шаг, чтобы не привлекать лишнего внимания. Как будто кто-то мог обвинить меня в падении метеора[11].

Мы сели в машину, Эми – на заднем сиденье. Джон щёлкнул ремнём безопасности, показал пальцем на мехопушку у меня на коленях и сказал:

– ЭТА хренотень отправляется обратно в свою сраную коробку!

Мы тронулись, проехав напоследок мимо школы. Оставшиеся подвальные окна выбило волной жара. Внутри бушевало адское пламя.

Эми заговорила:

– Слушайте, а вдруг эти твари – ну, не знаю – едят огонь, например? Мы уверены, что они мертвы?

Мы промолчали. Порой она вела себя как стерва.

– Может, стоило их затопить. Устроить прорыв водопровода, например.

Я пожал плечами.

– Устроим в следующий раз. Уверен, так тоже сойдёт.

Вдали послышался вой пожарной сирены.

– Ну а теперь, – сказал Джон, – предлагаю помыться и отвезти меня в больницу.

Я предложил заехать ко мне, поскольку это было ближе.

– Ребята, вы же видели эту башню? – спросила Эми. – Что это было?

– Было? – переспросил Джон. – Имеешь в виду вон ту хреновину вон там?

Он высунул руку из окна и показал на восток. Я ничего не увидел, моргнул – и во всё окно выросла башня, закрывая горизонт. Здоровая штука.

Я заставил себя переключить внимание. От одного её вида становилось тошно.

– Почему они просто нас не уничтожат? – спросила Эми. – Люди-тени. Почему просто не вернутся в прошлое и не сотрут нас из времени?

– Может, не могут, – предположил Джон. – А может, им просто так нравится.

– Или, – ответила Эми, – почему они не изменят прошлое так, чтобы у нас не было выбора, и мы сделали, как они хотят?

Я на секунду призадумался, затем спросил:

– Откуда ты знаешь, что они уже этого не сделали?

– Ну, – сказал Джон, держа сигарету в зубах, – в любом случае, всё кончено. И это самое главное. Теперь всё будет, как раньше.

– Ага, – удовлетворённо ответил я. – В конце концов, мы потрудились на славу.

Мы свернули на мою улицу и увидели три полицейские