Стать сильнее - Лёха

Ювелир весело расхохотался и пару раз шлепнул себя по ляжкам, а Марго поджала губы, но, как только взяла в руки коробку, то сразу же расслабилась и улыбнулась.

— Твоя взятка засчитана. Аарон Семёнович, вы подумали, куда наш товар воткнете? — она снова повернулась к ювелиру, который уже вовсю исследовал трубку.

— Как постоянный эксперт, определяющий подлинность представленных на аукционе вещей, а также дающий оценочную стоимость, я, пожалуй, смогу надавить на администрацию «Шумер» и втиснуть набор в торги, последние в этом году, которые состоятся послезавтра. Я пришлю вам приглашения, чтобы вы могли наблюдать за торгами воочию. Может быть, и себе что-нибудь присмотрите. — Ответил ювелир и снова принялся разбираться в телефоне.

— Большое спасибо, — Марго встала. — Статуэтки побудут до аукциона в вашем сейфе?

— Да, им там будет хорошо, — рассеянно ответил Аарон Семёнович и повторил. — Я пришлю вам приглашения, до скорой встречи.

Мы не стали ему надоедать, и уже через минуту я вёз Марго домой.

— Почему я всё-таки не видела у тебя трубы? — спросила она перед тем, как выйти из машины.

— Потому что я её только, когда мы к ювелиру пошли, положил в карман. До этого она лежала в бардачке. Не хотелось, чтобы зазвонила в самый неподходящий момент, отвлекла, да и пострадала. Как чувствовал, что все камни соберу, когда буду по усыпальнице кувырком кататься, — спокойно ответил я, что была истинная правда. Ведьма кивнула и вышла, сказав на прощанье, что увидимся мы в аукционном доме.

Я уже хотел было ехать домой, но тут раздался звонок. Звонили с незнакомого номера. Нахмурившись, я ответил.

— Керн, слушаю.

— Костя, это Егор Ушаков говорит, — я вздрогнул, услышав голос своего двоюродного или троюродного брата, или кем там мне приходится Егор. — Полагаю, пришла пора встретиться.

— Когда и где? — я даже не задавался вопросом, откуда у Егора трубка. Подозреваю, что она у него военного образца. Так же я не стал задавать дурацкие вопросы насчет того, а откуда он мой номер узнал? Узнал и узнал.

— Завтра в десять утра. А где ты предпочитаешь?

— На улице имени Кларриссы Морозовой есть небольшое кафе. В нём потрясающие пироги делают.

— Хорошо, значит там, — и Егор отключился, а я подумал о том, что, наверное, не зря улицу именем одной из Морозовых назвали. А потом мои мысли переключились на Егора. Неужели со Снежиными всё уже решено? Почувствовав, что сердце сделало кульбит, я заставил себя успокоиться, и вырулить на улицу. Если я хочу говорить с Егором на равных, мне необходимо, прежде всего, выспаться.

Глава 16

— Я могу поинтересоваться, куда ты намылился с утра пораньше? — я столкнулся с дедом в дверях, когда уже собирался покинуть дом. А ведь специально встал пораньше, в надежде потихоньку смыться, чтобы ни перед кем не оправдываться. Не получилось, что же, бывает.

— У меня встреча в городе, — куртка была испорчена. Подняв куртку и рассмотрев со всех сторон, я бросил её Назара Борисовичу, который поймал летящую к нему вещь, и невозмутимо повесил на руку. Я же в это время костерил себя на все лады, потому что совершенно разодрал оба кармана, вытаскивая статуэтки вчера в лавке Аарона Семёновича. Это же хватило ума туда их засунуть. Как бы то ни было, но подклад был испорчен и практически не подлежал восстановлению. Да, даже, если бы куртку и залатали, вид уже был бы не тот. Хвала богам, я не нищий, чтобы обноски носить, поэтому злополучная куртка сразу же была определена в утиль. Но для того, чтобы приобрести новую куртку, нужно было попасть в магазин. А чтобы попасть в магазин, нужно было, как минимум, выйти на улицу и сесть в машину. И тут у меня особых вариантов не было, поэтому я надел короткое темное пальто, самое нейтральное из своего не так чтобы и обширного гардероба. Альтернативой было светлое пальто, но оно зарекомендовало себя не с лучшей стороны, да ещё я никак не мог от него избавиться. Что бы я не делал, эта паскудная тряпка всегда возвращалась ко мне.

— Наверное, это действительно важная встреча, раз ты оделся как следует, — проворчал дед, разглядывая меня. — С кем, если не секрет, ты встречаешься?

— С Егором Ушаковым, и нет, это не секрет, — тайны в этом никакой не было, при желании о том, с кем я встречаюсь, можно было узнать без особых проблем. Да и для случайных свидетелей, если нас узнают, какая разница, зачем довольно близкие родственники решили встретиться. Кроме меня и Егора это совершенно никого не касалось.

— Неужели, — дед резко захлопнул дверь перед моим носом, которую я успел открыть. Оттолкнув меня плечом, он встал спиной к двери и ко мне лицом. При этом дед хмурился, да так, что брови, казалось, срослись на переносице. — Помнится, кто-то обещал мне, что разберется с газетой. Или ты приобрел её чтобы она просто была? Почему ты всё ещё не посетил редакцию и не познакомился с сотрудниками? Или тебе для этого нужен определенный настрой?

— Я... — ответить мне было нечего. Я вообще забыл про эту чертову газету. Даже не помню, как её название. И совершенно не представляю, что с ней делать. На хрена я послушал Подорова и стребовал с Водникова именно её в качестве отступного? Вот что я с ней буду делать? Какие события, нужные для клана, нужно освещать?

— Ты забыл, я прав? — дед скрестил руки на груди, прервав мои судорожные попытки что-то придумать, чтобы не выглядеть совсем уж жалким.

— Да, я забыл, — я мрачно взглянул на него. — Мне было некогда заморачиваться ещё и газетой. Как-то же они просуществовали до этого момента? Никто не жаловался и не прибегал, заламывая руки, что им срочно нужен хозяин. К тому же газета ещё не прошла аккредитацию, насколько мне известно.

— И чем таким безусловно важным ты был занят, например, в последние два дня? Я ведь тебя два дня как не вижу, не так ли? —