Учитель для ангела - Елена Райдос

— Должен признаться, что мои мотивы для вступления в ряды ратава-корги не были столь бескорыстны, — Госер быстренько перевёл разговор с болезненной темы на себя. — Меня всегда возмущал запрет Совета на посещение Игры для простых аэров. В конце концов, это ничем не обоснованный произвол, а уж стирание памяти было просто варварством, а может, и диверсией.

— Ты просто не понимаешь, — в глазах Вена вмиг разгорелось пламя истинно верующего, — стирание спасло Аэрию от деградации и хаоса. Раньше два мира не были разделены барьером, и аэры могли свободно перемещаться между ними. Игра стала настоящей приманкой для наших амбиций, и группы игроков, разбившись на кланы, принялись насаждать аватарам свои представления о картинке реальности. Причём кланы постоянно враждовали между собой, так что мир Игры разбился на совершенно непохожие друг на друга локации.

— Так ведь на то и Игра, чтобы развлекаться, — возразил Госер. — Зачем нужно было возводить этот барьер и жёстко ограничивать доступ в Игру кругом избранных членов Пятёрки? Что плохого в том, чтобы дать аэрам возможность управлять игровой реальностью по своему усмотрению?

— Ты правда не понимаешь? — губы Вена искривились в презрительной усмешке. — А чем, по-твоему, мир Аэрии принципиально отличается от мира Игры? Да ничем, — ответил он на свой риторический вопрос, — в мироздании все миры строятся по единому алгоритму. Реальность сотворяется в умах жителей мира, и происходит это в полном соответствии с теми смыслами, которые доминируют в их общем информационном поле.

— Ну правильно, — Госер ничуть не смутился, — это и даёт возможность аэрам управлять Игрой. У здешних аватаров ум не настолько развит, чтобы создавать свои смыслы, а уж делать их доминирующими им вообще не под силу.

— Зато это под силу аэрам, — отрезал Вен, — и никто не смог им запретить переключиться с мира Иры на Аэрию. Потренировавшись на примитивных аватарах, отдельные кланы решили, что могут делать то же самое в собственном мире.

— Что-то я ничего не слышал о множественных локациях в Аэрии, — Госер вопросительно склонил голову.

— Потому что Совет Пятёрки прекратил эти опасные эксперименты, — пояснил Вен.

— Так и знал, что это они запустила стирание, — в голосе Госера послышались угрожающие нотки. — Кто дал им право решать за всех аэров?

— Ты хотя бы приблизительно представляешь, что такое стирание? — вопрос тоже был чисто риторическим, поскольку об этом катаклизме знали абсолютно все аэры. — Чтобы изолировать зарвавшихся игроков, потребовалось изменить алгоритм перевоплощения в целом мире. Ты правда веришь в то, что эти жирные коты из Совета смогли бы хакнуть программу Создателя? — Вен горько усмехнулся. — Поверь, это сделал настоящий программист, но за своё гениальное творение он получил лишь всеобщую ненависть, а главным бенефициаром стирания стал Совет. Теперь только Пятёрка имеет возможность программировать реальность как мира Игры, так и Аэрии.

— Если честно, я не понимаю, зачем им в таком случае вообще нужна Игра, — Госер недоверчиво покачал головой. — Они что, тренируются на аватарах?

— Чтобы сделать доминирующим тот или иной ментальный концепт, загружаемый в общее инфополе аэров, требуется накачать его энергией, — пояснил Вен с таким видом, словно сказал сущую банальность.

— Ну и что? — Госер нахмурился, пытаясь связать два факта, которые на первый взгляд выглядели совершенно независимыми. — Они качают энергию из мира Игры? Но зачем для этого устраивать соревнования между кланами Пятёрки?

— А откуда, по-твоему, берётся эта энергия? — в глазах Вена загорелись хитрые искорки.

— Ископаемые? — на вскидку предположил Госер, чем вызвал истеричный смех своего собеседника. — Ну ладно, сдаюсь, — проворчал он. — Объясни, причём тут Игра.

— Ты же знаешь, что Абсолют, который является источником всего проявленного, постоянно проявляется в виде различных форм? — снисходительно поинтересовался Вен.

— Не тяни, — буркнул оскорблённый его тоном собеседник, — объясняй по существу.

— Так это и есть самая суть, — Вен и не подумал сменить амплуа мудрого профессора на что-то более подходящее для дружеской беседы. — Это непрекращающееся движение лежит в основе жизни. Именно поэтому Игре не требуется внешний источник энергии, она сама по себе является таким вечным двигателем, ведь сознания аватаров имеют ту же природу, что и Абсолют, а значит, тоже постоянно создают всё новые и новые вибрации. Всего-то и нужно направить энергию, заложенную в саму структуру мироздания, в нужное русло. Угадай, что является таким каналом.

— Доминирующий ментальный концепт, — ошарашенно прошептал Госер.

— Умница, — похвалил его зарвавшийся профессор. — А приз в виде дармовой энергии, как ты понимаешь, получает автор концепта. Выкачанная таким образом энергия идёт на запуск нужных кланам смыслов уже в инфополе нашего мира. По-моему, схема просто гениальная. Она строится исключительно на уже доказавших свою жизненность идеях и в то же время не позволяет одному из кланов захватить власть.

— Так ты вовсе не являешься оппозиционером? — Госер с удивлением уставился на своего напарника.

— Разумеется, нет, — скривился Вен. — Откуда такая дикая мысль?

— Но ты же нарушаешь законы Аэрии, — возмутился его напарник, — мы ведь находимся в этом мире нелегально.

— Задача ратава-корги состоит вовсе не в том, чтобы разрушить существующий порядок, — Вен снисходительно потрепал своего напарника по плечу, — она очень узкая и прагматичная: мы должны вернуть домой пострадавших от стирания аэров. Если у тебя были иные цели, то ты явно выбрал не ту сторону.

— А как же справедливость? — вспыхнул Госер. — Неужели тебя совсем не задевает, что какие-то мерзавцы возомнили себя богами и навязывают картинку реальности целому миру? Даже двум мирам, — поправился он.

— В мироздании вообще не существует ничего идеального, — самопальный философ снова влез на своего любимого конька, — нет такой системы управления, которая нравилась бы всем объектам этого управления. Это нереально. Единственным критерием тут можно считать работоспособность системы. Наша система работоспособна, с этим не поспоришь. Она работает уже сотни лет без существенных сбоев, да и тот факт, что она позволила аэрам выпутаться из грозившего нам хаоса, говорит сам за себя.

— Вот только почему-то мы уже не можем обходиться без сталкеров, — Госер угрюмо покачал головой. — С чего бы взяться деградации при всеобщем благоденствии?

Что тут скажешь? Обломал дилетант философа в самый момент его кажущегося триумфа. О снижении когнитивных способностей жителей Аэрии говорить было не принято, да и знали об этом только те, кто был непосредственно связан с Игрой. Аэров, способных преодолевать барьер между мирами, становилось всё меньше. Это означало, что очень скоро проход между мирами попросту закроется, и тогда источник дармовой энергии иссякнет. Собственно, миру Аэрии это ничем не грозило, поскольку сознания аэров были способны поддерживать его существование, но энергия была нужна Пятёрке для