Дар Юпитера - Тимоти Зан

Хотя, может, то же самое происходило везде, в том числе и на экваторе. Он ведь еще очень многого не знал.

Однако конкретно в данный момент эти академические проблемы волновали его меньше всего. Высшим приоритетом была еда, а он ничего не находил. Может, как говаривали когда-то парни в бизнес-школе, пришло время перейти к варианту Б.

Только и варианта Б не было, вот беда.

Правда, он мог вернуться к своему первоначальному плану и, продолжив путь на север, полностью покинуть территорию джанска. Но это означало бы стать отшельником, а он уже понял, что не создан для такой жизни. Или он мог подняться на Уровень Один, держась подальше от стад с их Защитниками, и попытаться связаться с «Юпитером-Главным». Но они наверняка начнут допытываться, почему он молчал так долго, а у него не было ни малейшего желания рассказывать им о происшедшем. Да и что они, в сущности, могли сделать для него?

Или он мог вернуться назад, пересечь экватор в другом направлении и посмотреть: может, в южном полушарии жить легче, чем в северном? Но это означало проплыть через самые густонаселенные районы джанска, а между тем Латранесто наверняка дал указания всем Производителям, Защитникам и Советникам отыскать его. Выслушивать нотации от Латранесто ему хотелось еще меньше, чем от Гессе и Фарадея.

Кроме того, где-то там же плавали вместе Пранло и Драсни. И увидеть их сейчас было бы для него смерти подобно.

Рейми снова вздохнул, почувствовав, как оживает глухая сердечная тоска. Драсни. Сто сорок дней прошло, а он все еще не может забыть ее.

И, наверно, никогда не забудет. Ее образ, окутанный покрывалом боли, сохранится в сердце до самой смерти.

Кстати, о смерти. Может, это единственный оставшийся ему вариант Б. Казалось, сейчас его жизнь потеряла всякий смысл. Для всех лучше будет, если он уйдет. Может, когда в следующий раз сивра нападут на него, он просто не станет оказывать сопротивления. Так будет лучше для него. Лучше для всех.

Давным-давно, в прошлой жизни, когда он был парализованным человеческим существом, Фарадей что-то толковал об удивительном даре, который он и джанска предлагают Рейми.

Ничего себе дар.

— Что, досталось тебе от Фалкаро? — спросил голос у него за спиной.

Испугавшись, Рейми резко повернулся. Позади него парила крупная женщина, больше, чем Защитник, прогнавший его со своей личной делянки дрокмура. Скорее всего, Советница, догадался он. Как и у ворчливого Советника, ее кожа была усеяна буграми и выступами — следами прошлых битв.

— Прости, — пробормотал он, — ты о ком?

— О Фалкаро, — повторила она, шлепнув хвостом в том направлении, откуда появился Рейми. — Этот старый ворчун. Я спросила, досталось ли тебе от него.

— В общем, нет, — ответил Рейми. — В смысле, он не причинил мне вреда, просто не позволил поесть. Похоже, он думает, что в пределах досягаемости вся еда принадлежит ему.

— Ты, похоже, тут новичок. Здесь, вероятно, не так цивилизованно по сравнению с тем, к чему ты привык.

Рейми сердито посмотрел на нее.

— Откуда тебе знать, к чему я привык?

— Акцент выдает тебя, — ответила она с улыбкой. — Ты с Центральной Линии. Каким ветром тебя занесло в такую даль?

— Ну, просто… исследую, — осторожничая, ответил Рейми.

А вдруг распоряжение Латранесто дошло и сюда?

— Ну-ну. — Ее тон не оставлял сомнений, что она ему не поверила. — Но прежде всего ты, по-моему, голоден, а? Поправь меня, если я ошибаюсь.

— Нет, ты не ошибаешься, — признался он. — Я даже не смею надеяться, что ты знаешь, есть ли поблизости еда… — Он шлепнул хвостом в сторону личного «королевства» Фалкаро. — На которую никто не предъявляет претензий.

— М-м-м… — Она оглядела его сверху донизу. — Представь себе, знаю. Скажи, как ты переносишь давление?

Рейми нахмурился.

— Обычно нормально. А что?

— Ну, мне случайно стало известно, где на Уровне Пять есть очень хорошие побеги.

Он состроил гримасу. Уровень Пять. Это все равно, что Европа.

— Не думаю, что смогу опуститься так глубоко.

— Да, мне тоже так кажется, — сказала она. — А если бы ты уже оказался там, то перенес бы это давление?

— Не знаю, — немного раздраженно ответил Рейми. Какой смысл обсуждать этот вопрос, если он не в состоянии туда опуститься. — Наверно.

— Хорошо. Тогда не двигайся.

Она всплыла чуть повыше и остановилась прямо над ним.

— Что ты делаешь? — сердито спросил он.

— Сказала же, не двигайся, — ответила она, мягко поводя плавниками. — Ну, вперед!

С громким свистом сжав свои плавательные пузыри, она начала опускаться.

И Рейми, удерживаемый ее мощными плавниками, опускался вместе с ней.

— Меня зовут Белтренини, — странно приглушенным голосом сказала она. — А тебя?

— М-м-м… Раймо, — сымпровизировал он.

Вдруг и до здешних мест докатилась молва о странном получеловеке-полуджанска по имени Манта.

— Как-как? — спросила она.

— Раймило, — поправился он, вспомнив, что как Производитель должен добавить к имени лишний слог.

— Интересное имя. Кажется, я никогда не слышала его раньше. Почему же ты оказался здесь в одиночестве?

— В каком смысле?

— В смысле, без супруги, — ответила она. — Ты ведь Производитель, верно? Почему же не занимаешься своим делом?

Рейми состроил гримасу.

— Я не хотел бы обсуждать этот вопрос.

— Да брось ты! Я ведь Советница, не так ли?

— Это чисто вопрос возраста, — резко напомнил ей Рейми, — и вовсе не означает умения и способности в самом деле давать советы.

— Не слишком-то уважительно, Производитель Раймило. Да, все, что я имею, — результат возраста и опыта, но и того и другого у меня побольше, чем у тебя. А? Поправь меня, если я ошибаюсь.

На мгновение Рейми охватило сильнейшее искушение перечислить все, что он вынес из своего жизненного опыта, начиная от науки организации бизнеса, которой он овладевал как раз перед тем, как так неудачно скатился с заснеженной горы. Это, наверно, заставило бы ее заткнуться.

Он преодолел искушение и смиренно сказал:

— Ты права. Извини.

— Так-то лучше. И теперь давай выслушаем твою историю. Начиная с того, почему ты не плаваешь в компании симпатичной Производительницы.

— Я высоко ценю твою заботу, — увильнул от ответа Рейми, приняв решение.

Может, и впрямь она готова доставить его в то место, где есть еда, но — не ценой излияний. Ему даже думать не хотелось о Драсни, а уж тем более обсуждать ее с какой-то чрезмерно любопытной незнакомкой. Рейми согнул плавники и начал покачиваться, пытаясь освободиться.