Неспящие - Чарли Хьюстон

Охранница, которая шагнула к веревке, указала им на уставившуюся в пол очередь вдоль ближайшей стены.

— Прошу вас занять место в конце очереди. Если Кейджер сегодня будет раздавать автографы, то только в порядке очереди.

Бини поднял руку:

— Кейджер.

Охранница положила руку на рукоятку пистолета.

— Прошу вас не обращаться к Кейджеру, сэр.

— Кейдж, это Бини.

— Прошу вас отойти от веревки, сэр.

Бини приподнялся на носки, стараясь заглянуть ей через плечо.

— Эй, это я, Бини; я хотел поговорить с тобой насчет того, о чем мы говорили в тот раз.

Охранница сделала шаг вперед и уставилась прямо в лицо Бини.

— Ты, козел, ты вежливого языка не понимаешь? Тебе сказали оставить Кейджера в покое и отваливать в конец очереди. А лучше вали из клуба, пока тебе не продырявили задницу и не выкинули на улицу.

— Спокойно, Имелда.

Она отодвинулась.

— Сэр?

Пальцы Кейджера застыли, и он сделал знак.

— Все нормально. Иди встань рядом с Магдой и продолжай производить сексуальное и опасное впечатление.

Ее идеальные ноздри раздулись.

— Сэр?

Кейджер стучал по клавишам, набирая кому-то сообщение.

— Позируй. Когда ты подходишь, это лишает картину всей гармонии. С этим могут справиться и клубные вышибалы. Если ничего серьезного не происходит, я хочу, чтобы вы с Магдой оставались на месте и сохраняли композицию. Если возникнет ситуация, как в тот раз, в Тихуане, когда те типы пытались меня захватить, можешь переломать им коленки, а Магда может прострелить им ладони, как там. А пока я очень хочу, чтобы вы не нарушали целостность картины.

Имелда полукивнула:

— Слушаюсь, сэр.

— Да, и еще, пожалуйста, зови меня «босс».

— Да, босс.

— Спасибо.

Она вернулась на позицию, ее напарница стала напротив, обеспечивая максимальный охват периметра.

Движение пальцев Кейджера свелось к одному и тому же действию: он много раз подряд ударял по одной кнопке.

— Бини.

— Здорово, Кейджер.

— Бини, ты добыл мне «Кодекс Стремлений»?

Бини посмотрел на Парка, закатил глаза с видом «я же тебе говорил» и покачал головой:

— Нет, чувак, не добыл.

Кейджер трижды яростно ткнул в одну и ту же кнопку, потом нажал и не отпускал.

— Так чего ты ко мне пристаешь? И чего я не дал Имелде засветить тебе электрошокером? Я хочу взломать «Опору Вершины» и не могу начать без «Кодекса».

— Ну да, знаю. Я думал, что добуду, но меня задержали, потому что сделка, которую я пытаюсь заключить, зависит от третьего лица. Как только дело прояснится, как только Хайдо мне скажет, что та сделка заключена, у меня будут свободны руки и я смогу достать тебе «Кодекс».

— Мать твою!

Кейджер поднял руку и швырнул телефон на пол. Экран тут же погас, крошечные клавиши с цифрами и буквами разлетелись, и рябь молчания пробежала по кругу прихлебателей.

— Логанред. Я целую неделю бился, хотел купить «Молот Наивысшей Ярости». А этот тихоня делает блиц-ставку и выигрывает аукцион в последнюю наносекунду. Какой смысл торговаться, если используешь программу, которая сделает ставки за тебя? Я не могу вообще понять такой образ мыслей. Логанред. И что, он теперь чувствует себя победителем?

Парень на банкетке, одетый в черный сюртук и красные джинсы, заправленные в черные байкерские башмаки, поднял дымчатые линзы своих прямоугольных коррекционных очков.

— Тебе не нужен «Молот Ярости», Кейдж. У меня есть «Молот».

Кейджер собрал обломки телефона и коротко стриженным ногтем большого пальца поддел дверцу сим-карты на задней панели.

— Да, Эдриан, знаю. Весь смысл иметь собственный «Молот» состоит в том, что во время кампании ни ты, ни твой «Молот» мне больше был не нужен.

Он вытащил из слота кусочек позолоченного голубого пластика.

— Вот почему я так расстроился. Потому что теперь мне придется лишнюю ночь терпеть твой неоригинальный стимпанковый шик.

Он повернул голову в сторону парня, вытащил из кармана расческу, провел по голове резкими взмахами.

— Ты знаешь, Эдриан, что все над тобой смеются? Этот заводной значок на лацкане и этот аскотский галстук — они претенциозные. Почему нельзя надеть нормальные джинсы с футболкой? Ты не клевый. Быть не клевым — нормально. Ты просто перестань так сильно стараться. Ты же выставляешь себя в нелепом свете.

Эдриан опустил затемненные линзы на глаза, но уже после того, как там явственно блеснули слезы.

— Отлично, тебе не нужен мой «Молот». Отлично, брат.

Он поднялся.

— Тогда можешь идти в «Тессерактовую Синклиналь» без меня, и посмотрим, что получится.

Кейджер пожал плечами:

— Если хочешь обижаться, обижайся. Но я не о том. Я только хотел тебе помочь.

Он показал на узловатый пластмассовый цилиндрик в руках у Эдриана.

— Можешь оставить себе этот инфракрасный монокуляр, раз он так тебе понравился. И сам можешь остаться.

Эдриан понажимал какие-то кнопки на боку цилиндра.

— Спасибо, Кейджер. Я не хотел вести себя как скотина, и ничего такого.

Кейджер покачал головой:

— Да садись, Эдриан. Даже если б ты и хотел вести себя как скотина, у тебя ничего бы не вышло. Ты хороший. Раз такое дело. И раз у меня все равно еще нет своего «Молота». Так что мне без тебя пока не обойтись.

Эдриан опустил голову.

— Ладно, ладно, вот посмотришь. Я тебе пригожусь в «Тессеракте».

Кейджер отвернулся и сунул руку в мятую и потрескавшуюся кожаную сумку, которая стояла у него между ног.

— У Хайдо нет «Кодекса», Бини. Если б был, я бы купил у него. Я всегда сначала покупаю у Хайдо. Он надежный. Я покупаю у Хайдо. Потом покупаю у других. А потом уже обращаюсь к тебе. Как к последнему средству. А у тебя нет моего «Кодекса».

Бини вертел ремешки-липучки своих велосипедных перчаток.

— Я знаю, что у Хайдо нет «Кодекса». Но он выступает посредником в сделке с целым комплектом артефактов, который я собрал для одного клиента. Как только мы с этим покончим, у меня будет все нужное для того, чтобы провернуть сделку с «Кодексом».

Кейджер достал из сумки телефон, точно такой же, как «Нокия», которую он только что разбил, и стал его рассматривать.

— Когда ты разговаривал с Хайдо?

— Хм… вчера?