Драконьи когти - Денис Кащеев

В последнее же время, когда возвращение Александры в драконью кровь из отдаленной и туманной перспективы, каковой оно казалось когда-то, превратилось в дело самого ближайшего будущего, вопрос о судьбе Ливии встал уже совершенно в ином ключе. Во время следующего явления Владыки Александра уйдет, но Храм не должен опустеть. Республике Константина нужна Констанция, и лучшей кандидатуры, чем выросшая в Храме Ливия, придумать было невозможно.

Идея эта родилась не в голове Александры – надо признать, она вообще не задумывалась о том, что и как пойдет в Республике после ее ухода. Ее высказала Юлия, а ее устами – Владыка. А значит, так тому и быть.

Пока же Ливия продолжала играть прежнюю роль – жрицы, старательной и верной помощницы и единственного человека в Республике, видящего Вещую Констанцию иначе, чем восседающей на высоком троне в золотой маске.

Александра сидела перед зеркалом, заботливо расчесывая деревянным гребнем свои по-прежнему великолепные черные волосы, когда в ее будуар без стука – как обычно – проскользнула жрица с охапкой благоухающих свежих цветов в руках.

– Доброе утро, Констанция, – птахой пропела она и принялась расставлять цветы по вазам.

– Доброе утро, Ливия, – улыбнулась Александра. – Лесные тюльпаны? Последнее время они редко появлялись здесь.

– Последнее время просто не было достойного повода, – ответила жрица, не прерывая своего занятия.

– А сегодня, значит, он появился?

– Именно так.

– И каков же он?

– Раскрытие тайны! – весело заявила Ливия.

– Тайны? О чем это ты? – отложив гребень, Александра повернулась от зеркала к помощнице.

– О поручении, полученном мной позавчера. Касающемся тех двух студентов с именами перегринов – Елены и Эдуарда.

– И что, там действительно оказалась сокрыта тайна, достойная лесных тюльпанов?

Сама Александра в этом почти не сомневалась, а вот в том, что тайна может быть раскрыта столь быстро, уверена отнюдь не была.

– На мой взгляд – именно так. Но судить тебе, Констанция.

– Что же, тогда не тяни и рассказывай! – потребовала Александра.

– Одну минуту, только закончу с цветами… С кого начать – с мальчика или девочки?

– С мальчика, – ответила Александра прежде, чем успела задуматься над вопросом.

– С мальчиком как раз все банально и неинтересно, – поставив последний букет на подобающее ему место, проговорила Ливия, усаживаясь на обитую пурпурным бархатом скамью на изогнутых золоченых ножках. – Но с него – так с него. Его полное имя – Эдуард Минор Спурий. Ему шестнадцать полных лет, семнадцать исполнится через два месяца. Его мать звали Октавией, она была дочерью прокуратора Тита, служившего управляющим в мансионе Антония. Кто был его отцом – неизвестно. Утверждалось, что того также звали Эдуардом, что был он всадником и трагически погиб еще до рождения мальчика, но никаких подтверждений этому в архивах найти не удалось. Весьма вероятно, что отца-всадника выдумал старый Тит, чтобы скрыть какую-нибудь менее приглядную историю…

– Да нет… – покачала головой Александра. – Похоже, ничего он не выдумал…

– Септимус доложил что-то такое, о чем не смогла выведать я? – ревниво нахмурилась Ливия.

– Не Септимус… Цейоний.

– Талант Цейония велик, но намеки, выдаваемые им, не всегда прозрачны, – заметила жрица.

– Здесь ты права. Но этот прозрачнее слезы юной девушки…

Ну Октавия! Ну подруга! Как чувствовала ведь – не хотела оставлять их наедине! Как чувствовала! И вот, получи! С Эдуарда какой спрос – он был не в себе, медикус Луций специально предупреждал на этот счет, но Октавия-то все прекрасно понимала! Вот тебе и пай-девочка, студенточка, оратор-недоучка…

– Где она сейчас? – спросила Александра.

– Мать Эдуарда? – верно поняла вопрос Ливия. – Умерла вскоре после родов. Дед – Тит – тоже вскоре умер, но оставил после себя деньги, которых хватило внуку на получение неплохого начального образования. Интернат Тиберия и грамматическая школа. Не совсем понятно, откуда у простого прокуратора оказались такие сбережения – его жалование было невелико, и жил он отнюдь не богато.

– Как раз понятно, – хмыкнула Александра, вспомнив о завещанной прокуратору капсуле оруженосца. Ее собственной капсуле! – Не обращай внимания, – поспешно добавила она, заметив, что Ливия смотрит на нее с нескрываемым недоумением, – это я так. Продолжай.

– Собственно, по Эдуарду почти что все. После грамматической школы он поступил в школу риторскую, причем на государственную стипендию. Считается одним из лучших студентов курса, хотя и незаметно, чтобы прилагал к учебе значительные усилия. Учится вместе с Еленой, к которой, несомненно, питает нечто большее, чем просто дружеские чувства. С ней они, к слову, знакомы с раннего детства, со Школы Тиберия. Как и с Виктором, курсантом кавалерийской академии.

– У космоса завидное чувство юмора, – задумчиво пробормотала Александра. – Или, может быть, у хаоса?.. Ладно, с мальчиком все ясно. И пока в упор не вижу, что послужило поводом для появления сегодня в Храме лесных тюльпанов.

– О, повод есть, – заверила Ливия, – и еще какой! Но – обо всем по порядку. Итак, девочка. Елена. Ее мать действительно звали Алисой, и это была перегрина. Когда Елене было около трех лет, Алиса была продана в долговое рабство. Приобрел ее известный в около-судебных кругах оратор Турус, он же приютил у себя девочку. Однако через год он продал рабыню Республике. Впоследствии Алиса сменила нескольких хозяев. Последним был некий публикан Гай. Принадлежа ему, Алиса тяжело заболела и вскоре умерла – за два с половиной года до истечения срока рабства. Однако перед смертью хозяин даровал ей свободу. В результате Алиса умерла не как презренная рабыня, тело ее предали огню, а прах развеяли над форумом.

– Что ж, полагаю, нашу девочку утешит, что ее мать умерла свободной, – кивнула Александра. – Но, как я понимаю, это еще не все?

– Нет, и впереди самое интересное. В Республику Константина Алиса прибыла не одна, и мне удалось разыскать ее спутника. Это раб по имени Гийом, в настоящее время принадлежащий Республике. Его-то рассказ и послужил причиной покупки лесных тюльпанов. Но, думаю, услышать его тебе следует из первых уст.

– Несомненно, – согласилась Александра. – Но общий смысл я бы хотела узнать заранее от тебя. Самое главное.

– Самое главное? – хитро прищурилась Ливия. – Что ж, самое главное: если верить этому Гийому, отцом Елены был принц из варварского Королевства, перед своей смертью признавший не родившегося еще тогда ребенка Алисы своим законным наследником.