Братство - Алексей Рудаков

— Чего грязь на борт тащишь? Пошли, поговорим, — кивнув рекрутированным парковщикам, старпом взял меня за рукав и потащил по коридору в сторону камбуза. Отойдя от лифта шагов на полста, он рывком прислонил меня к переборке и, сложив руки на груди, встал напротив:

— Сэм… Скажи мне, только так — что бы я понял, ты — идиот?

— Нет. Нет, старпом, я не идиот.

— Уверен?

— Ну да.

— А вот я — нет! Потому, что, — он чуть отстранился и начал демонстративно загибать пальцы у меня перед лицом. — Только идиот пойдёт добровольцем в абордажную партию. Ты хоть знаешь, сколько они живут?

Я отрицательно мотнул головой.

— И лучше тебе не знать. Далее — только дважды идиот будет напрашиваться в абордажную партию. По той же причине! Третье — и только абсолютный дебил полезет с шашкой на чужого.

— Я с саблей был, — попробовал поправить его я, но он только отмахнулся. — Тебе свезло. Сказочно, понимаешь? Вот шлёпнули бы тебя там и что? А народ, заметь — весь экипаж, все жрать хотят. И, как минимум, раза три в день! Ты об этом подумал?!

— Плов на камбузе, готовый. Самарин ты чего привязался?!

— Я? Привязался?! Если б я тебя по Баблюсу не знал, тогда да — захотел сдохнуть по раньше — да пожалуйста. Дохни! Хочешь — при абордаже, хочешь — в шлюз выпрыгни. Я только платочком помашу, провожая. Но!

— У тебя что — даже платочек для этого есть? — Мой вопрос застал его врасплох и он на несколько секунд замер, пытаясь сначала понять — что я спросил, а после — пытаясь восстановить свою логическую цепочку.

— Короче, Поп! Я, как номер два на корабле — запрещаю, слышишь За-пре-ща-ю! Тебе нос показывать из своей норки во время абордажей! Ты. Меня. Понял?

— Понял. Вопрос можно?

— Ну?

— Ты что — издеваешься? Это тут у вас так принято — над новичками измываться, да? Типа — традиция такая? — Заметив, что он начал набирать в грудь воздух — готовясь к сокрушительному ответу, я замахал руками. — Нет, погоди! Дай и мне высказаться. Мне — не свезло! Подстава это была — и ты, да — ты, ты в курсе её был. С самого начала! Чего отворачиваешься? Нет уж — слушай! Захотел бы ты — меня Роже отшил моментом. Не кривись — когда моё сафари закончилось, меня пинками выгнали. Молчишь? Сказать нечего?

— Всё сказал? — Самарин дождался окончания моей тирады и когда я кивнул, улыбнулся. — Сэм. Весельчак в тебе не ошибся — ты действительно хочешь наравне с остальными быть.

— Ну не балластом же.

— Не спеши. Всему своё время. Ты только что прошёл первый этап, первое испытание и…

— Так это что — вы меня испытывали получается?

— Ну да. Пойдёшь или нет, откажешься — посчитав риск высоким, а отмаз — я про твой шлем, достаточным. Как в бою среагируешь — ты вон, в драку полез, хотя мог и отступить. Ну и сейчас, — он заржал. — Блин! Видел бы ты себя со стороны! Глаза горят, сам — едва не подпрыгиваешь в праведном гневе, что подраться не дали. Да, — он вытер глаза. — Так не сыграть.

— И что? Я — прошёл испытание?

— Первое, но далеко не последнее. Братство — это сложная система, понимаешь? Свои законы, мораль, ранги.

Я кивнул, соглашаясь с ним и одновременно осознавая, что фактически ничего и не знаю про это самое Братство. До этого момента я полагал, что все эти люди — обычные бандиты, отщепенцы, отбросы — которых общество выдавило из нормальных миров и которые зарабатывают себе на жизнь подобными криминальными делами.

— Расскажешь? Я же действительно про вас… ээээ… про нас — ничего не знаю.

— Не сейчас, — он улыбнулся и развёл руками. — Напомню, что мы сейчас несколько того — заняты. Да и градус твой пока слишком высокий — не дорос ты пока серьёзной информации.

— Высокий? Это как?

— Горячий ты. Эмоций много. Вот остынешь, со временем, тогда и поговорим.

— Ну, извини, какой есть!

— Ну а раз у тебя времени свободного так много, что ты по абордажам шляешься, то вот над этим и подумай. Для затравки скажу, что я — Метан, а Весельчак наш — Кислород. Давай, шевели извилиной, Братству умные люди ох как нужны!

Кивнув на прощанье, он быстрым шагом двинулся к рубке, оставив меня в одиночестве стоять посреди коридора. Проходя мимо всё так же стоявших с оружием наизготовку парковщиков, он махнул им рукой приказывая оставить пост, и парни двинулись за ним, на ходу закидывая карабины за спину, и взваливая копья на плечо.

Это что же получается? Они только меня ждали, да? А я вот прошёл и всё — пост снимать можно? Чего они боялись? Или нет, не боялись — предотвращали чего-то, что я мог сделать? А что я мог сделать? Да ничего…

Или… Мда…

…Или я мог, пользуясь тем, что серьёзных бойцов на борту нет, прорваться скажем к реактору и… И потребовать, чего хочу.

Хоть доставки на столичный мир. А что — вполне мог это провернуть — вернулся по-тихому, взял ствол из заначки и туда. И пофиг, что ствола нет — мог он быть? Мог!

Я помотал головой — вот же бред в голову лезет! Понятное дело, что я подобное делать не собирался — даже в теории, но они-то этого не знали, вот и перестраховались. А Самарин, значит, что-то во мне увидел, поверил значит, что я ничего подобного делать не стану.

Ха! А я вот возьму — и сделаю! Топор для рубки мяса есть, я в броне — во как их морды вытянутся, когда я весь такой боевой, да с топором над реактором!

Да уж… Паранойя как она есть. Но что радует — не у меня одного. Может это заразно в данной вселенной?

— О! Сэм! Здоров! — Навстречу мне шли двое из ребят Деда — главного механика Жнеца.

Дедами тут звали всех старших, или главных, механиков по кораблю. Наш, в добавок, отзывался на позывной — Гусь, и был, для меня, полумистической фигурой. Начнём с того, что я Гуся ни разу не видел. Он не приходил в кают-компанию есть — мою стряпню ему таскали младшие механической группы, для чего в комплекте посуды был предусмотрен целый набор разногабаритных судков — увидев которые я поначалу удивился, и только получив личные разъяснения, от Весельчака, понял их назначение.

Ни разу за всё время своего пребывания на борту я с ним — с Дедом, не пересёкся, хотя первые дни облазил практически весь корабль.

— Дед? Да вот только что здесь был. — отвечали на мои вопросы, перепачканные смазками и тех жидкостями мехи. — Наверное к валу третьей башни пошёл, грелся он. Вал.

Ну а поскольку всё общение с ними, да и со всеми другими членами экипажа заканчивался одинаково — стандартным вопросом «— ачтоунассегодняпожрать?», то я быстро свернул свои попытки установить знакомство со всем экипажем.

Зачем? Чего напрягаться-то? Жрать захотят — сами прибегут.

Шедшая по коридору парочка, наверное, только что сменились и сейчас парни двигали отдыхать, по инерции продолжая обсуждать какой-то сбой в каком-то втором контуре какого-то охладителя. Признаюсь — я понял только несколько слов из их беседы, невольно став её участником.