Стать сильнее - Лёха

— Ой, больно же, — я вскочил с кровати и запустил в кота подушкой. На что тот посмотрел на меня, как на подавшую голос блоху, ухмыльнулся и исчез. — Вот же скотина какая, — я покачал головой и пошел поднимать подушку.

Спать уже ложиться не было смысла, и я решил немного размяться. В изучении своего семейного дара я довольно неплохо продвинулся, поэтому, создав пространственно-временной карман, заперся в нём, чтобы не разнести полкомнаты. Занимался я со своим палашом, переплетая обычные навыки владения мечом с различными магическими проявлениями моих даров. В последнее время получалось совсем неплохо и я, наконец-то, ощутил, что способен полноценно защититься и защитить свою семью от угрозы физической расправы.

Свернув пространственно-временной карман, я направился в ванную, чтобы отмокнуть и слегка восстановить силы, изрядно потраченные во время тренировки.

— Ты давно не медитировал, — в голосе безликого послышалось раздражение.

— Да неужели? — я смотрел на него, не скрывая злорадства. — И почему тебя это так волнует?

— Мы не могли с тобой связаться, ты научился блокировать свой разум от нас, — раздражение в голосе только усилилось.

— Кто вы? — мой взгляд потерял все признаки веселья и стал жестким. — Кто вы такие, мать вашу? Почему я должен вас слушаться и впускать в свой разум?

— Когда-нибудь, ты узнаешь, но пока рано, — безликий успокоился и покачал головой.

— Зачем ты так сильно хотел встретиться?

— Ты начал интересоваться музеем магии, — ответил безликий. — Это странно.

— Это опасно? — раз уж подвернулся случай, надо было попытаться выяснить об этом месте всё, что только он мне захочет рассказать.

— Я не знаю, как охарактеризовать, — безликий покачал головой, отчего его маска слегка съехала набок, и он её тут же поправил. Это был настолько человеческий жест, что я едва не потерял концентрацию. — Скажем так, в доме на нижних уровнях может быть опасно, но, скорее, жутко, вдобавок к чувству безотчетного страха. Лишенные магии этого не ощущают.

— Кстати, а, собственно, почему? — я продолжал смотреть на безликого, который, едва ли не впервые на моей памяти отвечал прямо, а не загадками.

— Морозовы не считали, что они могут таить для них угрозу.

— Значит, все эти ужасы — это некие ловушки для магов, чтобы держались подальше? — я прищурился.

— Было и так сказано много, — глаза безликого в прорезях маски блеснули. — Постарайся больше не закрываться.

Я открыл глаза и полминуты сидел, уставясь в стену. Как всегда, после встречи с безликим, я ощущал некую дезориентацию, но хоть не тонул, и на том спасибо.

— Надо найти ту девчонку, хранительницу музея и попробовать с ней договориться, ну, или замутить, если уж совсем всё глухо пойдёт. Жаль, что я в этом плане на Вольфа не похож. Меня, в отличие от него, не слишком женщины своим вниманием балуют, — пробормотал я, вылезая из ванной.

Завтракать пришлось в одиночестве, дед уже давно уехал, а мать должна была появиться только в понедельник, о чём сообщила, специально позвонив из очередного отеля.

В голове вертелся разговор с Евой, который произошел в тот день, когда Люсинда обезвредила мою бывшую секретаршу.

— Так почему ты о ней ничего не сказала? — я сверлил рыжую бестию яростным взглядом.

— Чтобы не запалиться, — она поморщилась. — Вас бы понесло с ней разбираться, а сообщить о подруге могла только я, больше некому. Да не парься, от Лариски вам ничего не грозило, я её контролировала. И я не вру, твоя дрянь на моей шее не даст мне врать в ущерб себе. — Я внимательно прислушался к стражу, всё было в порядке, Ева действительно не желала мне зла.

— Кто же всё-таки за этим стоит? — пробормотал я, а она усмехнулась.

— Я тебе уже говорила, что не знаю. И, поверь, за те полдня, которые я тебя не видела, ничего не изменилось.

Я отложил вилку и задумался.

Так, кто имеет реальную власть, чтобы заткнуть всех? По идее, таких людей немного, особенно, если исключить императорскую семью. А, если её не исключать? Сколько там у императора родственников мужского пола? А ведь мне всего-то нужно узнать, кто из высокопоставленных лиц одновременно связан с кражей телепортов и со Снежинами. По отдельности — тут мало что можно сказать, ну мог де человек и с этой семейкой связаться? Конечно, мог, вон, даже Ушаковы общими делами с ними связаны. Да и телепортиков прихватить мог любой, кто имеет право к ним прикасаться, ну а что, в хозяйстве всё пригодится. А вот когда и в том и в другом замазаны, вот тут уже стоит задуматься.

Кстати, что-то Ушаковы молчат, и про нападение на Снежиных ничего не слышно. Неужели Егор всё никак не может железных доказательств главе своего клана предоставить? Ладно, подожду еще немного, а потом сам найду способ с ним связаться. Мне всего-то имя нужно узнать. А там и дед подсуетится и проверку складов инициирует.

Что я буду делать потом, когда звезды сойдутся на одном человеке, я пока не представлял. Так же я не представлял, как до него доберусь, если речь все же идет об императорской семье. Но об этом думать было пока рановато. Как найду, к кому подход искать, так за дело и возьмусь. А раньше времени чего суетиться?

Придя к такому выводу, я решительно вылез из-за стола и направился в библиотеку, чтобы выполнить своё обещание самому себе и провести весь этот день на диване. Я даже успел открыть книгу и прочитать начало, из которого узнал, что Морозовы через одно поколение владели даром смерти, причем, исключительно женщины. Ни одна из них не стремилась потерять дар, поэтому замуж не выходили и умирали бездетными. Эти сведения я взял на заметку. Перевернул страницу, чтобы продолжить чтение, и тут дверь открылась и в библиотеку зашел Назар Борисович.

— Константин Витальевич, доброго вам дня. К вам пришла дама, вы примете её здесь? — я отложил книгу и сел.

— Назар Борисович, а тебе не приходило в голову, что я