Братство - Алексей Рудаков

— Мы шли на базу, ну это вы все знаете, когда здесь, в этой системе, где мы остановились для перезарядки модуля гиперперехода, на нас напал крейсер лошадников.

— Так войны же нет, чего они, майор? — вопрос был задан спокойным голосом уверенного в себе ветерана.

— Мы вели разведку около их коммуникаций, — поморщился Рене. — И, не буду скрывать, увидели то, что нам, с их конечно, точки зрения, видеть было не положено. Дальше просто. Лошадники не дураки, к сожалению, и они вычислили наши возможные курсы отхода. ТТХ-то нашего корабля известны, всё же уже восемь лет в строю… И здесь нас уже ждали. Что было дальше — вы сами знаете. Так что, братцы, пришёл я к вам не просто так. — Он вздохнул и продолжил:

— Модули, выбитые мы заменили, благо ЗИПы нетронутые с момента начала похода… были. А вот стрелков у нас нет — выбило всех. Против нас, не буду скрывать, ударный ракетный крейсер. Сначала они перегрузили наши поля, а потом, ракетами с МКВ-головками выжгли прыжковый и канониров. Так что, вот такие дела, парни.

Офицер развёл руками. — В плен они не берут, мы для них инородцы и неверные. Перебьют. Или, если не свезёт — возьмут живыми для своих ритуалов. Короче. Прыжковый в ремонте, нам надо буквально минут пятнадцать продержаться — уйдём. Один прыжок и мы на своей территории. Приказывать вам не могу. Прошу. Добровольцы?

— Мы же не канониры, майор? Не обучены. — Послышался чей-то голос за моей спиной.

— Там всё просто, — Нач. арт. отмахнулся от говорившего. — Очень просто. Ну? Кто готов?

Кто-то толкнул меня в спину, и я посторонился, пропуская добровольца. Им оказался тот самый Док, судя по всему тоже вышедший послушать майора.

— А, это ты, — Он кивком головы показал, что тоже узнал меня. — Пошли, хоть повеселимся перед смертью. — Док поманил за собой медбрата и тот сграбастав меня за отворот комбеза, последовал за своим начальником.

Его, а точнее наши действия не остались без внимания остальных присутствовавших — из разных частей нашего неровного строя начали выходить люди.

— И я тоже!

— Всё одно дохнуть, иду!

— Хреново всё, если уж и медицина в бой идёт. Иду, майор!

— Спасибо, парни! — Рене поднял вверх руку. — На первую смену достаточно, остальные — будете в резерве, если… — Он резко осёкся, оставляя у меня в душе неприятный осадок. Если что? Если мы сдохнем? Сам то он, наверняка, в Рубке Управления Огнём сидеть будет, под защитой многометровой брони, в отличии от нас.

— Пошли, — офицер повернулся и направился к выходу из отсека, увлекая за собой поток добровольцев, а, с моей точки зрения, первую партию смертников.

— Пошли, слышь? — Медбрат походу решил плотно опекать меня — он снова взял меня за край комбеза и поволок из отсека.

— Отцепись! — Я попробовал освободиться, но моё слабое трепыхание не возымело на него никакого эффекта.

— Отпусти, я же раненый!

— Ноги и брюхо. — Он остановился и повернувшись ко мне вгляделся в моё лицо. — Руки и голова в норме. Шок, по глазам вижу, преодолён. Пошли, крыса трюмная! Сейчас из тебя героя делать будем!

— Посмертно? Нет, спасибо!

— А тебя никто и не спрашивает, — он отвернулся от меня и продолжил движение, увлекая меня за собой. — Уже почти пришли.

Часть корабля, гордо именуемая Основной Оружейной палубой, меня совсем не впечатлила. Не знаю, чего я ждал — возможно просторного зала, с торчащими из стен казённиками огромных орудий с суетящейся подле них прислугой, рельсовых путей, по которым взмокшие и полуголые матросы толкали тележки с уложенными на них снарядами. Ну или чего-то эдакого, техногенного — пучков проводов, светящихся кристаллов, летающих и проецирующих различные и непонятные таблицы и графики, дроидов.

Ничего подобного тут не было. Был простой и неширокий коридор с рядом бронедверей по одной из стен. Скучность и обыденность обстановки добавлял серо-мышиный цвет — в отличии от белизны мед отсека и тёплого древесного оттенка отстойника и коридоров, здесь всё было выкрашено казённой шаровой краской.

— Чего завис? — Медбрат подтолкнул меня в спину. — Пошли, вон народ по отсекам ПМК расползается, скоро и наша очередь подойдёт.

— По каким отсекам?

— Пэ Эм Ка. Ты чего?

— Пэ Эм Ка? Это что?

— Противо Минный Калибр. — он посмотрел на меня с подозрением. — Парень, ты давно на флоте? КМБ был?

— По нам что — минами садят? Майор говорил, вроде ракетами?! КМБ? Это ещё что? Бомбы? Ка Эм Бомбы?

— Курс Молодого Бойца. — медбрат покачал головой. — Странный ты. Хотя… Ты же из трюмных. Могли и просто так, в порту на один рейс нанять, в трюмах всегда народу мало.

Я молча кивнул головой.

— Тогда ясно. Эх ты, деревня… ПМК, я про название — дань традиции. По факту — просто мелкие калибры, отстреливать ракеты, москитный флот. Понял?

— Ага. А крупные-то у нас есть?

— Откуда… — Он посмотрел вдоль коридора — перед нами осталось не более трёх человек — все предыдущие уже скрылись за своими бронедверьми. — Мы же на эсминце, не на линкоре. Что такое эсминец, надеюсь знаешь?

— Угу. Вроде самый мелкий из всех, да?

— Да, мелкий, но — злобный! Это нас сейчас просто подловили. А так — торпедами всадим, линкор плакать будет. У нас пятнадцать ПМКашек и три встроенных торпедных аппарата. Мощь! Отобьёмся, не дрейфь!

— Да? — я с сомнением посмотрел на два оставшихся незанятыми отсека. — Это и всё? В смысле — больше стволов нет?

— Им хватит. — Медбрат пропустил меня вперёд. — Не нравишься ты мне, парень. Иди-ка вперёд, я прослежу, как ты в отсек зайдёшь.

— Боишься — сбегу? — съязвил я. — Думаешь я… — но открывшаяся перед моим носом дверь с крупными, выведенными белом цифрами один и четыре, вкупе с толчком в спину, не дала мне договорить — я влетел в отсек и остановился только, врезавшись в спинку кресла. Ощутимо так врезался, брюхом, отчего там — в брюхе, что-то хрустнуло и меня окатило волной боли, впрочем, быстро спавшей благодаря действию медикаментов.

Прошипев сквозь зубы ругательство, я поднял голову и первое, что увидел — был огромный, почти во всю стену, иллюминатор. Прямо под ним расположилась небольшая консоль. Собственно, иллюминатор, консоль и кресло — это составляло практически всю обстановку. Кресло, кстати, выглядело совсем уж по спартански — это была конструкция из пластиковых трубок, между которыми были натянуты полотнища темно зелёного брезента. Покачав головой — всё же, если верить словам врача, я был на лучшем корабле Империи, я уселся в кресло. Наверное, в кресле были какие-то датчики — стоило мне откинуться на спинку, как сверху что-то зажужжало и на иллюминатор опустилась прозрачная пластина.

— Операторы ПМК! — откуда-то сзади послышался знакомый голос майора. — Внимание! Говорит Центральный! Активируем системы наведения ПМК. Всем приготовиться.