Герой Периферии - Влад Лей

Короче говоря, я считал, что все предложения — лишь информационная ширма, чтобы я отвлекся. А на деле сейчас проводится разведка наших территорий с целью повторения того, что тут недавно было.

Вот только хрен они угадали.

Тот самый пленник, о котором говорил Маркус, рассказал много чего интересного и заслужил себе второй шанс. В смысле получил шанс влиться в ряды наших воителей и показать себя.

Алаукан Гур, как звали переметнувшегося наемника, пока что явно был не в лучшем положении. Фактически он был в стане врага. Наши воители всячески издевались над ним. Но, к его чести, стоит отметить, что держался он молодцом. По большей части игнорировал нападки и оскорбления. Лишь когда кто-то переходил черту или, скорее, заигрывался, Гур ставил его на место, и делал это просто блестяще.

Традиция дуэлей и сражений, практикующаяся в империи, Гуру, похоже, пришлась по душе, так как пользовался он возможностью вызвать оппонента на честный поединок часто и в бою показывал свое превосходство.

Что меня еще больше удивляло — он никогда никого не убивал, хотя возможностей у него была масса. С одной стороны, наверное, правильно — недоброжелателей у него лишь добавлялось бы. А с другой — все, кого он пощадил и вместе с этим унизил, становились для него самыми опасными врагами, жаждущими отмщения.

От греха подальше я забрал Гура из линейной части к себе во дворец, где он частенько стоял в караулах, но на самом дальнем и, скорее, почетном, чем важном посту. Все же я ему пока не доверял.

Тем не менее, пока что вся информация, которой он поделился, подтверждалась.

А сообщил он как раз о том, что СНП будет совершать вылазки, прикидываясь обычными бандитами, будут терроризировать наши границы.

Вместе с этим Гур слил нам данные о важных объектах на приграничных территориях СНП и наша разведка уже подтвердила его данные.

Гур оказался довольно осведомленным, неплохо разбирающимся в тактике СНП, да и сам по себе был умелым воителем. Однако то, что он переметнулся к нам, не говорило в его пользу и создавало в моих глазах облик непорядочного и ненадежного человека.

Именно так я и заявил как-то Серому, когда тот поинтересовался, почему я отправляю Гура в караулы и больше никуда не выпускаю.

Мой ответ заставил Серого удивиться и затем рассмеяться.

— Что смешного я сказал? — возмутился я. — Это разве забавно, что я не доверяю предателю?

— А почему он предатель? — хмыкнул Серый. — Он честно выполнял свою работу, для которой его наняли. Появись настоящие СНП, и он бы вполне мог со своей задачей справиться.

— Но явились мы.

— Да, — кивнул Серый, — победили его бойцов и взяли в плен. Для Гура теперь нет пути назад. Свои не простят ему ошибки и не позволят реабилитироваться. А раз так…он решил попробовать все сначала. У нас.

— И это меня смущает. Он внешник, и так легко предал своих.

— Нет там своих. Все свои сражаются рядом. А там…там каждый сам за себя, — заявил Серый без тени улыбки, — и вообще, раз уж на то пошло — это не первый внешник-предатель, который сражается под твоими знаменами…

— Кто еще? — нахмурился я.

— Как кто? — рассмеялся Серый. — А мы с Маркусом кто? Мы же внешники, которые бились против тебя за барона Кракалиса. Забыл?

— Это другое…

— Ну хорошо. Но мы же внешники? И мы сражались за тебя против СНП и своих бывших коллег — наемников из внешних миров. Ведь так?

— Ну…так, — кивнул я, — но вы же вместе со мной прошли через…

— Неважно, — перебил меня Серый, –уверен, если дать Гуру шанс — он тоже покажет себя и докажет, что ему можно верить. Пойми, ты для него — последний шанс. Во внешних мирах его никто не наймет. Он же один из неудачников, которые провалили блестящую операцию СНП. Все, для него карьера наемника там закрыта. А на покой, как мне кажется, он пока уходить не готов и не желает. А что делать, если хочешь продолжать заниматься любимым делом? Вот он и пошел к тому, кто готов с ним работать.

— Так себе объяснение, — хмыкнул я, — по твоей логике он покажет себя. Станет чуть ли не героем баронства. И как только молва о нем разойдется — сбежит к тому, кто заплатит больше.

— Э нет…так это не работает. С тобой у него, так сказать, долгосрочный контракт.

— Это как? — не понял я.

— Мы подсунули ему тот же договор, что ты давал нам. Он внешник, желающий получить имперское гражданство. Отслужит положенный срок — получит гражданство. А на хрена ему гражданство империи, если он сбежит от своего лорда? Кто его наймет? Другое дело, если ты ему разрешишь оставить службу… Но, уверен, он попытается продлить контракт с тобой, если его все устроит.

— Почему?

— Мы, наемники, народ простой. Кормят? Платят? Так чего бегать? От добра добра не ищут.

— Не совсем понимаю…

— И не поймешь. Ты — лорд, никогда ты не был наемником и не понимаешь, каково это — быть им.

— Но ведь я воитель? — нахмурился я.

— Это не одно и то же. Суть в том, что ты мечтал стать воителем. А среди наемников много тех, кого стать воителем заставила жизнь, или же они попросту больше ничего не умеют и переучиваться либо поздно, либо лень. Понимаешь?

Я не понимал. Мне тяжело было представить, что кому-то судьба воителя может быть в тягость. Но все же, столкнувшись с воителями-внешниками, я на многое пересмотрел свои взгляды и ко многому теперь относился совершенно иначе, потому и не стал спорить.

— Не понимаешь, — вздохнул Серый. — Ну, смотри. Чего ты хочешь?

— Ты знаешь — независимости и свободы.

— Вот. У нас этого полно, и большинству наемников тебя не понять. У нас это всегда было. Мы вольны делать то, что нам хочется. Если, разумеется, это не нарушает контракт.

— Так чего же хочется вам?

— Спокойствия, сытой жизни, безопасности… — пожал плечами Серый, — у каждого своя цель. Но те, что я назвал, — самые популярные.

— То есть валяться на кровати на какой-нибудь занюханной планетке — это цель? — фыркнул я.

— Если есть деньги, есть еда, есть все,