Нерушимый-3 - Денис Ратманов

пожали друг другу руку и распрощались. Помощник тренера сопроводил меня до раздевалки, которая к тому моменту уже опустела, рассказав, что все формальности по моему приему в команду будут завтра, включая общекомандный медосмотр, а послезавтра я и остальной дубль поездом двинем в Крым — в Евпаторию!Я проверил телефон, убедился, что Лиза не только не написала, но и мое сообщение с предложением встретиться не прочла. Надеясь, что она все-таки откликнется, я неторопливо переоделся, принял контрастный душ, высушил волосы феном — спешить было некуда. Собрал вещи в сумку и направился к выходу.

Сообщение тренькнуло, когда я неторопливо шагал по расчищенному тротуару. Так-так-так, сейчас посмотрим. Я вытащил телефон. Было бы здорово, если бы она приняла мое предложение сегодня встретиться. И тут меня толкнули в спину так, что телефон вылетел из рук в сугроб, а сам я чуть не упал.

— Шевелись! — рявкнул проходящий мимо парень в куртке «Динамо».

— Ползешь, как обгаженный! — бросил второй, обернувшись.

Это был патлатый блондин примерно моего возраста. Ах ты ж!.. Я скорее на рефлексах скатал снежок и залепил ему в спину. Потом вынул из снега телефон, сунул его в сумку и посмотрел на парней. На сегодняшней тренировке я их не видел, значит, оба из дубля или из молодежки… Нет, все-таки из дубля.

Блондин остановился. Медленно развернулся и, набычившись, двинулся ко мне.

Его приятель уже перепрыгнул через ограждение и замер возле белого навороченного внедорожника. Швырнул сумку на переднее сиденье и рванул к приятелю.

Ясно: местная разновидность мажоров. Я уронил свою сумку в снег и приготовился вспоминать курс юного бойца, пройденный на турнире. Но начать все же решил с другого. Мало ли.

— Здорово, парни! — Я пошел навстречу, протягивая руку. — Будем знакомы, я Саня! Будем играть вместе!

Резво семенящий ко мне блондин сбавил скорость, видя, что убегать я не собираюсь. Темноволосый схватил приятеля за куртку, потянул назад, но блондин не остановился.

Приблизившись и игнорируя руку, он сплюнул мне под ноги, приложил руку к уху:

— Как? Повтори? Маня?

— Саня, — невозмутимо поправил я.

Не он первый, кто меня провоцирует в этом мире.

— Больше похож на Маню. Мне по барабану, кто ты, играть с нами не будешь, Маня.

— Ты тренер? — деланно удивился я. — Глухих берут в тренеры?

— Нет… Ты охренел? — Он дернулся ко мне и резко сымитировал удар, в последний момент сделав вид, что поправляет прическу.

Я даже не дернулся, спокойно ответив:

— Ну тогда и не тебе решать, буду я играть или нет.

— Как же ты будешь играть со сломанными ногами? — гоготнул блондин,

— Парни, зачем вы нарываетесь? — спокойно поинтересовался я. — Это может быть опасно, вы ведь не знаете, кто я. Вас разве не учили, что с малознакомыми людьми лучше вести себя вежливо?

Темноволосый сплюнул себе под ноги.

Так, похоже, мои слова больше напоминают провокацию, вон, и второй набычился.

— Дерьмо ты нищебродское, колхозник, — процедил он. — А ты знаешь, кто мы?

— Сразу три оскорбления в одном предложении! И угроза! — Я радостно оскалился, хрустнул кулаками, но все же решил не накалять. Выпрут из «Динамо» после такого, к гадалке не ходи. — Давайте признаем, что вы неправы, и разойдемся миром, я не буду вас бить. У меня после беспредельного турнира накопилась усталость от битья морд.

Черноволосый заржал, тыкая в меня пальцем, и продолжил петушиться:

— Жека, ты гля! Турнир! — Сжав челюсти и глядя на меня, он процедил: — Ты больше похож на черта, который бутылки за алкашами собирает. Если и участвовал в беспределе, то в мясе и вылетел сразу, да?

Теперь белобрысый Жека потянул его за куртку, и зашептал ему на ухо, но кое-что я услышал:

— …фингал… а вдруг…

Этот Жека оказался умнее, чем я о нем подумал сначала. Ну, давай, уводи этого бычару с медленным зажиганием!

— Да плевать! — вырвался темноволосый.

— Короче, я пошел, — проговорил белобрысый. — Не хватало, чтобы еще и Киря нас выпер из-за тебя.

Он остановился возле внедорожника, наблюдая за схваткой со стороны. Задира глянул на него с возмущением — какая боль! Мушкетеры бросили Д`Артаньяна! — и попер на меня. Я даже в стойку не встал. Дождался его бесхитростного прямого, ушел вбок, сделал подсечку, роняя героя мордой в снег. Оседлал его и придушил.

— Сдашься — постучи.

Парень попался упрямый. Вспомнилось: «При поступлении в школу милиции студенты разделились на умных и сильных». Дергался, сучил ногами, чуть меня набок не перевернул. Ну точно необъезженный мустанг! Уже на последнем издыхании сдался, постучал ладонью о наст. Прежде чем отпустить его, я проговорил:

— Если еще раз быканешь, будет не только обидно, но и больно. Понял?

— Да, — хрипнул он.

Я отскочил в сторону и сказал больше блондину:

— Просто признайте, что вы неправы.

— А и пох, — ответил он. — Нам можно быть неправыми, тебе, нищебродина, — нет. А я тебя запомнил.

Темноволосый встал, хрипя и держась за горло, глянул в упор, словно сканируя мое лицо, и удалился к машине…

Глава 2. Главное — хвост!

Виктор Иванович Кирюхин, он же за глаза Киря, тренер дубля «Динамо», устало оглядел столпившихся вокруг него игроков, достал планшет и похлопал им по ладони.

— Пришло заключение главврача клуба по результатам вашего медосмотра. Вы, за редким исключением, здоровы, как кони.

— Мы здоровее коней! — отшутился кто-то из-за моей спины, донеслись смешки. — А что за исключения? Погосян триппер подхватил?

Все заржали, даже Мика Погосян, маленький и очень техничный парень, перебравшийся сюда из «Арарата» незадолго до Нового года. Костенко он не устроил, и армянина отправили доказывать в дубль. А тот за пару дней после отпуска, как я понял, уже успел всем парням прожужжать все уши о том, какой он героический любовник. Об этом знал даже я из разговоров в коридорах базы в Новогорске.

— Насчет триппера узнаем завтра, — ответил Кирюхин, недовольно глядя мне за спину. — Как придут результаты анализов. Впрочем, думаю, ничего там криминального не будет, а триппер, Банников, сейчас лечится в два счета, так что причиной отлынивать от тренировок не станет, даже не надейтесь!

— Эх, зря к бл…м ходил! — деланно опечаленно вздохнул почти лысый коренастый парень, тот самый, судя