Осколки надежд - Иван Плотников

– Брось оружие, – произнес чей-то смутно знакомый голос.

Егор повиновался, внутренне прощаясь с жизнью и холодея от липкого страха.

– Повернись. Медленно, – последовал приказ.

Журналист повернулся, обнаружив перед своим лицом дуло короткой винтовки с глушителем, и поднял глаза на обладателя ствола.

– Ты! – выдохнули одновременно.

Охотник стоял, нахмурившись, наставив оружие на Егора и пытаясь сообразить, к чему ведет эта неожиданная встреча и что здесь происходило пару минут назад. Возникла театральная пауза.

– Хабар, что ли, не поделили? – наконец спросил сталкер, кивая в сторону трупов.

– Хабар?..

– Чего за войнушку затеяли, спрашиваю?

– А! Так ты… вы… вы видели?

– Видел что? – спросил Кюри и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Их видел, тебя – нет, в чем тебе и повезло. Кто, по-твоему, их положил? Ты, что ли? Тоже мне, Клинт Иствуд…

– А… я… – Полянин смешался, чувствуя, что рановато возомнил себя лихим стрелком, и разозлился: – Я вообще не с ними! Я здесь случайно оказался!

– Как и они? – издевательски кивнул Охотник.

– Сейчас! – корреспондент потянулся к лямкам рюкзака.

– Аккуратно! – предупредил сталкер, покачав стволом винтовки.

Егор медленно снял рюкзак, расстегнул клапан и достал из целлофанового пакетика журналистское удостоверение. Протянул его Охотнику. Тот взял «корочки», отступил на шаг назад, взглянул на фото, сверяясь с оригиналом, и швырнул удостоверение обратно Полянину.

– Журналист… – презрительно скривил губы сталкер и добавил мрачно: – В Зоне журналистов нет.

– А я? – возразил Егор.

– Головная боль моя, – отрезал Охотник. – Много здесь всякого народа: ученые, инженеры, слесари, водители, строители, доктора, учителя… Даже политики попадаются. Но только все они бывшие! А в действительности есть лишь сталкеры, торгаши, бандиты и зомби. На зомби ты вроде не похож – трупных пятен нет. На торговца – тоже, больно тщедушный. Что остается? Сталкер или бандит! Ну, так кто ты?

– Мне материал собрать надо было… – не сдавался Полянин.

– Значит, сталкер, – задумчиво произнес Кюри.

Егор пожал плечами – пусть будет сталкер, лишь бы не пристрелил его этот чокнутый, как перестрелял шайку Митяя.

– Могли бы и извиниться… – буркнул журналист.

– За что?! За то, что документы забыл у бандита спросить?

Новоявленный сталкер смолчал, признавая справедливость аргументов, но ему все же было обидно, что Охотник не удосужился хотя бы высказать сожаление по поводу ошибочного отношения к его личности.

– А как вы… их всех?.. – спросил он, показав на трупы бандитов.

Но в этот момент из-за дерева раздался стон. Охотник мгновенно встрепенулся.

– Кто это?

– Там раненый, – попытался встать на ноги Егор. – Ему нужна помощь…

– Сидеть!

Пятясь, Охотник дошел до кустов, бросил взгляд на лежавшее тело и, увидев давешнего «ученого» американца, удивленно поднял брови.

– Иди сюда, «мародер», – позвал он Егора.

– Я не мародер! Меня Егором зовут, – пробурчал журналист, приближаясь.

– Значит, Егор Мародер. Звучит? Этот как сюда попал?

– Так от Митяя он убегал.

– От кого? – не понял Кюри.

– Ну, от бандитов.

– А остальные где?

– Кто «остальные»?

– С ним люди должны быть, вроде военных…

– Нет, не было никого. Он один был.

– А что с ним?

– Похоже, ранен.

– Куда?

– Да не знаю я! В спину, наверное. Послушайте, я шел по дороге, а тут стрельба рядом. Я спрятался в кусты, а он выскочил из леса и побежал ко мне, но потом его догнал Митяй, выстрелил и ранил, а я затащил сюда…

– Переверни его на живот, – приказал Охотник.

– Я… Что? А, ладно.

Егор повиновался и осторожно перевернул раненого лицом вниз. Человек застонал и пробормотал что-то нечленораздельное.

– Рюкзак с него сними, а лучше срежь лямки, не надо его сильно тормошить.

Покопавшись в карманах, Полянин обнаружил лишь тот неудобный ножик, который он втихаря от банды прикарманил, – наследство убитого сталкера. Режущие кромки, хоть и небольшого размера, были весьма острыми, и Егор без труда отделил рюкзак от лямок.

– Куртку разрежь. Видишь дырочку?

Между лопаток виднелось аккуратное отверстие. Крови не было. Журналист сделал два широких разреза – крест-накрест и обнаружил под курткой легкий бронежилет. Его ткань также была повреждена пулей.

– Так, хорошо, – удовлетворенно кивнул головой Охотник. – Теперь над плечами лямки, которые броник держат. И по бокам тоже.

Егор просунул руку под куртку и, нащупав лямки, срезал их по очереди.

– А теперь осторожно приподнимай…

Журналист потащил бронежилет на себя. Под ним у раненого была футболка, пропитанная кровью. Кюри забрал у Полянина тыльную часть «кирасы» и внимательно осмотрел ее.

– Повезло парню, – он показал остроносую пулю, по счастливой случайности застрявшую в металлической пластине бронежилета. – Дай-ка мне ножик и отойди, свет загораживаешь.

Егор отступил на пару шагов назад и протянул нож Охотнику.

– Все интереснее и интереснее, – пробормотал сталкер, приняв оружие. Повертел его в руках, разглядывая, хмыкнул, затем опустился на корточки и разрезал майку на спине раненого. Скинул рюкзак, извлек похожую на аптечку коробочку и бутылку водки. Открыв коробочку, Кюри взял стерильный бинт, отрезал от него приличный кусок и, обильно смочив его водкой, протер спину пострадавшего, обнаружив небольшую круглую рану в месте, куда угодил самый кончик пули. Далее он достал пузырек с каким-то порошком, посыпал рану, отчего сочащаяся кровь зашипела, а раненый застонал. Приклеив пластырем марлю, сталкер вынул из кармана плаща носовой платок и вытер руки.

– Надо привести его в чувство. – Охотник встал, возвращая нож Полянину. – Бросать здесь нельзя, а нести… На себе тащить тяжеловато будет.

– А куда нести?

– В ближайшее поселение. Крыша над головой хоть какая нужна. Ранен-то он вроде не сильно – царапина. Ну, гематома еще есть, и ребра наверняка сломаны. Возможно, также ушиб легких. Дойти должен, не торопясь, если очухается. Подожди меня здесь.

Кюри поднялся с колен и направился к лежавшим на дороге трупам бандитов. Егор перевернул раненого на спину, тот был в глубоком обмороке. По возрасту он выглядел ровесником Егора. Совсем молодой, волосы черные, лицо гладко выбритое, даже легкий запах лосьона после бритья остался, несмотря на дождь. «Военный, наверное, – решил Полянин. – Или силовик». Вернулся Охотник, бросил к ногам Егора укороченный автомат и два магазина.