Раб 512 - Дэйв Макара

- Но-но! – Я хихикнул. – Между прочим, я ведь человек и могу тебе и твоей нации столько претензий предъявить! И вообще… Кто со мной спорил, что один корабль – точно останется?

- Твоя взяла! – В голове у меня дилинькнуло и счет пополнился еще одним миллионом, пришедшим от болтающегося в космосе аграфа.

Да, мы с ним совсем не бедные, кстати.

У Грюна, если верить его словам, счет даже пухлее моего, просто об этом кроме него никто не знает.

Да, вот такой адмирал Карч был тварь и подонок – те из рабов, что работали, еще и получали зарплату, и премии, которые тратили на базы, импланты и новенькие нейросети!

Развернув нос «Макаронины» в сторону сваренных вместе кораблей, оставшихся от эскадры, поддал газку, попутно высматривая аграфа, получившего по голове.

Через два часа, когда куча корабельного мусора, получив сигнал от меня, развернулась, впуская в свой геометрический центр, аграф уже получил первую помощь, залечил сотрясение и сидел, потягивая куафэ и любуясь на стремительные обводы минмаатарского дальнего, пограничного фрегата, проекта «Император-17»

Экипаж у фрегатика должен был быть в 12 человек, но…

Мы выкрутились, сняв два десятка искинов и заткнув ими все дыры, что хоть где-то нам померещились.

Адмирал обзывал нас с Грюном параноиками и твердил, что все, кому он промоет мозги, на веки вечные останутся нашими самыми верными подчиненными.

Ага.

Я-то точно знаю, что мозгоправство и адмирал Карч совсем никак не совместимы!

Фрегат этот был «последним шансом», который я выбил на всякий случай, и вот, «всякий случай» приключился раньше, чем мне бы этого хотелось!

- Суки… - Аграф посмотрел последние кадры с кораблей, перед их уходом в прыжок. – Не знаю, кто омерзительнее даже, негры или белые?!

- «Силы ночи, силы дня – одинакова фигня…» - Вспомнил я «дозоры» и грустно усмехнулся.

- Нет! Ну, ты посмотри! Они же… - Аграф сжал кулаки и скинул мне нарезку видео.

Посмотрел.

Охренел…

Корабли еще в прыжок не ушли, а команды радостно принялись резать друг друга по видовому признаку!

Такими темпами, они к выходу из прыжка друг друга окончательно прикончат и управлять кораблями будет некому!

Да уж, верно я решил адмиральш пока в этой системе оставить, их бы точно на кусочки порвали!

Поматерившись на два голоса, пообедали и пошли сами выбираться – какие уж тут исследования системы, если нас всего две души на четырнадцать планет, сорок один спутник и два астероидных поля?!

- Ты это… - Я глянул на аграфа. – «Обманку» отключи, а то все так же отражаешься, как мой раб… Бесит, между прочим!

- Какие мы нежные… - Пробормотал себе нос аграф, но «рабскую отметку», таки, убрал.

Ну, а у меня на одну головную боль меньше.

Устроившись на своих местах – я в кресле пилота-навигатора, аграф в кресле щитовика-огневика, не торопясь, на «мягких лапках», выбрались из кучи корабельного старья и, сориентировавшись, пошли на разгон.

- Нам точно в эту сторону? – Аграф прикинул, что курс отличается и теперь смотрел на меня очень подозрительно.

- Точно. – Отмахнулся я. – Адмирал уходил в межграничье между Арваром и узкоглазыми, у него там интерес был, а мы сиганем к Минмаатару. Они, конечно, тоже с имперскими амбициями, но хоть такого неприкрытого звиздежа, как Аратанцы, не ведут.

«Внимание, вызывает станция «Тер-центральная», доступ…» - Мы с аграфом переглянулись, но…

Было поздно – фрегат штука легкая, скорость набирает за считанные минуты даже без форсажа, так что…

- Вернемся, надо будет проверить, что это за станция… - Вздохнул я и обернулся к Грюну.

- О, нет! – Замахал руками бывший раб. – Меня сюда теперь баранками с маком не заманишь!

- Жлоб… Аграфский… - Рассмеялся я, любуясь бесконечной игрой красок варп-подпространства.

- Тоже мне… Человек! – Мы переглянулись и от души засмеялись, сбрасывая напряжение прошедших месяцев, пока приходилось изображать тупых владельцев трех кораблей и раба, помешанного на науке.

- Доберемся до станции, закачусь в бордель, сниму нормальную, белую человечку… - Грююнадимиаэвелиналин аж глаза закатил от предвкушения. – А еще лучше – пару аграфок и затрахаю их!

- Озабоченный! – Рассмеялся я в ответ на мечты разумного. – Смотри, как бы тебя не затрахали!

- Ну, не все, как ты, с мозгами набекрень и жесточайшим самоконтролем, от которого даже мой аграфский ум за разум заходит! – Инопланетянин вдруг стал серьезным. – Тебе ведь точно надо к мозгоправу, ты в курсе? Ты ведь знаешь, что «контролируемой шизофрении» не существует?

- Зато существует «второй поток сознания». – Я крутнулся в кресле. – Делов-то, какой надо, тот и активный.

- Псих долбанный!

- Ага!

Минмаатарский фрегатик, шустрый, седьмого поколения с шишкой-надстройкой топливного заводика – все-таки «пограничный вариант», все дела! – мне нравился.

Не было в нем какого-то «вау-эффекта», он был…

«Обточенно-средним», но не в плохом смысле, а в смысле, что его готовили именно к задаче нести службу.

Трюм невелик, зато, при случае, на внешнюю подвеску можно взять пару своих же товарищей, синхронизировать двигатели и прыгать сразу втроем.

Или обвешаться стандартным контейнерами с носа до кормы и возвращаться с добычей. А если топлива мало – остановиться у любого газового гиганта и, не торопясь, устроить себе заправку.

Мне кораблик очень понравился, а вот предыдущий экипаж – на кораблик шкнил, хотя, если бы не кораблик – достался бы его экипаж на закуску архам!

- Ты чего задумался? – Аграф выбрался из своего кресла и теперь делал наклоны и разминался, как мог.

- О том, что кораблик хороший. – Я пожал плечами. – Что скоро будем в толпе нормальных людей. Что твою рожу видеть не буду, хоть недельку!

- Две, как минимум! – Грююнадимиаэвелиналин размялся и вернулся в кресло. – Но тебе, все равно, придется к психиатру топать.

- А, ты по поводу «рабского синдрома»… - Я отмахнулся. – Да посрать всем на него. Кину сотню, напишут «здоров».

- А самому не хочется избавиться от… Габби?

- Грюн… - Я вздохнул. – Отстань!

- В бордель тебе тоже надо! – Глубокомысленно заключил аграф. – И вообще, сегодня ты жрать готовишь!

О, а вот это мой бич, точно!

Грюн, хоть под гипнозом, хоть по поваренной книге, хоть по справочнику пищемата мог испортить любую еду, к которой прикасались его руки.

Вообще любую!

У него получалось так, что мясо харша от