Ночь империи - Дарья Богомолова

Эммерих, чувствуя, что запахло жаренным, под предлогом проверить свои отряды увёл лошадь в сторону и тут же послал в галоп к дальним рядам строя, чтобы лишний раз не попадаться высшим чинам на глаза, пока в этом не будет необходимости.

К откровенному неудовольствию Айорга, среди присутствующих рядом тави подобной смышлёностью обладал только один.

Сонрэ, и не подумавший уйти подальше от двух раздражённых жизненными поворотами товарищей, насмешливо фыркнул:

– Кажется, новый Владыка будет даже лучше, чем я представлял.

Самаэль, привлечённый его словами, пару мгновений выдержал паузу, после чего в очередной раз расплылся в улыбке. Где и когда он заимел это умение так ласково улыбаться, Айорг не знал, но на будущее решил запомнить, что ничего хорошего за подобным не последует – скорее всего.

– Забавно.

– Сам удивляюсь,– повёл плечом Сонрэ, глядя вперёд.

– Нет, Вы не поняли,– будто объяснял ребёнку устройство мира, произнёс Самаэль.– Забавно, как я был недостойным идиотом, получившим титул первого тави только из-за кумовства, но зато Владыка из меня – прекрасный. И главное, Вы поистине яростно уверены в том, что я делаю. Даже как-то неудобно.

«Началось,– подумалось способному только устало вздохнуть Айоргу.

Со временем, если бы народ действительно принял его так же хорошо в мирное время, Гринд бы смирился с необходимостью занимать трон. Возможно, просто постарался бы поскорее найти себе жену и порадовать империю наследниками, чтобы по достижении ими нужного возраста скинуть нежеланные обязанности на их хрупкие плечи, но до того в любом случае сидел бы смирно. Перед этим, как ни прискорбно, всех окружающих ожидало несколько месяцев мелкого вредительства просто из любви к прекрасному и самому себе, вынужденному делать то, на что по собственному желанию бы ни за что не подписался.

Никакого вреда империи это бы не принесло, но нервы несчастным, попавшим в зону его внимания, растрепало бы знатно. Сонрэ, сам того не зная, оказался первым на очереди.

– Вы уверены, сударь Сонрэ, что когда мы прибудем к столице, я последую плану?– Самаэль только подтвердил подозрения валакха, продолжив говорить с наигранно беззаботным видом.– В конце концов, на правах нового Владыки я могу присягнуть Иблису на верность и отдать ему всю власть. Сам останусь лишь номинальным исполнителем и красивой картинкой для народа.

Искоса взглянув на побледневшего от услышанного тави, который уже начал представлять себе самый худший расклад из возможных, мужчина с усмешкой ему подмигнул.

– Подумайте об этом, пока у нас есть немного свободного времени.

Айорг, не скрывая раздражения, вздохнул и проводил пришпорившего коня вперёд мужчину взглядом. Сонрэ, всерьёз воспринявший угрозу, поначалу только в ужасе таращился вслед Самаэлю, после чего перевёл взгляд на валакха.

– Что?

– Ты ещё спрашиваешь?– взвился тави, видя хоть какой-то отклик.– Это что было сейчас?! Он что, всерьёз?!

– Это – Самаэль Гринд,– белозубо улыбнулся в ответ Айорг.– Наш очень злопамятный Владыка, которого Вы, Сонрэ, одобряли громче всех.

Хохотнув, он с едва слышным вздохом посмотрел на небо.

– И если Вы думали, что за такой финт он нас всех поцелует в лобик, сильно ошибаетесь.

– Бред,– поморщился Сонрэ.– За что тут обижаться? У него вся власть в руках!

– Конечно, поэтому теперь ни Вы, ни я не имеем права на него фыркать и ругаться. Он об этом прекрасно осведомлён. И, поверьте, забрав империю у огненных, он проест нам плешь.

4.

За все свои в целом недолгие для ифрита двести с небольшим лет жизни он даже не подозревал, насколько одобрение отца было необходимо. Желание услышать от него похвалу туманило разум, и те вещи, которые в обычной жизни он бы сделал после тщательного обдумывания, в присутствии Князя совершались спонтанно, без предварительных размышлений.

Оправдание было не из лучших, но иного Раджар попросту не находил, слишком поздно задумавшись о том, что один из наёмников, которые якобы по приказу с ним поехали, ещё год назад дал понять – он играл на два фронта. На сущности скребли кошки от осознания подобного просчёта и того, что подобную наглость Иблис уже не один раз спускал с рук: разговоры во дворце давали достаточно полную картину.

Сотня убитых под Мидэри ифритов? Спокойное: «Гленн, больше так не делай». Попытка помочь опальному Владыке сбежать? Наигранно укоряющее: «Гленн, ну как так можно, мы ведь тебе платим». Никаких последствий, никаких угроз, которые можно было бы воплотить в жизнь – только номинально укорить на глазах у свидетелей, а на следующий день снова не возражать, что наглец крутился где-то на расстоянии вытянутой руки.

Так бы стоило относиться к кому-то более близкому. К сыну, например.

Все эти размышления, однако, стоило проводить в иное, более подходящее время. Не тогда, когда он, оказавшись перед солдатами врага, обернулся и обнаружил, что помочь ему в благих относительно начинаниях никто не спешил.

Один против десятка заметивших его воинов – он не был ни высшим, ни даже просто чистокровным ифритом, чтобы замахиваться на такие цифры. В реальность из собственных мыслей вынырнул, когда по какому-то глупому инстинкту вместо того, чтобы развернуться и сбежать, под угрозой расстрела из нескольких луков и рубки десятком мечей вскинул руки в воздух.

«Может, из этого что-то ещё и выйдет,– пищал на задворках сознания внутренний голосок.– Ты ведь его сын. Заболтаешь, найдёшь, как извлечь выгоду».

Может, было и к лучшему, что так случилось. Обернувшись через плечо, Раджар увидел Гленна, с усмешкой помахавшего ему из чащи ладонью. Весь вид наёмника говорил о том, что никакого приказа у них не было: они не собирались нестись на верную смерть навстречу многотысячному войску.

К вящему неудовольствию, как Раджару показалось, кудрявой твари, его заметили другие. В частности, к таковым относился тави Гринд, как раз подъехавший к той куче народа, которая тормозила продвижение вперёд всей армии.

– Подарок в честь назначения, Ваше Высокопревосходительство!– поймав на себе взгляд генерала, Гленн со смехом махнул ему рукой.– Пусть будет долгим правление и славными победы!

Несколько конников кинулись вслед за ним, но он, все ещё смеясь, пустил свою лошадь с места в галоп и скрылся в тени раскидистых пышных деревьев, неохотно пропускавших солнечный свет к земле. В чаще, будто издевательства, напоследок разнеслись эхом свист и гиканье наёмных войнов, сбросивших с себя балласт и теперь вольных мчать, куда глаза глядят. Возможно, они бы расправились с преследователями, но что-то подсказывало Раджару, что от погони эти ребятки уходили не первый раз, уже набившие в этом деле руку.

– Даже грустно как-то,– Самаэль ещё немного посмотрел в сторону леса, после нехотя переводя взгляд на Раджара.– Капитан тайного сыска из тебя был получше, чем солдат огненных.