Город акул - Эйми Картер

Когда несколько сестёр заговорили одновременно и за столом вспыхнула громкая ссора, Саймон поглядел на молчаливую Род. Он был на острове Звериного короля в первый день своего пребывания в академии – в годовщину победы Пяти Царств над Звериным королём. Тогда он только-только узнал о существовании анимоксов, но всё равно в деталях помнил разрушенный замок и гору разломанного камня на месте когда-то грандиозных коридоров. Он даже не представлял, как можно было выжить под обвалами.

– Все твои сёстры – акулы? – спросил Нолан едва слышно.

– Да, но мы не кусаемся, обещаю, – раздался новый игривый голос. Самая младшая сестра, Перл, которая не стала участвовать в споре, застенчиво улыбнулась. – Как вас зовут?

Нолан тут же выпрямился и выпятил грудь, будто доказывая, что не испугался.

– Нолан Торн, – представился он. – Альфа – мой дядя.

– Ты тоже превращаешься в волка? – спросила Перл, придвинувшись к нему так близко, что едва не упёрлась в Уинтер.

– Да, превращается, – напряжённо ответила та. – Я Уинтер, кстати, если тебе интересно. Раз уж ты так близко.

Перл села обратно и оглядела её с ног до головы, даже не моргнув.

– А ты змея. Удивительно, что генерал пустил тебя в город.

– Мы с ней друзья, – сказал Джем с нажимом, которого Саймон не слышал от него с самого Нью-Йорка. – И она никому про нас не расскажет.

– Ну а второй твой друг? – спросила Перл, и в этот раз её взгляд остановился на Саймоне. – Генерал сказал…

Неожиданно с противоположного конца стола раздался громкий отчаянный крик, и одна из старших сестёр – кажется, Коралия, – встала, со скрежетом отодвигая стул.

– Мне девятнадцать лет. Хватит мне указывать!

Воцарилась мёртвая тишина. Даже генерал удивился неожиданному взрыву, но поднялся и с невероятным достоинством сказал:

– Сядь, Коралия. Мы обсудим это позже…

– Ты всегда так говоришь, а потом всегда занят. – Её голос дрогнул. – Я люблю его. И выйду за него. И меня не волнует, что ты скажешь. Мне не нужно разрешение, чтобы жить своей жизнью.

– Они до сих пор встречаются? – шепнул Джем Перл, которая позабыла, что хотела сказать о Саймоне, переключив внимание на старшую сестру.

Перл закивала под звуки, когда спор возобновился.

– Месяц назад он сделал ей предложение. – Коварно усмехнувшись, она добавила: – Возможно, у нас появится зять-человек.

– Но даже он станет лучшим правителем, чем Бенджамин, – раздался мрачный голос очередной сестры, сидящей от них через два стула. Никси. У Саймона побежали мурашки.

– Ты даже не представляешь, на что он способен, – сказал он, и девушка вскинула бровь. Её каштановые волосы были заплетены в косы и стянуты в узел, а ногти накрашены чёрным. Вид был не особо вызывающий – но Саймон чувствовал, что он идёт по краю строгой черты, проведённой генералом.

– Правда? – спросила она. – А долго ты его знаешь? Потому что мне кажется, что он мой младший брат, а не твой.

Джем вновь покраснел.

– Не надо, Саймон. Если не понял, они всегда такие. Генерала это не заботит. Он думает, что так закаляется характер.

– Кстати о характере, ты бы его видел, когда он узнал, что ты сбежал из школы в Аризону, его чуть удар не хватил, – сказала Никси, неприкрыто смакуя слова.

– Он помогал мне, – сказала Уинтер, которая охладевала по отношению к Никси всё сильнее и сильнее. – Иногда хорошим людям приходится нарушать правила. Хотя откуда тебе знать.

Никси фыркнула, смерив Уинтер взглядом.

– Генерал спрашивал, есть ли добровольцы, желающие понянчиться с вами пару недель. Может, домашнее задание всё же подождёт.

– Да ты бунтарка, – закатила глаза Уинтер и ткнула вилкой в суши. – Надеюсь, тебе понравится бездарно терять время.

Остаток ужина Саймон молчал. Пока Джем переругивался с сёстрами, а Перл флиртовала с Ноланом, который был явно не против, он пытался прислушаться к обсуждению на противоположном конце стола, где генерал вернулся к тихому разговору с Малкольмом и Арианой. Сначала Саймон не понимал, о чём они говорят, но кто-нибудь то и дело поднимал глаза и смотрел прямо на него.

Они обсуждали его. А если не его лично, то Птиц. Ориона.

К тому времени как Джем повёл их обратно в спальни, Саймон слишком накрутил себя, чтобы заговорить с Арианой. Поэтому пришлось ждать, пока Нолан пойдёт чистить зубы, радостно напевая в процессе, – только тогда он выскользнул из комнаты и постучал в дверь напротив.

– Они меня бесят, – произнесла Уинтер, поманив его внутрь. – Абсолютно все. Особенно Никси.

Саймон оглядел комнату, столь же скудную на мебель, как и у них с Ноланом, хотя стены здесь были фиолетовыми.

– Думаю, она разделяет твои чувства.

– Если она будет постоянно за мной таскаться, как мне тебе помогать? – фыркнув, спросила Уинтер.

– Мне они тоже не нравятся, но нельзя мутить воду. – Ариана сидела на краю кровати, уже переодетая в пижаму и явно готовая отключиться в любую секунду. – Вы слышали Малкольма. Нельзя никуда выходить.

Саймон заморгал. Чего он не ожидал – так это того, что Ариана будет возражать против нарушения парочки правил ради Осколка. Но что-то с ней было не так: после встречи с советником матери она будто… увяла. Как будто кто-то выплеснул ведро воды в костёр, горящий в её душе, и теперь она только и могла, что плестись за остальными.

Может, дело в Атлантиде. Он с лёгкостью забыл, что они под водой, но Ариане, скорее всего это было не по душе. Но вряд ли дело только в этом. Что-то случилось, и он не мог перестать волноваться.

Но он хорошо её знал и понимал, что прямые вопросы не помогут – наоборот, она замкнётся в себе и отстранится ещё сильнее, так что он не стал даже пробовать. Если она захочет поговорить, то придёт сама.

– О чём вы с Малкольмом и генералом говорили? – спросил он.

– В основном об Орионе, – ответила Ариана. – Генерал считает вторжение Птичьей армии на пляжи Санта-Каталины объявлением войны, но у него не хватает солдат, которых можно отправить на сушу. Поэтому он и позвал нас сюда. Он не просто защищает Осколок Хищника. Он хочет пойти на Ориона войной.

– По-моему, отличная идея, – мрачно сказала Уинтер. И её слова удивили Саймона, хотя он сам не знал почему. Орион вырастил Уинтер как собственную внучку, но бросил её, узнав, что она превращается не в Птицу, а в Змею – в щитомордника. Если не считать Саймона, у неё больше причин его ненавидеть.

– Если начнётся война, умрут невинные люди, – сказал он. – Нельзя этого допустить. Нужно, чтобы они ходили вокруг да около, пока мы не найдём и не уничтожим Хищника.

– Легче сказать, чем сделать, – устало заметила Ариана. – Малкольм тоже против, но если Рептилии согласятся…