Дилемма - Рамез Наам

Кейд попытался встать. В животе снова вспыхнула острая боль, и он рухнул на пол. В голове был туман. Куда проще лечь, отдохнуть… Глаза закрылись сами собой. Спи. Отдыхай. Отдыхай…

Нет… Нет…

Кейд вошел в систему – неуверенно, словно во сне. В конце длинного темного туннеля светилась команда Шивы. Он мысленно потянулся к ней, пытаясь заблокировать… Вылезли какие-то странные ошибки. Ш-ш-ш. Спи. Закрой глаза и спи. Кейд опять набросился на команду. Ошибки. Снова.

Тут что-то привлекло его внимание. Программа для управления подачей нейромедиаторов. Контрольная панель была словно под водой и едва заметно колыхалась. Как же хочется спать… Кейд поборол сон и схватился за виртуальную ручку. Адреналин. Он крутанул ручку, попытался нажать на кнопку… Господи, уснуть бы уже!

Его резко встряхнуло, мир перед глазами обрел ясность. Адреналин! О да… Кейд снова потянулся к ручке, крутанул еще раз, принял вторую дозу. И третью. Сердце тут же отреагировало и заколотилось как ненормальное. Так, теперь серотонин. Потом эндорфины. Кейд стал наугад повышать уровни нейромедиаторов, понятия не имея, где ему стоит остановиться. Главное – перебить сигнал Шивы и невыносимую боль. Только тогда у него появится шанс на победу.

Сознание прояснилось. Кейд открыл глаза: мир вокруг был четким. Сигнал Шивы никуда не делся и по-прежнему давил на его сознание со страшной силой, но по крайней мере Кейд начал соображать.

Он встал; разбитое и обоженное тело невыносимо болело. Он снова рухнул.

Черт!

Ползи, приказал он себя. Ползи!

Кейд выбросил вперед больную – уже дважды переломанную – руку, надеясь, что с гипсом будет попроще. Опять пронзила острая боль – очень даже ощутимая, несмотря на лошадиную дозу эндорфинов. Так, теперь колено – опаленная кожа горела, однако Кейд двигался вперед. Левая нога. Вспышка боли. Левая рука.

Боль – это иллюзия, шептал он про себя.

Боль – это иллюзия.

Вперед. Вперед. Вперед. Проползти через двор, добраться до лестницы. Потом наверх.

Есть только один способ победить. Один-единственный. Приблизиться к Шиве настолько, чтобы своим сигналом перекрыть его сигнал. Для этого Кейд должен оказаться в футе от Шивы, а лучше – в нескольких дюймах. И тогда он положит конец этому кошмару.

Сэм упала на колени. Ее трясло, очки запотели от слез. Кевин. Господи, Кевин…

Сознание Шивы стучалось во все двери, вопило, пыталось сбросить ее в бездну отчаяния и тем самым заставить сдаться.

Зло. Чистое зло. Вот кто этот Шива. Воплощение порока. Инструмент подчинения и унижения, созданный для убийств и насилия.

– Вон из моей головы! – заорала Сэм и вдруг поняла, что делать. Первым делом надо вышвырнуть эту мерзость из своего сознания.

Она вошла в систему, нашла нужную команду.

[Деинсталлировать нексус]

Система выдала предупреждение:

[Выполнение этой команды приведет к полному удалению операционной системы нексус и всех нексус-узлов из вашего мозга. Несохраненные приложения и данные будут потеряны. Вы уверены? Да/Нет]

[Да]

Сэм выполнила команду и сразу почувствовала себя лучше. Голова начала очищаться от мерзости.

Через несколько секунд Сэм отправилась на поиски оружия.

Кейд полз по длинному коридору, темному и пустому. Оглушительный приказ Шивы гремел со всех сторон. Спи. Хватит бороться. Отдыхай.

Сила сигнала – это еще не все. Сам сигнал имеет цифровую природу. Его воздействие на мозг человека тем глубже и сильнее, чем точней он проецируется на нейроны. Безусловно, усилители давали Шиве огромное преимущество, позволяя подвергнуть массированному удару все нексус-узлы без исключения и транслировать сигнал бесконечно, на что простой человек не способен.

Кейд полз дальше. Выбора у него не было. Каждое движение приносило ему страшные муки, обоженная кожа и переломанные кости давали о себе знать. Теперь заныло и в груди. Сердце бешено колотилось от адреналина, придавая сил, но и пронизывая тело болью – казалось, оно вот-вот разорвется.

Кейд не обращал внимания. Он отгородился от боли, как это делают буддисты, воспринимал ее беспристрастно, как информацию.

Ага, вот лестница. Кейд ухватился здоровой рукой за старинные деревянные перила, а больную руку засунул в зазор между перилами и стеной. Теперь он мог опираться на руки, отталкиваться ногами и подтягиваться здоровой рукой.

Он преодел первую ступеньку, затем вторую и третью. Острая боль в животе становилась все мучительней. Дом орал на него, вынуждая сдаться. Вселенная сжалась до лестницы: со всех сторон вплотную подступили стены, потолок нависал прямо над головой. Еще одна ступенька… И еще одна.

Кейд поднимался; вперед и вперед, невзирая на боль, на желание сдаться и уснуть, на усиливающийся психоз, вызванный повышением адреналина, кровопотерей, ожогами и оглушительными приказами Шивы. Вокруг творилась чертовщина: над ним сдвигались кривые стены, наполняя чистой болью все его существо, но он упорно одолевал ступеньку за ступенькой.

Когда конец первого пролета был уже близко, Кейд в очередной раз вытащил больную руку из зазора между перилами и стеной, хотел было передвинуть ее чуть выше, но вдруг потерял равновесие и закачался на краю ступеньки…

Вдруг кто-то схватил его за здоровую руку и втащил на лестничную площадку, одновременно заключая в крепкие объятья… Едва заметный силуэт на фоне кривых стен. Сознание. Сознание, к которому он уже и не чаял прикоснуться…

Фенг!

Шива чувствовал, как Кейд движется… Медленно, превозмогая страшную боль, тот все-таки был готов сражаться. Поразительно.

Шива снова поднес к губам микрофон:

– Лейн в здании. Поднимается по западной лестнице. Взять его!

В ответ – сквозь грохот битвы – донесся хаос разрозненных голосов, перекрикивающих друг друга. Еще несколько солдат подтвердили, что услышали команду, и бросились к западной лестнице особняка.

Брис в предвкушении смотрел, как преподобный Иосия Шеппард заканчивает речь и призывает собравшихся помолиться.

Зрители один за другим начали закрывать глаза. Шеппард сцепил руки и опустил голову.

– Господи, избави нас от оков и от всякого зла…

Избавлю, потерпите, злорадно подумал Брис.

До избавления оставались считаные секунды.