Сны - San Tolyich

San Tolyich

Сны

– Дженкинс!

Я обернулся, ко мне по коридору шел Макмилан. Заведующий лаборатории снов.

– Доброе утро, мистер Макмилан.

– Доброе утро, Зак. У тебя есть пять минут? Хочу с тобой поговорить на одну важную тему.

– Да, но только пять минут, а то меня ждут мои студенты.

– Зак, я задам тебе несколько вопросов, только не удивляйся и постарайся отвечать искренне.

– Хорошо.

– Ты крепко спишь по ночам?

– Да. На бессонницу не жалуюсь.

– Сняться ли тебе сны? Как часто? Какие?

– Хм. Достаточно часто. Чаще какая то фантастика, но бывает и настолько все реально, что во сне думаешь – Господи, неужели все то, что там, не во сне и есть сон. А почему вы спрашиваете?

– Зак, все вопросы потом. Отвечай дальше. Снится ли тебе прошлое?

– Да, иногда бывает. Чаще сны из детства.

– Спасибо, Зак, беги к своим студентам.

– Сэр, а зачем все это.

– Потом как-нибудь объясню, – крикнул Макмилан, убегая по коридору.

Вечно он куда-то торопится. Сам чудик, и сотрудников себе набрал таких же чокнутых.

– Дженкинс!

Миссис Кипер стояла около моего стола и рассматривала мою тетрадь. Я встал.

– Да, миссис Кипер.

– Зак, ты опять не выполнил домашнее задание?

– Да. То есть, нет. Я выполнил. Только забыл переписать из черновика.

– Ну, раз выполнил, иди к доске, и покажи, как ты это сделал.

– Я не помню. Но, я правда выполнял.

В тот день я опять получил двойку по математике. И почему так всегда, стоит мне забыть переписать задание из черновика, как она меня спрашивает.

– Дженкинс!

Мистер Липски сидел за своим столом и смотрел на меня пристально.

– Да, сэр.

– Зак, о чем ты сейчас думал?

– Не знаю, сэр,– я пожал плечами,– может, вы знаете? Вы же врач.

– К сожалению, Зак, я не могу тебе залезть в голову и прочитать твои мысли. Зак! Ты меня слушаешь?

– Да, сэр, вы сказали, что не можете читать мои мысли.

– Ладно, на сегодня хватит. Два часа на приеме у доктора- это слишком много для девятилетнего мальчика.

– До свидания, мистер Липски.

– До свидания, Зак,– доктор уже уткнулся в папку с моим делом. Я знал наверняка, что это моя папка, других таких толстых в его кабинете не было.

– Дженкинс!

Мама стояла около меня с тряпкой в руках. Видимо я опять забыл закрыть воду в ванной. Когда мама сердится, она всегда называет меня по фамилии.

– Зак, ты меня очень беспокоишь в последнее время. Ты продолжаешь пить таблетки, которые тебе прописал мистер Липски?

– Да, мам. Как положено – три раза в день по две таблетки.

– Господи, шесть лет шло все хорошо, а последние две недели тебя как подменили. Что с тобой происходит, Зак?

– Я не знаю, мам. Может мне опять показаться мистеру Липски?

– Я волнуюсь за тебя сынок. Однажды ты забудешь, как надо дышать.

– Нет мама, не забуду. Потому что не знаю, как надо дышать. Оно само дышится, помимо меня.

– Завтра приедет папа и мы все вместе пойдем к мистеру Липски,– мама обняла меня и поцеловала в щеку, – у нас все будет хорошо.

К сожалению, мистер Липски не смог мне на этот раз помочь. Посоветовал просто увеличить дозу лекарства.

– Дженкинс!

Китти смотрела на меня влажными глазами. Он всегда сильно волнуется если я где- то задерживаюсь. Она очень красивая. И очень добрая. В нашей лаборатории памяти только она так по доброму относится ко мне.

–З ак, что- то случилось? Почему ты опоздал?

– Китти, прости меня, я не хотел опоздать, это мистер Макмилан меня задержал, он задавал мне какие-то вопросы.

– Опять этот Грегори Макмилан! Если одного разговора ему недостаточно, то следующий будет проходить на заседании!

– Китти, я пойду, ага? А то, студенты, наверное, меня уже ждут, а без меня они свою лабораторную не сделают – им же надо кому-то смотреть в глаза с фонариком и стучать молоточком по коленкам, прилеплять к голове проводочки и давать сновторное…

– Да, Зак иди. Нет, постой. Ты не забыл, какое сегодня число?

– Восьмое июля.

– Верно, а что это значит?

– Что сегодня ровно семь лет, как я здесь.

– А это значит…

– Что сегодня мне подарят торт и все будут со мной особенно милы.

– Да, Зак. Но мы тебя все любим и в другие дни.

– Я знаю, Кетти. Я вас тоже всех люблю. С тех пор, как погибли мои родители, вы – моя семья.

– Ладно, Зак, иди,– голос Китти дрогнул, она резко отвернулась и быстро пошла в свой кабинет.

– Дженкинс!

Я открыл глаза. Шевелиться совсем не хотелось. Я все также лежал на кушетке в лаборатории мистера Макмилана, его голос доносился справа.

– Зак, ты спишь сейчас или нет?

– Нет, сэр.

– Нет, Дженкинс, ты спишь сейчас. И я тебе все еще снюсь. Впрочем, как и ты мне. У меня все получилось, Зак! Мы с тобой видим один общий сон на двоих. Коллективный просмотр сна! Фатастика! Можешь меня поздравить. Нобелевка мне обеспечена!!

– Поздравляю, сэр! Только как может человек видеть сон другого человека? Вы, верно , шутите?

– Хочешь, докажу? Тебе сначала снился наш с тобой разговор на прошлой неделе, когда я задавал тебе вопросы, потом снилась миссис Кипер, твоя школьная учительница, потом доктор Улитски, или как его....

– Липски, сэр.

– да, Липски, потом тебе снилась твоя мама, а потом мисс Феллори. Так?

– Так, мистер Макмилан, да не совсем. Мне не снилась никакая мисс Фелори.

– Китти Фелори! Ее фамилия Фелори, когда ты уже этозапомнишь?! И она сердилась на меня за то, что я разговаривал с тобой.

– Да мне снилась Китти, он обещала поговорить с вами.

– Теперь пусть говорит. Теперь пусть все говорят! Теперь им только и дел будет, что говорить обо мне!

– Сэр, а можно мне уже снимать ваши проводочки?

– Какие проводочки, Зак?

– Ну те, которые вы мне прицепили перед тем как дать мне снотворное?

– Ставлю три банки газировки против одной пустой, что на тебе сейчас нет никаких проводочков, Зак!

– Не может быть, сэр. Не шутите так со мной. Вот же они – один красный, два зеленых и один толстый синий.

– Зак! Что сейчас перед твоими глазами? Что ты сейчас видишь?

– Потолок, на потолке лампочки.

– Тебе сняться лампочки на потолке? Не может быть. Тебе сейчас снится парк во внутреннем дворике