Книга о Небе - Кодзиро Сэридзава

На этот раз юноша, перевоплотившись в Родительницу, проговорил примерно двадцать минут. С похвалой отозвавшись о моей опубликованной ранее книге «Вероучительница», он попросил госпожу С. к приходу Родительницы в мой дом скроить и сшить, так как она большая мастерица в этом деле, алое кимоно, алый женский пояс и алые же носки. Г-жа С. измерила рост молодого человека, чтобы исполнить его просьбу, и он, не дожидаясь чая, поспешно ушел.

После этого юноша Ито, а вернее сказать, живосущая Родительница каждые пять-шесть дней посещала мой дом, проходя в комнату моей жены, это продолжалось семь или восемь лет, поэтому и по сей день дочери называют комнату жены «комнатой Бога». Там, на обогревателе, находится только то, что принес юноша Юкинага. А именно: небольшая золотая картина в рамке, символизирующая солнце и луну стоит прямо под картиной Юдзо Саэки. Слева и справа от нее — листы цветной бумаги в рамках. На правом листе кистью юноши Юкинаги написано:

Солнце приносит божественный огонь.

Воля Неба определяет истинность Бога и бренность

человека,

Луна выражает суть божественной воды,

Лунно-Солнечный Бог

(вместо печати — красный отпечаток пальца)

На левом листе его же кистью:

Небесный свет —

Лунно-Солнечный Бог

Свидетельство Земли

Лунно-Солнечный Бог

(красный отпечаток пальца)

Сбоку, в рамке, — фотография, на которой изображены рядом юноша в алом кимоно и я, тут же — его фотография в японской одежде с гербом, где он похож на подростка.

Все эти вещи сохраняются так, как расставил их юноша Юкинага, никто никогда не сдвигал их с места.

По правде говоря, я не обращал внимания на то, как юноша Юкинага преобразил комнату моей жены, относился к этому снисходительно, считая, что молодые люди делают все по-своему. Я даже не задумывался над тем, что означают слова, как бы начертанные самим Богом, не спрашивал об их значении молодого человека.

Я просто наблюдал, как он обустраивал комнату жены.

Пять лет назад в «комнату Бога» пришел господин Т. из города Тэнри и принес тщательно завернутый во много слоев парчи восьминожник.

Он сказал, что этот восьминожник заказали сделать тому же автору и совершенно такой же, как тот, каким ежедневно пользуется живосущая Родительница в храме Вероучительницы Центра Тэнри.

Опасаясь, как бы кто-либо из Центра не стал чинить препятствий, господин Т. сам нес восьминожник от мастера, в машине положил его на колени. Когда он наконец доставил его в мой дом в «комнату Бога», глаза его были красны от усталости. Кубической формы, величиной примерно шестьдесят кубических сантиметров, коробка была обернута покрывалом из парчи с блестящим узором. Когда господин Т. с благоговейным видом снял это парчовое покрывало, показался так называемый восьминожник Бога.

Это был столик на восьми четырехгранных ножках — по четыре с каждой стороны, столешница, окаймленная золотом, сияла красным цветом, изнутри она была выкрашена в красивый лиловый цвет…

Я невольно громко воскликнул:

— Так вот он, восьминожник Бога! — и поклонился господину Т.

Зашла дочь и нерешительно спросила господина Т.:

— Теперь куда вы его понесете?

— Поставим в эту комнату, — ответил тот и подробно объяснил моей дочери, что следует сделать.

По его словам, в храме Вероучительницы в Центре Тэнри есть точно такой же восьминожник Бога в жилой комнате Основательницы, его не видно с того места, куда приходят паломники. Считается, что, сидя перед ним, Основательница говорит с верующими. Поэтому отныне перед этим восьминожником в этой комнате будет сидеть Родительница, говоря с нами. Господин Т. выказал желание, чтобы здесь было соответствующее алое сиденье.

Дочь принесла сиденье из алого шелка, который я получил в подарок от губернатора столичного округа в день моего семидесятисемилетия.

— Примите эту скромную вещь, — сказала она, чем очень порадовала господина Т.

Итак, в «комнате Бога» в моем доме живосущая Родительница будет направлять нас. Сказав так, господин Т. с успокоенным видом положил алое сиденье перед обогревателем под картиной Саэги, перед сиденьем поставил накрытый парчой восьминожник и стал откланиваться.

Я поспешно спросил:

— Во сколько вам обошелся этот восьминожник?

— Это мое пожертвование.

— Не годится делать такие траты.

— Я сейчас богат, так что не беспокойтесь…

Я проводил господина Т., в душе радуясь тому, что он, всегда такой серьезный, уходил с улыбкой.

В январе этого года, решив, что я хорошо справился со своими духовными упражнениями, обычно неразлучный со мной Небесный сёгун покинул меня, и я смог непосредственно, один на один, общаться с Великой Природой… Это, пожалуй, были дни той самой идеальной «жизни в радости», когда я ничего не просил у Бога Великой Природы.

Но вечером 13 января перед ужином, принимая ванну в своем доме, я поскользнулся и почувствовал легкую боль в пояснице, позже, когда я собирался лечь в постель, боль в пояснице усилилась, и после долгого перерыва я пошел в «комнату Бога» и обратился к Великой Природе с просьбой о помощи.

В ночь на 14 число я был разбужен около половины второго.

Решив, что разбужен я для обычных упражнений, я встал с постели, справил нужду, много раз сделал глубокие вдохи и выдохи и снова лег в постель, ожидая начала занятий.

И, как всегда, раздался голос Посланца Великой Природы:

— Ты уверял, что для твоей веры тебе ничего не нужно: ни святыни, ни идола… Но разве ты не заметил, что на самом деле у тебя есть идол?

— Чтобы жить, мне не нужны святыни, нету меня и идола.

— Ожидая услышать это, я извлек идола из твоего сердца. Ну, приглядись-ка.

— Что?.. Это распятый Иисус.

— Да. Это священный образ, который ты нес в своей душе. Может быть, потому, что ты стыдишься своей веры в Христа, в этом доме в «комнате Бога» нет ни одного предмета, напоминающего о христианском учении… Вряд ли можно сказать, что в прошлом ты был Иоанном.

— А почему, почему ты говоришь об изображении распятого Христа?

— Тебе известно, почему Христос был распят?

— Разве не для того, чтобы искупить наши грехи?

— Это все говорят. А больше ты ни о чем не задумывался?

— Вроде бы нет.

— Глупец, ты что же, хранил в своей душе этот образ, полагая, что тем самым тебе простятся грехи твоей повседневной жизни?