Давай не будем, мама! - Алсу Идрисова

Рита, стараясь не обнаружить своего присутствия, тихо выскользнула за дверь, не забыв прикрыть ее за собой, но хлопнула сильнее, чем требовалось.

В спину ей кричали и звали, но она неслась, не разбирая дороги, к своему кабинету. Сердце гулко колотилось, горло сжималось от несправедливых слов. Очень хотелось вернуться и крикнуть: «Что же по вам не видно, что вы счастливы?» Но делать этого Рита не стала. Вместо того она собрала тетради в сумку, взяла пальто и вышла из школы, отмахнувшись от подбежавшей к ней учительницы математики.

– Рит, да мы не о тебе говорили вообще, ты не так все поняла.

– Неважно, – бесцветным голосом сказала Рита. – Передай, что я заболела и завтра на работу не выйду.

У школы Риту поджидала… нет, не машина с красавцем спортивного телосложения. Не муж, не парень, не знакомый.

Риту с большой авоськой в руке ждала мама. Больше всего на свете Рите хотелось броситься ей на шею и разрыдаться от унижения. Останавливало только то, что за ней могут наблюдать из окон. Поэтому она с большим достоинством подошла к матери и забрала у нее из рук дурацкую авоську.

Рита подняла глаза к окнам учительской, и ей показалось, что там мелькнула чья-то тень. Смаковать чужие жизни – прерогатива не совсем счастливых людей, решила Рита. А у нас нет другой жизни – поэтому будем жить эту – как умеем…

Отзвуки душевной непогоды,

В сердце одиночества печать

И бессонниц горестные всходы

Надо благодарно принимать.

Надо благодарно принимать.

Смерть желаний, годы и невзгоды —

С каждым днем все непосильней кладь,

Что тебе назначено природой

Надо благодарно принимать…

Глава 43

Одно радует в этой ситуации – что в ближайшее время бабушкой я не стану. Алена все же не беременна.

Больше скажу – она заявила, что «не такая», и вообще «сначала свадьба».

Я, конечно, счастлива это слышать, но… Моя интуиция в последнее время меня все чаще подводит. Я-то была уверена, что этого Женю привлекает юное розовое мясо.

А так – чего ему вообще тогда от моей дочери нужно? Неужели и правда любит и хочет создать семью?! Не верю!

Да он еще и выпить не дурак!

Я с отвращением наблюдала, как Серега опрокидывает одну стопку за другой, не забывая подливать и нашему гостю. Бокалы быстро мелькали в воздухе. Кажется, и полминуты они не простояли на столе наполненными.

Алена выглядела счастливой и вообще не была похожа на саму себя: вся такая воспитанная, культурная леди с идеально ровной осанкой и благородными манерами английской королевы.

Господи, кому стремится понравиться?! Этому алкоголику, что ли?

«Алкоголик», к слову, крепко держал свою даму сердца за руку, выпуская только затем, чтобы опрокинуть очередную порцию горячительного. Странно, что его не развезло до сих пор от количества выпитого. Бывалый, наверно. С опытом.

Зато Серега с каждым выпитым бокалом делался все более развязным.

– Вот, дети, самое главное в семейной жизни – умение понимать друг друга, – вещал он, грузно облокотившись на стол и обводя всех помутневшим взором. – Надо на уступки друг другу идти, уметь слышать друг друга. А то сейчас что? Свадьба, через неделю первый серьезный скандал – и все, извини-подвинься – развод.

– Ну бывает и по-другому, – заметила я с сарказмом в голосе. – И спустя двадцать лет брака люди разводятся.

– Не ннннадаа! – Серега, сдвинув брови, сурово воззрился на меня. – Не нннада так говорить! Моя дочь выйдет замуж один раз и на всю жизнь. Видишь, какой мужчина серьезный за ней ухаживает. Кстати, чем вы занимаетесь, Евгений?

– У меня автомойка своя! – сообщил скромно гость, оценивающе глядя, какое впечатление на всех произведут его слова. – И парочка магазинов автозапчастей. Доход хороший приносят в общем-то, я созрел для того, чтобы семью обеспечивать полностью. Моей будущей жене даже работать не придется! – И он нежно приобнял пунцовую от счастья Алену за плечи.

Ага. Щаззззз.

– Ну, я бы на вашем месте не была так самонадеянна! – весело сказала я, подкладывая себе оливье. – С любым может всякое случиться: конкуренты бизнес отожмут, доходы упадут. Да и от болезни со смертью никто не застрахован. И что же делать тогда вашей недоучке-жене?

– Так я не возражаю, пусть учится, – Евгений, задетый моими словами, выпустил руку Алены и медленно поднялся. – Пусть учится, занимается саморазвитием. Бизнес у меня уже отжимали, я поднялся снова и теперь мало чего боюсь. А по поводу болезни, старости, смерти… Что ж, это со всеми случается. Не боитесь, что в старости останетесь без поддержки дочери, которой так жестко диктуете свою волю?

За столом воцарилась мертвая тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием Леопольдовны – она часто страдает от одышки.

Понимая, что сказал то, что говорить не стоило, Евгений нежно чмокнул Алену в щеку и от души пожал руку осоловевшему Сереге.

– Очень рад был со всеми вами познакомиться, – радушно сказал он, направляясь к выходу. – Извините, если что не так, но я сказал, что думаю! – Он сухо кивнул мне на прощание и вышел, оставив за собой одуряющий запах терпкого одеколона.

– Чё это он про волю сказал, я не поннннял, – Серега, едва не опрокинув стол, поднялся и стал рыться в шкафу в поисках очередной бутылки. – А вообще – хороший мужик. Серьезный такой. На меня похож…

– Кстати, он Дева по знаку зодиака. А Девы, между прочим, идеально подходят мне по гороскопу, – сообщила Алена таким тоном, словно эта информация должна была решить все дело.

– Знаешь что, «дева»? – вскипела я. – Ты теперь по знаку зодиака себе мужа будешь выбирать? Ничего более идиотского я не слышала. Ладно, с отцом все понятно. Но бабушка-то почему молчит? Вам все равно, что ваша внучка в семнадцать лет собирается замуж за мужчину почти вдвое старшее ее?!

Леопольдовна, пожевав губами, задумчиво уставилась на Алену.

– С моего появления в этом доме все только и делают, что рассказывают мне, какое я здесь пустое место, – сообщила она ровно. – Поэтому я даже не буду принимать участия в этой беседе – чтобы ненароком не прослыть виноватой потом. А вообще, Алена, мать права – она тебе из собственного опыта говорит, что нужно получить образование и работать, а не сидеть на могучей шее мужа по двадцать