Тропа желаний - Маша Трауб

– Ой, мой магазин плевать хотел на твой публичный дом, – отмахнулась Тома. – У меня такие страсти происходят, что твой дом покажется детским садом. А кто такой публичный дом?

– Ладно, считай, что ты меня не слышала, – расхохоталась тетя Тереза. – Но ты права. Он тебе и в подметки не годится!

Приехавшие незнакомцы слегка опешили, увидев во дворе магазин-базар.

– Лена с Аликом здесь живут? – спросили мужчины.

– Откуда я знаю? Вы покупаете или уходите? Не задерживайте очередь! – заявила Тома.

Очередь действительно образовалась – кто-то пришел за сплетнями, кто-то за сепаратной сметаной. Гарик, молодец, съездил и доставил – молоко, сметану, масло. А кто-то подтянулся, чтобы увидеть, кто приехал на таких роскошных машинах. Да еще и в их деревню.

– Сметану мне, – заявил мужчина из подозрительных.

– Не могу. Женщина перед вами занимала, – ответила Тома. – Да, Кристина?

– Да, я занимала. Моя сметана первая, – подбежала Кристина, отодвинув обалдевшего от подобной наглости мужчину. – Тома, как дела, как поживаешь? Хорошо, что здесь решила торговать, в магазине так душно! И творог мне еще отвесь. А еще конфет, сто граммов.

– Не смогу конфеты. Весы в магазине. Здесь же я на выезде, – объяснила Тома.

– О, тоже мне проблема. Сейчас привезут тебе и конфеты, и весы! – хмыкнула Кристина. Она была женой главы района и очень любила конфеты, привезенные из города. А еще чувствовала себя чуть ли не хозяйкой деревни.

Через десять минут, за которые Гарик успел сбегать в магазин, в подсобку, где хранились конфеты, и вернуться в дом дяди Георгия и тети Лианы, странные люди исчезли.

– Они мне не понравились. Надо быть настороже. Кристина никогда не спрашивала, как у меня дела, а тут вдруг спросила. К беде это все, точно вам говорю. Бабушка мне приснилась и велела не продавать халат этой Кристине, а я ее ослушалась. Во сне, конечно. Плохой сон. Беда придет, когда не ждешь. Бабушка хотела меня предупредить. Только почему меня? – без умолку болтала Тома. – Почему я все время крайняя? Чуть что – Тома то, Тома это. Сметаны нет – Тома виновата. Гарик поздно продукты привез – опять Тома. Ладно в магазине, сейчас-то что? К чему бабушка снилась? Валя, ты не знаешь, к чему мне моя бабушка приснилась?

– Бабушка Тамара? – удивилась Валя. – Не знаю. Тебе виднее.

– Откуда мне виднее, если она никогда раньше не снилась! Ни разу за все годы! Точно говорю, предупредить меня хотела, – заметила Тома. – И эти, вот чего сюда приехали, а? Тоже мне, мужчины, называется. По одному, что ли, ходить не умеют? Только толпой?

– Тома, ты сейчас только не кричи на всю деревню и хоть немножко помолчи. Вот просто закрой рот и не говори, – подошла к ней Тереза.

– Это как? – удивилась Тома. – А товар мне как продавать? Молча?

– Нет, товар продавай со звуком, про остальное немножко помолчи, – попросила Тереза.

– Это ты про Лену с Аликом намекаешь? Так я давно как ледяная рыба! Тоже мне, тайна нашлась. Да уже все в курсе! Или ты думаешь, эти смелые мужчины, которые толпой ходят, ко мне в магазин не заявлялись с расспросами? Или я не специально сказала, что Кристина перед ними занимала? Знала, что она так пихнуть может, что мало не покажется. Вот и пихнула. И знала, что она конфеты потребует, поэтому специально весы в магазине оставила. Ха, или я такая дурочка, что ничего не вижу и не слышу?

– Ты точно бандерша! – восхищенно заметила Валя. – А кто такая ледяная рыба?

– Не знаю, но, говорят, что есть такая, – пожала плечами Тома, – а я как рыба об лед. В смысле молчу! Да какая разница? Ты видела эту компанию? Лица еще такие грозные сделали. Пять человек! На одну бедную девочку и ребенка! Позор на их головы. Если бабушка мне еще раз приснится, так ее и попрошу, чтобы позор на их головы наслала. Валя, как думаешь, мертвые могут насылать позор?

– Бабушка Тамара точно сможет, – улыбнулась Валя и обняла Тому. – Что тебе сделать, дорогая? Хочешь еще кофе?

– Лучше поесть ей принеси. С самого утра на кофе и наливке стоит, – улыбнулась Тереза.

– Ох, как же я забыла, что тебя еще не накормила! – ахнула Валя и побежала в дом.

– Ты молодец. Твоя бабушка тобой бы гордилась. Не зря тебя в ее честь назвали, – улыбнулась Тереза и тоже обняла Тому.

– Прекратите, я сейчас плакать начну! – отмахнулась Тома. – Вон Кристина идет. Надо ей конфеты взвесить. Опять будет придираться, что не сто двадцать граммов, а сто десять завесила. Больше завесишь – тоже недовольна. Да еще и шоколадные почти растаяли. Жарко сегодня. Кристина, сколько тебе взвесить? Шоколадные немного растаяли. Говорю сразу, чтобы ты потом с претензией не возмущалась.

– Уехали? – спросила Кристина.

– Кто? – не поняла Тома.

– Ну эти, на черной машине. Как я его пихнула, да? А ты как сказала, что я очередь занимала! Ох, надеюсь, сегодня больше не вернутся. И еще больше надеюсь, что у этого, наглого, синяк от моего локтя останется! Ну совсем стыд потеряли, да? – начала говорить Кристина.

Тома с Терезой от неожиданности открыли рты. Обычно Кристина не разговаривала как нормальная женщина. Только кивала свысока. Она же жена главы района, а они кто?

– Ну что вы на меня смотрите? Разве я не женщина? – обиделась Кристина. – Да сдались мне эти конфеты! Я ж специально хотела им голову заморочить. Думала, ты меня поняла и отправила Гарика за весами. Неважно, дело сделано. Уехали. Пусть только попробуют сюда еще раз заявиться, я их сама за ворота выпровожу. О, спасибо, тетя Валя, как вовремя. Вы варите самый вкусный кофе, все так говорят. Сто лет такой не пила. Но вы же меня и не зовете. А я бы с радостью! Мне ж даже поговорить не с кем. А вы не приглашаете. Тетя Валя, может, помочь на кухне чем? Или во дворе?

Тут уже у Вали отвисла челюсть. Кофе она сварила для Терезы, но Кристина перехватила чашку. Валя даже покрепче вцепилась в тарелку с едой, чтобы отдать Томе, а не Кристине. Но предложение помочь на кухне или во дворе Валю окончательно подкосило. И она выдала тарелку Кристине.

– Боже, как вкусно! – воскликнула та, уминая за обе щеки лобио и пирог. Валя пошла в дом, чтобы принести еще одну тарелку для Томы.

– Что вы застыли-то? – воскликнула Кристина, съев все так быстро, будто на тарелке один помидор лежал, а не лобио с горкой и два куска