Гуру - Луиза О’Нилл

– Замечательно, мам, – просипела она. – Только нам надо поработать над нашим танцем.

– Каким танцем?

Тут вклинилась Марта.

– Для концерта. Мы с Майей и Маккензи выступаем в одной группе. – По тону девочки было очевидно, что такой поворот событий был ей не по душе. – Это из-за того, что у нас имена на «М». Я хотела танцевать с Эддисон, но учительница сказала…

– Не груби, – пожурила Лиза дочь, которая насупилась, но все же откинулась назад, к ногам матери. Лиза собрала пряди с лица Марты в высокий хвост.

– Нам нужно порепетировать, – вставила Майя. – Можно, мы поедем домой к Маккензи? Она сказала, что ее мама будет не против.

– В самом деле? – протянула Бекки, глядя на дочь, которая смотрела на нее умоляющим взглядом. – Ну хорошо, – вздохнула Бекки, передавая девочке ключи, и кивнула в направлении, где стояла ее машина.

– Ты уверена? – спросила Лиза, стараясь перекричать визг Майи и Маккензи, кинувшихся в сторону джипа Бекки. Марта последовала за ними, волоча ноги, как недовольная всем девушка-подросток.

– Конечно уверена, – сказала Бекки. – Или ты хочешь, чтобы я осталась и… – Она перевела глаза с Сэм на Лизу. Женщины обменялись понимающим взглядом. Лиза слегка покачала головой. – Тогда я поехала. – Бекки пошла за детьми. – Я их завезу домой вечером, хорошо?

Лиза и Сэм постояли, пока Бекки выезжала с парковки. Девочки с заднего сиденья посылали им воздушные поцелуи. Затем подруги молча пошли прочь от школы, расходясь осторожно, чтобы пропустить ораву проносившихся мимо ребятишек. Огромные рюкзаки колотили им по спинам.

– Зачем ты так с ней? – бросила вполголоса Лиза.

– Это всего лишь Бекки. Какая разница?

Они свернули на тихую улочку, по которой тянулись одинаковые заборчики-штакетники и щитовые домики. Во дворах было пусто, слишком холодно для посиделок на свежем воздухе. Лиза резко затормозила.

– Ребекка – моя хорошая подруга. И мне не нравится, когда ты унижаешь ее. Она этого никак не…

– Ты получила письмо от журналистки? – прервала ее Сэм. – Из «Нью-Йорк пост»? Алисса Рид. – Лиза сразу же потупила глаза в землю, но потом все же подняла взгляд, устремив его куда-то поверх плеча Сэм. – То есть получила? – спросила Сэм. Ее охватило чувство щемящей тоски. – Почему ты меня не предупредила о письме?

– Я на него не ответила.

Сэм щелкнула пальцами перед лицом подруги, чтобы вынудить ее посмотреть ей в глаза.

– Как же так? Ты должна ответить. Ответишь – и ей не о чем будет писать. Напиши ей, скажи, что соврала, потому что наклюкалась, умирая от зависти ко мне. Ты же всегда мне завидовала, разве нет? Вот и замутила всю эту историю.

– Я не могу так сделать.

– Пиши ей. Прямо сейчас. Скажи, что все это – ошибка. Скажи, что я была отличной подругой и что я никогда не сделала бы чего-либо, что могло причинить тебе боль. Пиши. Прямо сейчас, Лиза. – Голос Сэм гремел все громче, и Лиза обеспокоенно огляделась, чтобы убедиться, что никто не может их услышать. – Напиши ей немедленно, мать твою!

– Я не могу быть замешана во всем этом. Эта ситуация вышла из-под контроля, у меня нет сил, я больше не могу этим заниматься. Джош и я – мы все обсудили, и мы решили… Будет лучше, если мы с тобой больше не будем видеться. Я не хочу быть в центре скандальной истории, которую муссируют крупные газеты, Сэм. Ты разве сама не понимаешь, в какое невыносимое положение ты меня ставишь? Я не хочу приковывать к моей семье всеобщее внимание. Мне нужно думать в первую очередь о моих девочках. Вернуться к обычной жизни.

– А как же я? Что ты прикажешь мне делать с моей жизнью? Господи, я не перестаю проворачивать в своей голове события той ночи, пытаюсь найти хоть малейшую зацепку, что я доставила тебе хоть какой-то дискомфорт. И ничегошеньки не нахожу! Ты сама все это спровоцировала. Единственное, что мне приходит на ум, – может быть, ты злилась из-за того, что мы с тобой переспали в ту же ночь, когда ты потеряла девственность и это как-то омрачило столь особенное событие. Но это чушь какая-то. Какая уважающая себя женщина будет в сорок лет париться по поводу утраты…

– Я рассталась с девственностью не той ночью, – промямлила Лиза. У Сэм подкосились ноги. Она отшатнулась.

– Что ты сказала?

– Джош и я… – Лиза натянула рукава топа поверх костяшек пальцев. – Мы переспали еще до той ночи.

– Но ты же мне говорила…

– Сэм. Ты буквально только что говорила, что никакая уважающая себя женщина не будет переживать по поводу того, когда она перестала быть девственницей.

– Но ты мне соврала. Зачем было лгать об этом?

– У меня не было выбора! – заорала Лиза, откинув голову назад, будто бы ее вопль предназначался небу. – Ты была помешана на этой теме. Ты же сама настояла на той дурацкой вечеринке, хотя я вообще ничего не хотела устраивать, и ты все твердила, что для нас «идеальным вариантом» будет переспать у тебя в доме. Ты хотела все держать под своим контролем, Сэм. А когда мы все-таки переспали с Джошем, я боялась сказать тебе хоть что-то, чтобы ты, не дай бог, не сорвалась. Во всей этой ситуации не было ни грамма нормальности. При чем здесь ты? Ребекка сказала…

– Ты откровенничала с Бекки об этом?

– Она одна из моих лучших подруг, – сказала Лиза, не обращая внимания на то, как Сэм передернуло от этих слов. – Именно она показала мне твое эссе из «Блэкаут». И когда я сказала ей, что я помню ту ночь иначе, я подумала, что может быть… – Лиза удержала себя от дальнейших деталей. – Она сказала, что надо тебе написать. Она нашла контакты твоего менеджера.

– Стоп. Бекки была с тобой, когда ты отправляла письмо? – Во всей этой сумятице было что-то, вызывавшее тревогу у Сэм, что-то, что она должна была вспомнить, но не могла. Воспоминания барахтались в ее памяти как рыбы, выброшенные из воды на берег. – Хорошо, оставим это. Следующий вопрос: что ты рассказала Бекки? Что ты знала, как завести нас? Я саму себя даже не трогала до той ночи. Ты мне сказала, что нам будет хорошо. Ты показала мне, что нужно делать. Или, может быть, ты сказала Бекки, что… – Сэм уже задыхалась от приступа гнева, – что ты чуть не выла, когда кончала, и…

– Остановись! Тебя могут услышать.

– Мне насрать, услышит меня кто-то или нет. – И то была чистая правда,