А также их родители - Тинатин Мжаванадзе

Мишка, уроки – 4

Задание Мишки по грузинскому: написать текст на тему «Кто я» (аз есмь типа).

Мне невтерпеж побыстрее закончить с уроками, но есть вещи поважнее: хочу добиться от юноши его собственного мнения. Оно у него есть, но слишком глубоко запрятанное, выражаться не умеет – со словами не дружит.

– Миш, – подталкиваю я, – ну КТО ты? Не КАКОЙ. А – КТО?

Всеми фибрами души я хотела, чтобы он определился как: я – мальчик, я – сын, я – брат, да хоть я – футболист.

– Я – хороший человек, – изрек юноша Михаил.

Что можно к этому добавить?! Ничего!

– Сколько языков я знаю: грузинский, русский, украинский, теперь вот английской учу.

– Ты бы на английский нажимал получше, он самый нужный.

Изумленно:

– А почему английский самый нужный?

Объясняю про средство международного общения, язык науки, торговый, морской, короче – английский сильно вырос в его глазах.

Потом Мишка подумал вслух:

– А сразу нельзя было всем на английском говорить?

Теперь буду объяснять про уникальность культур в мировой цивилизации.

Давненько я не помогала меньшому делать уроки, совсем забыла этот ужас генератора случайных заданий.

– Маааам, не могу предложения составить.

– Покажи, что за слова, вечно ты от лени выдумываешь… Так, «стряпчий». Гм. Мхм. Хыхым. «Стряпчий». Ну ладно, это я тебе придумаю.

– А кто это такой?

– Ну, как тебе сказать… Юрист, если по-современному. Аблакат.

– Чаво?

– Так, следующее слово. «Остроумно». Ну, тут проблем никаких – придумать можешь?

– Могу. Эээээ… «Мальчик остроумно сел на стул».

– Гм. Мхм. Бухымммм… Ладно, остроумный ты наш, пошли придумывать. Дальше что?

– «Дерзко». Что это значит – дерзко?

– Невоспитанно. Что имеешь сказать по этому поводу?

– Мальчик дерзко сел на стул.

– Дался тебе этот стул!!! Мальчик дерзко разговаривает с учителем, хотя бы. Дальше давай.

– «Опоро…ченный». Опороченный.

– Откуда?! Откуда они все это берут??? Ладно. Главное, чтобы на стул не сел. Мальчик. Опороченный. Еще что?

– «Делегаты». А, я знаю, кто такие делегарты! Подожди, предложение придумаю. Делегарты…

– Принеси мне таблетку и стакан воды. Чтоб этих составителей… Так, дальше что?

– «Кулисы». Это точно знаю! Знаю – кулисы, это в театре! Так, слушай: «В кулисах был мальчик».

– На стуле точно не сидел?

– Хехехе.

– Ну ладно – в кулисах могут быть актеры, это логично.

– А мальчик не может там быть?

– Все может! Притом – может БЫТЬ.

– Все, слова кончились. Могу идти?

А зато Мишка в математике силен.

Великое слово – зато.

И на сегодня – последнее. Господи, еще немного здравого смысла мне, пожалуйста.

Мишка учит – стих-не стих, скажем – молитву.

Ко Дню независимости, надо полагать, утренник будет.

– Господи,

дай покоя этому миру,

вражду устрани, мятеж успокой,

дай урожая пахарю-сеятелю,

благослови корень лозы,

вырасти маленького,

объедини Грузию.

Мишка практически спит и повторяет слова машинально.

– Ну, начинай наизусть, мелкие ошибки – ничего страшного, потом испра…

– …Господи, вражду устрой!

– !!!!! Мишка, ты сначала подумай. Значение слов знаешь?

– Да.

– Начинай. Молитва начинается с обращения.

(Вздох)

– Господи. (Пауза.)

– Ну что?

– Забыл, подожди.

– Господи, дай покоя…

– …дай покоя этому миру, вражду успокой, дай мятеж…

– !!!! Тихо. Тихо. Начни сначала.

– Господи, дай мятеж пахарю сеятелю…

– !!!! Иди уже! Пусть она сама тебя учит!

Утро в нашей бухте

Мишка пришел под утро – за окном такой цвет, как будто клякса в тетради.

Влез между мамой и папой, повозился, повздыхал, взял мою руку и положил через себя, как ремень безопасности.

– Плохой сон видел?

– Да, – спустя паузу отвечает, еще не закрыв глаза. – Но не монстры.

Помолчал, решил, что надо объяснить.

– Мы как будто с Сандро были у Ани, – рассказывает, лежа на животе и задрав голову, как черепашка, – и Сандро куда-то ушел, а потом прилетел с маленьким вентилятором. Мы вышли на балкон, и он вылетел с этого балкона, а у него вентилятор остановился, и он упал.

Голос прерывается, голова падает в подушку.

Папа тоже поворачивается в сторону тусовки.

– А мне тоже снилось такое, когда Гия был маленький – как будто он выпадает из окна.

– А когда я проснулся, сердце билось очень сильно, – продолжает Мишка, сейчас его бенефис, при чем тут ваши сны вообще.

– Давай я тебе расскажу про сны. – Все равно спать уже не получится, можно хоть поболтать про интересное.

Мишка слушает про сознание и подсознание, фазы сна, глубокий сон, страхи, монстров, мысли и весь прочий реквизит, который вылезает, – особенно если голова лежит неудобно, болеешь или просто жарко или холодно.

– А сейчас у меня перед глазами картинки летают. Но это не монстры и не страхи, а то, о чем я думаю.

– У всех так. Спи.

Мишка абсолютно счастлив, снова уходит в сон, шерстка на его голой спине бархатная, с двух сторон – крепостные стены, мама и папа, сюда плохой сон не проникнет.

Утро подбирается очень тихо, вода в нашей бухте как зеркало, и сколько можно баловать этого мальчика.

Снова уложить спать

Как я люблю сладкие мгновения, когда дом уже затих, посуда перемыта, игрушки спрятаны в ящик, и я могу, наконец, заведя свой Джамироквайский будильник, блаженно растянуться в кровати, постепенно погружаясь в сон!

Однако грубая реальность не дает мне уплыть в забытье.

Все спят – кроме Мишки.

Что и говорить, младший сын у нас получился в некотором роде особенный. Чего ни коснись – у него на все ответ «нет», и надо искать обходные пути. С едой, учебой, чтением, прогулками по городу или походами в театр – простых решений не бывает, сначала репетируем шахматные партии, вырабатываем стратегии и тактики, применяем домашние заготовки, а дальше уже как повезет.

Ну вот что такое, казалось бы, уложить детей спать? Что может проще? У нормальных людей – конечно, все как положено: стрелка часов упала на цифру «9», дети отложили книжки, кротко поднялись, пошли чистить зубы, надели пижамки, поцеловали на ночь старших и уснули, подложив ладошки под голову. Старшие продолжают заниматься своими делами в тишине под убаюкивающий бубнеж телевизора, принимают гостей или могут даже пойти в ночной клуб – потому что их прекрасные высококлассные дети не посмеют подложить родителям свинью и проснуться не вовремя.

Какие такие девять часов?

– Мама, это даже не смешно, – не оглядываясь, говорит Сандро, когда я первый раз делаю попытку загнать их в кровати, а это уже одиннадцать. – Все мои одноклассники только что зашли в соцсети!

Из компа невыносимо громко поют британские