Вполне достаточно - Константин Михайлов

Руки были уверенней головы и пока я размышлял над этими вопросами запиликал домофон. «Вот черт» — подумал я.

Дверь открылась. Катя даже не спросила кто идет.

Я медленно поднялся на пятый этаж, памятуя о прошлом разе, когда сердце выскакивало из груди. Дверь в квартиру тоже была открыта. Переступив порог я почуял очень слабый, но до боли знакомый запах. Спирт.

— Мам, — прокричала с кухни Катя, пока суетливо что-то мыла в раковине — помой Маше руки, пожалуйста. Я посуду мою, не могу пока выйти.

— Мама в отпуске, я за неё — сказал я.

Катя перекрыла воду и вышла в коридор с рюмкой в руках.

— Фу, черт. Не пугай меня так — сказала Катя

Я рассмеялся.

— Заходи — она махнула рукой, приглашая меня на кухню.

— Пьешь спозаранку? — спросил я, садясь за стол

Катя достала рюмку для меня и налила коньяк.

— Кое-кто подал мне подобный пример

Мы выпили. Катя сморщилась, на глазах у неё выступили слезы. Видно пьет она нечасто.

— Как ты вообще пьешь эту дрянь? — спросила она.

— Обычно ртом, хорошо бы еще и с закуской.

Она достала из холодильника огурцы, колбасу и хлеб.

— Расскажи — сказал я

— О чем? — Катя покосилась на меня

Я задумался. «А о чем ей вообще нужно мне рассказывать?»

— Ну, скажем, — почему-то слова было очень трудно подобрать — как ты жила все эти годы? Откуда взялась Маша и почему ты живешь в этом городе?

Катя налила еще коньяку и мы снова выпили.

— Нет, не моё это, — сказала она, жуя огурец и убрала свою рюмку.

Я не отрываясь смотрел на неё. Боль внутри меня не утихла, но теперь я хотя бы мог быть уверен в том, что она не вырвется наружу.

— Странно, — сказала она — странно я жила. Она встала и вскипятила чайник. — После того как мы расстались… Знаешь, я ведь любила твоих родителей как своих. Как никак они спасли мне жизнь. Когда ты ушел, я перестала понимать что к чему, словно земля из-под ног выскочила. Ты понимаешь о чем я?

Я кивнул

— Последние два года школы было невыносимо. Видеть тебя в школе, наблюдать за тем, как ты медленно погружаешься в… не знаю, отчаяние, наверное. И самое поганое то, что я чувствовала себя абсолютно беспомощной. Ты оттолкнул меня и я боялась приближаться. — она глубоко вздохнула — Как-то раз, заходя в подъезд, я увидела компанию парней, один из них блевал, а двое остальных гоготали над ним и фотографировали. Только поднявшись к себе я поняла, что ты был там. В тот момент я решилась вновь заговорить с тобой, но спустившись вниз, никого уже не было.

Катя налила себе чай.

— А что было потом? — спросил я

— Потом я поступила в университет. Думала, что начну новую жизнь, как бы банально это не звучало. Собственно, я и правда начала новую жизнь, правда, не такую какую хотела.

Катя немного покраснела и посмотрела на меня.

— Знаешь, история довольно обычная. Я встретила парня, думала, что с ним у меня все наладится, но я вдруг залетела. Когда я узнала, что беременна, я чуть с ума не сошла. Хотела тут же сделать аборт, но парень меня останавливал. Вот, говорит, не волнуйся, я поговорю с родителями и всем тебя обеспечим, только ребенка не бросай. И я решила оставить ребенка. Парень мой был из очень богатой семьи, да и казался довольно надежным, поэтому я засомневалась и решила ребенка оставить. Но, как сам видишь, обещания он своего не сдержал. Он бросил меня, когда аборт уже был невозможен.

Катя усмехнулась.

— Знаешь, все винился передо мной, умолял простить его. Мол, родители заставили его бросить меня. Но мне то что? Я собрала вещи и вернулась домой. Благо хоть деньги на ребенка присылают. И на этом спасибо.

«Действительно, слишком банально», подумал я.

— Правда, — продолжала Катя, — сейчас я действительно рада тому, что у меня есть Маша. С ней чертовски сложно, но когда думаю о том, что могла когда-то сделать аборт реветь хочется.

— А как мама отреагировала?

— Мама-то? Ты же её знаешь, её ничем не прошибешь. «С пузом приехала? Ну так и рожай, горе ты мое»

Катя рассмеялась.

Я вдруг вспомнил кое-что. В тот самый день, когда репортер должен был сделать фотографию моего отца рядом с малюткой Катей. Отец вышел из своего кабинета и направился в палату, проверить Катю. Рядом с кабинетом сидел и маленький я. Из-за угла вдруг выбежала Анна Васильевна вся в слезах и упала отцу в ноги.

— Спасибо вам, спасибо вам большое! Она же единственная у меня осталась! — и все терлась лицом о его халат.

Отец явно тогда смутился и не сразу понял, что делать со странной женщиной.

«Ах, вот как её зовут. Анна Васильевна», подумал я

Я выпил еще коньяку, но, странное дело, он и мне показался противным. Я положил свою рюмку в раковину и налил себе чаю.

— Ну, ты все услышал?

— Пожалуй, — сказал я

Честно сказать, трудно было переварить услышанное. Я был уверен, что её жизнь сложится совсем по-другому. Как и мои родители, она мечтала стать врачом, но мечту, видимо, ей придется оставить. Когда в Новый год я услышал ту сплетню, я подумал, что подобного просто быть не может, но встретив вчера Катю, я был совсем ошеломлен.

В прихожей послышались звуки.

— Пришли, — сказала Катя.

Маленькая мисс Муссолини радостно топала ногами.

— Мамааа! — прокричала она — Мы пришлиии!

— И как я могла перепутать тебя с ней?! — сказала мне Катя. — Бегу!

Пока Катя приводила дочь в порядок, в кухню зашла бабушка.

— Ну, алкоголики, помирились?

— Еще нет, вроде

— Все бы вам на месте топтаться! — она всплеснула руками — А еще молодежь называется!

— Мам, — Катя зашла, а на руках у неё была Маша, — можешь сегодня побыть с ней?

— А ты, чай, на дискотеку собралась? Кавалера, правда, ты себе паршивого нашла. Уж больно он тухлый у тебя.

— Мы на кладбище съездим — сказала она не моргнув и глазом

Я поперхнулся чаем.

— На кладбище? — спросил я

— Да — Катя посадила Машу за стол, а сама взяла со стула кофту и пошла собираться

Я посмотрел на Анну Васильевну, но та, похоже, была не сильно удивлена.

— Тогда я её к себе заберу, у меня еще дела дома есть — крикнула она

— Хорошо — крикнула Катя из другой комнаты.

— Ура, к бабушке! — развеселилась маленькая