Ошибочная версия - Василий Лазерко

А в качестве такого участника уголовного процесса, как потерпевший, может оказать любой из нас, в том числе и следователи и прокуроры. Думаю, что это нужно учитывать нам всем.

Кстати, они же могут оказаться в процессе и в качестве обвиняемых.

В качестве примера можно привести уголовное дело, возбужденное несколько лет назад Председателем Следственного Комитета РБ, против следователя Андриановой. Ее сравнительно недавно осудили, и, скорее всего, справедливо осудили за злоупотребление властью. Правда, и тут наш советский суд, самый гуманный в мире, учел все ее заслуги (а начальство в свое время нахвалиться не могло на нее) и то, что она родила ребенка, не направил ее в колонию. Но хоть привлекли к уголовной ответственности, и то этот факт резко выделяется на фоне того, что творят некоторые следователи. Подчеркиваю, некоторые. Единицы. Но и одна паршивая овца может испортить все стадо.

Как разительно отличалось ее поведение в то время, когда она вершила чужие судьбы, и когда сама попала в переплет!

Вот тогда, уже в качестве потерпевшего или обвиняемого, те же самые следователи ведут себя совершенно иначе, чем, когда сами расследуют уголовные дела. Совершенно иначе они смотрят тогда и на работу своих бывших коллег. Это уж точно. Проверено временем.

Хотелось бы, чтобы такие безобразия, о которых говорилось в рассказе ветерана следствия, происходили как можно реже.

На фоне всей этой вакханалии следствия и суда одно оставалось незыблемым, — это преданность родных и близких Ивана Жаркевича памяти сына и брата.

Иногда материнская любовь ослепляет. Мать видит в своем ребенке только хорошее. Даже, если этот «ребенок» великовозрастный лоботряс.

Только она, эта преданность и помогла хоть и не полностью, но все — таки восстановить справедливость.