Глубина резкости - Тери Нова

Это был удар в десятку. Я отлично понимал суть сказанных слов. Если бы она только знала, сколько еще дел наворотил из своих охренительно-добрых побуждений, то отпинала бы меня своими прелестными маленькими ножками.

– А чего хочешь ты, Элли? – Остановился, развернув ее к себе лицом и прошелся кончиками пальцев по холодной щеке. – Чего ты хочешь?

Я ждал ответа с замиранием сердца. Она смотрела на меня испытующе, словно готовясь сказать что-то, что изменит эту ночь навсегда. Наконец, ее лицо озарила легкая улыбка, и девушка ответила:

– Я не отказалась бы от фастфуда!

– Фастфуд? Серьезно? – Закинул голову к небу и рассмеялся.

– Что? Меню на свадьбах – полный отстой. Я почти не ела. – Она выглядела такой маленькой с этими огромными зелеными умоляющими глазами.

– Значит, придется накормить тебя. – Я взял девушку за руку и повел за собой.

– А мистер Клетчатые Штаны? – Элли снова расхохоталась, сидя в моей машине, на парковке у школы Рида Кастера. – Он ведь так и не понял, что это был ты.

Все заведения уже были закрыты, и мы, взяв еду навынос, припарковались у пустого здания школы, предаваясь воспоминаниям о проделках юности. Сначала хотели пробраться на футбольное поле, но на улице был такой холод, что попытка вылезти из машины была чревата пневмонией.

Перед уходом я поручил Андерсу присмотреть за Сью. Судя по тому, как этот идиот улыбался, он по-своему понял смысл моих слов.

– По крайней мере, он наконец сменил их, – засмеялся я.

В девятом классе мы с Майком украли из учительской раздевалки комплект одежды одного из учителей, пока тот занимался в бассейне. Мы прорезали дырки ровно по контуру клеток на брюках, после сложив все на место. У мужика просто не было выбора, в чем идти домой. Это была умора.

– Ты скучаешь по Брейдвуду? – спросила Элли. – Ну конечно, глупый вопрос, тут живет твоя мать и все такое.

– Скучаю. Но ты ведь знаешь, как с ней было непросто временами. В эту поездку мы много говорили, она как будто стала совсем другая: работает со своим психологом, выглядит очень счастливой. А еще я скучаю по здешним друзьям, правда, теперь все разъехались и повзрослели.

– Вот дела! А твой отец? Как он?

– Ну, он с головой ушел в преподавание. Еще мой друг Кей подсадил отца на рыбалку и познакомил с крутыми мужиками, поэтому теперь у старика есть любимое хобби – сутками пропадать на озерах.

– Похоже, этот парень – прекрасный человек. – Элли широко улыбнулась.

– Так и есть.

– Когда я приезжаю и встречаю ребят, мне иногда хочется вернуться в то беззаботное время.

– А сейчас в твоей жизни много забот? – Я нахмурился. Мне хотелось услышать «нет».

– Ну, не особо, знаешь, учеба и постоянная занятость, конечно, сказываются, но я делаю то, что действительно люблю. – Элли теребила подол пиджака. – А ты счастлив? – Она подняла глаза.

– Сейчас абсолютно, – сказал, не задумываясь.

– Я рада это слышать. Вообще, здорово, что твоя жизнь сложилась так, как ты и хотел…

– Элли, я говорю, что счастлив сейчас. Здесь.

Та закусила нижнюю губу, не зная, что ответить.

– Моя жизнь сложилась так, как я и хотел, ты права. За исключением одной самой важной части: девушка, которую все еще люблю, не со мной.

Элли вдруг выпрямилась и с прищуром взглянула на меня.

– Ну нет, ты не можешь сидеть тут и снова говорить такие вещи. – Она метала взгляд по салону, избегая смотреть на меня. – Это не игра и не шутки. Ты сделал свой выбор, мы все решили, я тебя простила. Скоро ты вернешься в Бостон. Спасибо за этот вечер, а сейчас отвези меня домой.

– Ты струсила, потому что я сказал, что люблю тебя?

– А еще ты говорил, что не оставишь меня, а спустя неделю вышел из дома с чемоданом наперевес. Не поступай так со мной, Райан! Ты снова делаешь это.

– Уже сказал, что не уйду, Элли. Тебе страшно, понимаю. Ты можешь беситься сколько угодно: подожду, пока ты остынешь, а потом снова поцелую тебя. И ты поймешь, что тоже все еще без ума от меня.

Она рассмеялась.

– Такой самоуверенный. Просто не верится.

– Пора признать, что ничего не закончилось. Тебе не надоело притворяться, что это не так?

– В твоих мечтах, Донован. Заводи свою машину, и поехали!

– К тебе или ко мне? – ухмыльнулся я.

– Издеваешься? – Она потянулась, чтобы включить зажигание, и этого движения было достаточно, чтобы поймать Элли за руку, а после – за талию перетащить к себе на колени.

– Отпусти! Что ты делаешь? – Ясен хрен, я проигнорировал просьбу, отодвинув сиденье назад до упора.

– Сбиваю с тебя спесь. – Взял ее лицо в ладони и впился ей в губы страстным поцелуем. Элли принялась колотить меня по плечам.

Шесть, пять, четыре…

Руки девушки ослабли, она отстранилась, посмотрев на меня с презрением.

Три, два, один…

А потом сама подалась вперед, обвив мою шею руками и запустив пальцы в волосы. Другое дело. Мы снова принялись целоваться; мой пиджак соскользнул с ее плеч по обнаженной спине. Элли задрожала и заерзала у меня на коленях, когда я провел руками по ее голой коже и за ягодицы притянул ближе к себе. Стоны девушки отражались от стекол и отдавались у меня в паху; наши движения были такими резкими, отчаянными. Пока я искал, как снимается это платье, Элли добралась до последней пуговицы на моей сорочке, после распахнув ее и проводя теплыми ладонями по груди и прессу. Как же я жил без ее рук?

Прервав поцелуй и нашарив сбоку рычаг, девушка опустила кресло в лежачее положение, стянула с меня рубашку и надавила на грудь, безмолвно приказывая лечь. Все это время мы не произносили ни звука, поддерживая контакт только взглядом. Я опустился на сиденье и взял ее за бедра, приподняв подол платья до талии. Как, черт побери, снять эту штуку? Девушка улыбнулась и провела рукой по плечу, спустив одну бретельку. Вот болван. Завороженно наблюдал, как ее пальцы проделали то же со второй стороной. Платье упало, и я с шумом втянул в себя воздух.

Элли уже расстегивала ремень на моих брюках, неловко дергая пряжку. Аккуратно убрав ее руки, уменьшил трение ее ладоней о мою эрекцию – конфуз был бы нам ни к чему. Я расстегнул ремень и молнию, а Элли облизала губы и потянулась руками к резинке боксеров, чтобы снять их, высвобождая мой член и глядя на него со смесью похоти и необузданной жажды. Это было самое горячее зрелище за всю мою жизнь.

Она всего на секунду подняла на меня пылающие зеленые глаза, спускаясь вниз. Дыхание перехватило.

– Детка, не думаю, что продержусь