Последнее лето - Лидия Милле

– Минное поле? – предположил Джуси.

– Не может быть. Это противозаконно, – сказал Рейф.

Нас его слова не убедили. Мы предпочли не ступать на ту траву. И перестали спускать собак с поводка.

* * *

После строительства стены мы начали еще активнее вовлекать их в игру. Чтобы чувствовать себя нормально, они нуждались в ритуале. Мы это понимали, хотя и не говорили об этом вслух.

Мы выигрывали все чаще, и это так удручало родителей, что время от времени нам приходилось им поддаваться. Загадывали что-нибудь легкое. Кольца Сатурна, например, или «голого землекопа», или и вовсе цветную капусту.

Если кому-нибудь приходила эсэмэска от друга или родственника, игра прерывалась. Поначалу мы установили строгие ограничения на подобные паузы – не хотели, чтобы противник, явно проигрывая, жульничал и искал ответ в сети. Но мы все чаще наблюдали, как чья-нибудь мать, прочитав сообщение, утирает слезы, а чей-нибудь отец бледнеет, и ослабили запрет.

Один из отцов – отец Джен – ушел за территорию имения и вернулся в ужасном состоянии. Он где-то потерял обувь и пришел с обмороженными и кровоточащими ногами. Что с ним приключилось, он никому не сказал, а просто сел на корточках на кухне, обхватив колени руками, и принялся раскачиваться взад-вперед.

Одна мать попыталась через скайп, хотя качество связи оставляло желать лучшего, связаться с друзьями и родственниками. Составила список тех, кого найти не удалось, и старалась навести о них справки. Но, поговорив с теми, кого смогла отыскать, она расстроилась чуть ли не еще больше. Немногие сообщили, что с ними все более или менее в порядке, зато остальные были в полной панике или оцепенении. Двое умоляли нас их приютить, и мать обратилась с просьбой к отцу Джуси.

– Ни в коем случае, – ответил он. – Ты ведь в курсе, мы это уже обсуждали.

– Не взваливай на себя чужие проблемы, – сказала моя мать с присущим ей прагматизмом. – Надо возделывать свой сад.

Смысл этой последней фразы мы поняли позже, когда, готовясь к очередной игре, наткнулись на сайт с афоризмами одного давно умершего француза.

Порой кто-нибудь из родителей по забывчивости пропускал несколько приемов пищи. Некоторые переставали следить за собой, и от них начинало вонять. Другие часами, невзирая на холод, плавали в бассейне на надувном матрасе, слушали музыку и разговаривали сами с собой. Одна мать устроила истерику и ломом разбила зеркало в ванной.

Мы созвали совет.

– Если нам предстоит задержаться здесь, надо навести порядок, – сказал Рейф.

– Кто-то должен все организовать, – сказала Джен. – Дальше так продолжаться не может.

– И больше нельзя полагаться на доставку, – сказала Саки. – Заказы постоянно задерживаются, а то и вообще не приходят.

– Пора брать дело в свои руки, – сказал Дэвид.

* * *

Мы обсудили возможность самостоятельного выращивания овощей. На носу была зима, и мы обратились к гидропонной технологии, изучением которой занялись Лоу и Рейф. Под теплицу решили переделать домик для джакузи со стеклянными стенами и крышей. Все наши разговоры теперь крутились вокруг семян, в том числе злаков, специальных ламп, генераторов и солнечных батарей. Пытали Дэвида, нельзя ли отсоединиться от общей сети – мы устали от скачков напряжения и внезапных отключений – и установить собственную систему электроснабжения. Технически сложно, с осторожностью высказался он, но добавил, что шанс есть.

Затем мы обсудили, кто что умеет делать, и прикинули, как распределить обязанности.

Однажды вечером вместо игры мы созвали родителей на совещание.

– Мы наблюдаем тревожные сигналы, – сказал Терри (он заказал новые очки и вместе со зрением вернул себе внушительный вид). – Многие из вас не очень хорошо себя чувствуют. Позвольте назвать вещи своими именами: у вас явные проблемы с психикой.

Родители беспокойно заерзали. Обменялись не столько скептическими, сколько виноватыми взглядами.

– Это было ожидаемо, – великодушно признал Терри. – Мы полагались на вас в удовлетворении наших материальных потребностей и финансовой поддержке, а вы, в свою очередь, полагались на сложившийся социокультурный порядок, в котором, как нам известно, не так давно произошел серьезнейший сбой.

– Сбой, – повторила чья-то мать.

– Серьезнейший сбой, – подтвердила Вэл.

– Как бы то ни было, ваши способности контролировать ситуацию явно снизились, – сказал Терри. – Поэтому отныне и до тех пор, пока ваш коллектив не вернется к уровню базовой компетентности, мы предпочитаем взять ответственность на себя. Мы подготовили план независимого функционирования хозяйства, который, разумеется, будет по ходу дела дорабатываться. В условиях нестабильности доступность необходимых материалов колеблется, и мы это сознаем. Огромным подспорьем станут ваши финансы, но от вас потребуется также определенная гибкость.

– Гибкость, – повторила Вэл.

Она стояла позади Терри, чуть сбоку, скрестив руки, и выглядела довольной.

– Мы составили график работ. Пока у нас нет полной информации – в черновом варианте. Вы будете по-прежнему вносить свой вклад, каждый – в зависимости от его способностей. Труд каждого будет высоко оценен. Неважной работы нет. В этом можете быть уверены.

– Дворцовый переворот, – пробормотал чей-то отец.

– Терри что, с бумажки читает? – спросил кто-то из глубины комнаты.

– Мы раздадим вам анкету. Мы хотели бы, чтобы вы оценили свои умения и навыки по степени владения ими. Это поможет нам добиться максимально разумного распределения обязанностей.

– Вы же просто дети, – сказала чья-то мать.

– Но не умственно отсталые, – сказал Джуси.

– И редко когда пьяные, – добавил Рейф.

– Редко когда, – сказала Вэл.

– Наши грешки никого не касаются, – огрызнулся кто-то из отцов.

– В их словах есть здравое зерно, – сказала чья-то мать.

– Вы можете ознакомиться с планом работ, – сказал Терри. – Ваши замечания будут встречены с особым интересом.

– Какое великодушие! – воскликнул чей-то отец.

– Хотя не обязательно будут приняты к исполнению, разумеется, – добавил Терри.

– Какие умения перечислять? Я окончила курсы составления японских букетов, – сказала одна из матерей.

– Икебаны, – кивнул Терри, не поддаваясь на явную провокацию. – Знаю. Вряд ли это входит в число приоритетов.

Родители изучили план. И в итоге с ним согласились.

Некоторые отцы спешили похвастать своими обширными знаниями в сфере инжиниринга или ликвидности валют. Но, признали мы, далеко не все их предложения были лишены смысла. Как Терри и обещал, мы приняли их мнения к сведению и внесли в план соответствующие коррективы.

После чего приступили к его осуществлению.

* * *

Процесс налаживания производства занял немало времени. Родители приносили несомненную пользу, хотя порой им требовалась встряска. Мы применяли метод кнута и пряника.

Обычно они выдыхались, когда наступало привычное для них время выпивки и болтовни, и нам приходилось сдерживать их порыв, пока не будет выполнена работа (кнут). Мы никого не наказывали, но