Последнее лето - Лидия Милле

– Остается ждать, – подвел итог Рейф.

* * *

Арбалетчику, видимо, было наплевать, чем мы заняты. Я надела кофту с капюшоном и фонарик на голову и отправилась в лес проведать Джека. Дождь немного поутих.

Я застала его, Шела и остальных под навесом, растянутым над шалашом, который соорудили себе мелкие. Там же сидел и рыжий, но уже без ружья – его держала Джен.

Ногу ему перебинтовали тряпкой, и он ел из миски – руками.

– Неплохо вы пригрели парня, который убил лучшую козочку на свете, – сказала я Джеку.

– Он хотел есть, – сказал Джек. – И пить. И у него сильно болела нога. Поэтому мы разрешили ему выбросить наверх оружие. А потом вытащили его самого.

– Люблю макароны, – с набитым ртом пробормотал парень.

– Он чуть с голоду не умер, – сказала Джен.

– Бездействие было бы нарушением Женевской конвенции о защите прав человека, – заявил Лоу.

– К тому же он умственно отсталый, – во весь голос добавил Джуси, но рыжий на это замечание никак не отреагировал.

Джек потянул меня за рукав.

– Ева, мы хотим вернуться, – сказал он, отведя меня в сторону. – Джен говорит, что приехали родители. Они ведь все уладят?

– Не знаю, Джек, – ответила я. – Пока не уладили. Пока сделали только хуже.

– У нас тут все промокло. И жутко холодно, – сказал он. Он не преувеличивал: губы у него посинели, руки тряслись. – В плитке закончился газ. А вода осталась только дождевая. И я скучаю по тебе.

– Но те люди опасны, – сказала я. – Они и застрелить могут.

– И Рыжик без врача пропадет.

– Рыжик? Вы что, теперь друзья?

– Друзья не друзья, но кто-то должен вылечить ему ногу. Шел говорит, если не лечить, он останется хромым. Ему нужна помощь.

– Ему стоило подумать об этом прежде, чем угрожать мне оружием, – сказала я.

– Думать у него не очень получается. Да он бы тебя не пристрелил!

– Откуда такая уверенность, Джек? Он и в тебя мог выстрелить. Ты же видел, что случилось с Дилли.

– Шел перебинтовал ему ногу своей рубашкой. Видела бы ты, что там, под повязкой. Ужас.

Я отправила его обратно к костру и позвала Джен. Мы не знали, как поступить. Солдаты плотно заняли и сарай, и дом. Вожак обкурился и выбыл из игры. Во всяком случае, временно.

А в силосной башне, по крайней мере, тепло и сухо.

Возможно, мальчики будут там в безопасности.

– Темная лошадка этот Рыжик, – сказала Джен. – Что, если он переметнется назад, к солдатам? Мы можем крупно влипнуть из-за его ноги.

– Эй, Рыжик, – обратилась я к парню. – Среди тех мужчин есть твой отец?

Парень вылизывал миску до блеска.

– Нету у меня отца, – покачал он головой.

– Где же ты с ними познакомился?

– В ресторане.

– В ресторане?

– В «Макдоналдсе», – пояснил Джек.

– Я там убираю. Они приехали на грузовиках. Я впустил их, – сказал Рыжик. – Теперь у них ключи. Теперь они главные.

– Понятно, – сказала я.

В самом деле, что тут непонятного.

* * *

Когда мы вышли из леска, то увидели над полем яркий свет. Мы остановились. Давненько мы не видели такого резкого света, даже глазам было больно. Свет сопровождался гулом, и чем ближе становились огни, тем больше усиливался шум. Это был звук вращающихся лопастей.

Вертолет.

– Кажется, родители вызвали полицию! – крикнул Джус.

– А ты уверен, что это полиция? – крикнул в ответ Рейф.

Больше никто не говорил – перекричать гул было невозможно. Неужели родители все же привели подмогу? Хотелось бы нам в это поверить.

Вокруг сарая не было никаких признаков движения.

Главарь спал в машине, уронив голову на руль.

Мы невольно заулыбались. В сердце вспыхнула безумная надежда. Сумасшедшая радость. Это чувство охватило всех. Оно было заразительно.

От вращающихся лопастей поднялся сильный ветер, встрепавший нам волосы. Огни опускались все ниже. Мы, сбившись в кучку, стояли в темноте на мокром поле. Наконец вертолет – огромная махина – приземлился.

На траву выпрыгнули люди. Парни в черной форме полицейского спецназа. При оружии. Вскинув винтовки, скоординированным порядком побежали к сараю. Они явно действовали по согласованному плану.

Вертолетные лопасти остановили вращение. Мы подошли ближе.

Последней из вертолета показалась фигура в длинном плаще и сапогах. Женщина. Худощавая, пожилая. Ее озаренное прожекторами лицо выражало спокойствие.

Она окинула нас взглядом. Поманила к себе. И пошла прочь.

– В сарае вместе с солдатами – дети! – крикнула я ей в спину, пустившись бежать за ней следом. Шум за нами стихал, и гасли огни. – И грудной ребенок. И наши родители. И ангелы тропы, и Бёрл. Они ничего плохого не сделали.

– Знаю, – сказала она.

Если это мне не послышалось, потому что она так и не обернулась. Слова как будто плыли перед ней по воздуху.

* * *

Она дошла до силосной башни. Мы следовали за ней по пятам. Она деловито пересекла комнату и села в одно из двух кресел.

В другом кресле, скрючившись над ноутбуком, сидел Дэвид. Он с недоуменным видом распрямился.

– Вы – хозяйка? – спросила Джен.

Женщина едва заметно кивнула. Вытащила из кармана плаща телефон и, нажав кнопку, распорядилась: «Вывести гражданских. Родителей в коттедж. Детей ко мне». Затем достала пачку сигарет и зажигалку. Закурила сигарету и затянулась.

Меня так и распирало сказать, что здесь нельзя курить, но я промолчала.

– А что будет с теми людьми? – спросил Джуси.

– Боюсь, – ответила хозяйка, – что они нарушили правила.

– Шумели по выходным, – высказался Джек. Все еще промокший, он дрожал и прижимался ко мне.

– Точно, дорогой, – сказала хозяйка. Возможно, у меня разыгралось воображение, но мне показалось, что выражение ее лица смягчилось. – Это помимо всего прочего. Джек, подойди ближе к обогревателю. Ты весь продрог.

Разве я произносила при ней его имя? Когда?

Она изобразила несколько быстрых жестов руками, и Шел тоже подошел к батарее. Наклонился и вытянул руки.

Она явно неплохо владела языком глухонемых.

– Всем остальным оставаться здесь, – приказала она.

Приказывать она умела. Мне и в голову не пришло ее ослушаться.

– Можете подняться наверх, если хотите, – продолжила она. – Я знаю, что вам нравится, какой оттуда вид. Но на поле ни ногой. И еще, Ева, принеси мне пепельницу.

Своего имени ей я тоже не называла.

– Я не знаю, где…

Она махнула рукой в сторону полки. А вот и пепельница – маленькая металлическая мисочка. Я послушно поставила ее на подлокотник кресла, в котором расположилась хозяйка.

Позади в двери появилась Саки. С ребенком. Затем Ди. Они смущенно остановились.

– Хорошо, – сказала женщина. – Начнем игру.

Она нажала еще одну кнопку на телефоне.

Мы не поняли, что