Цена момента - Герман Редли

ー Всё равно не могу понять, как после всего этого ты продолжаешь его жалеть, любить или ещё что-то? Что есть такого в вашей повседневности, что спасает этот союз от краха?!

ー В этих отношениях есть определённые пути, с помощью которых, нужно показывается любовь с моей стороны. Однако, это одновременно и всё то, что у меня вызывает отторжение, всю мою сознательную жизнь. Я никогда не смогу понять смысла висеть на телефоне по часу и более, при условии что суть разговора на каких-то три минуты. Особенно если в рамках данного разговора, мне большую часть времени будут перечислять порядок действий, в котором я всё равно ничего не понимаю. А если уж я об этом скажу, то ещё и буду выслушивать лекцию о том, что нужно уважать интересы друг друга. Помимо этого, он требует от меня полный отчёт о том, где я была, с кем говорила, и, главное, о чём поговорила. Томас называет это максимальной открытостью, я же считаю это тотальным контролем. Как и те метки, что он так любит ставить на мне, как обычно, это делают на скотобойнях: у меня уже руки не заживают от его укусов. И нет, это не порыв страсти, если ты об этом сейчас подумала – это он так пытается получить любовь, которую я ему не даю. Тут главно не говорить что-то против этого, иначе скандала не избежать! Мы один раз поссорились на почве того, что я попросила так не делать. Естественно, не прошло и пяти минут, как это случилось, после чего и я ударила его в ответ по заднице. А затем меня ожидала двухчасовая дискуссия о том, как это я смогла посметь поднять на него руку. Правда, потом меня тоже как-то побили, за то, что я не запомнила занятие, которое он в шутку запланировал на вечер. Но там я уже подобных перформансов не устраивала. Как мы понимаем, суть наших конфликтов лишь в том, что я не умею его слушать и слышать. Естественно, в этой ситуации была виновата только я, и вот это всё было вполне оправданно и заслуженно! Он же просто защищал те драгоценные минуты внимания, которых я так часто его лишаю, забывая о том, что моё личное время принадлежит только ему и никак иначе. То есть если я захочу поговорить ещё с кем-то, кроме него, то это нужно делать с максимальной осторожностью. Помню, пришла к нам как-то Лилиан. Спустя час после её прихода, к нам присоединился и Томас. Не прошло и получаса, как он попытался невзначай намекнуть о том, что неплохо бы было закругляться со всем этим. К сожалению, я не смогла вовремя понять этого намёка, а потому, спокойно продолжила общаться с Лилиан. На что он демонстративно встал и отошёл к окну. Хоть и не сразу, но я почувствовала это навязанное напряжение в воздухе и подошла к нему, чтобы в результате нарвалась на пару ласковых слов о том, насколько же я эгоистичная мразь. Отсюда и вытекает, что нужно меньше работать, больше проводить времени с ним и питаться энергией любви и солнца, ведь от его подработок почти нет никакого дохода и мне самой приходится закрывать все текущие траты.

ー Скажу честно, на твоём месте я бы уже бежала сломя голову, даже не подумав оглянуться! – сказала Шарлотта, допивая остатки вина из бокала. – У меня тоже были в своего рода сложные отношения, но никогда всё это не было настолько утрированно! Хоть это и твоя жизнь, и не мне принимать за тебя решение, я бы лучше осталась в одиночестве, чем вот так на всю жизнь.

ー В любом случае сегодня мне уже ничего не поменять – так что придётся возвращаться туда, где есть хоть что-то…

В доме Томаса не было света. Тихонько отворив дверь, Кэтрин прокралась в спальню и убедилась, что благоверный сладко дремлет. Разумеется, нырять в его крепкие, мужские объятия она не решилась. Вместо этого она забрала старую подушку из шкафа и отправилась в гостиную, где и проспала до самого утра. Ютясь на пружинах старого дивана, она не испытывала никакого неудобства, ведь спать на нём было гораздо приятнее, чем в постели с "любимым" мужчиной…

Надежда

Одни рождены для того, чтобы сделать мир лучше, тогда как другие должны просто в нём существовать, приобретая надежды и бесценный опыт бытия. Именно поэтому принято считать, что воспоминания уйдут, чувства угаснут, и только опыт останется с тобой на всю оставшуюся жизнь: останется и будет громким отголоском раздаваться при каждом удобном случае.

До свадьбы Эммы и Роберта оставалось чуть больше месяца: готовились эскизы свадебного платья, обсуждалось меня и, конечно же, составлялся список гостей. Впрочем, несмотря на всё это волнение, вновь брачующиеся не оставляли управление бизнесом, которое по-прежнему не давало ощутимых результатов настолько, что деньги на свадьбу приходилось брать в кредит под залог пансиона.

Данное событие заставляло некогда холодную и рассудительную Эмму превращаться в маленькую, испуганную девочку, которая ночь за ночью продолжала проливать слёзы, сидя на кухне за бокалом вина. К счастью или сожалению, того же нельзя было сказать о Роберте, который весьма спокойно, возможно, даже равнодушно относился ко всему, что происходит, проявляя незатейливый трепет в моментах сожаления о том, что их свадьба не завтра.

ー Довольно, я устала разводить эти пустые разговоры! – резонировала Эмма. – Даты свадьбы определена, и я не могу ускорить данный процесс. И если тебе вообще интересно моё мнение, я считаю, что устраивать пир во время чумы – это по меньшей мере глупая затея, не говоря уже о том, что затратная!

ー Любовь моя! – нежно коснулся её плеч Роберт– Ты же понимаешь, как долго мы шли к этому событию. И, конечно же ты осознаёшь, что мы оба достойны этого события. И как после этого ты не можешь понять моего искреннего порыва стать, наконец, твоим законным мужем и избавиться от всех этих грязных сплетен, что летают вокруг нашего союза!

ー Бесспорно, это благородный порыв и я всем сердцем одобряю подобные жесты, тем не менее все эти проблемы, всё так