Рассказы на ладони - Ясунари Кавабата

— Ну, это уж чересчур.

— Но сам-то ты точно карьеру сделаешь. Не веришь? У меня глаз намётанный, я как бог всё наперёд вижу, никогда в мужчинах не ошибаюсь. Точно сделаешь.

— И тогда тебя брошу?

— Так и будет.

— Тогда ты не должна хотеть, чтобы у меня всё сложилось.

— А вот здесь ты не прав. Я чужим удачам радуюсь. У меня такое гнёздышко, что из него только удачники вылетают.

— Перестань издеваться. Мне неприятно слышать, как ты своих прежних дружков вспоминаешь. Ты — аристократка только в том смысле, что лимонным соком мажешься.

— Вот ты о чём? Давай посчитаем. Лимон стоит 10 сэн. Мне его хватает на четыре дня. Сколько получается? Правильно, два сэна с половинкой. Я — штучка за два с половиной сэна в сутки.

— Ладно, когда ты умрёшь, я посажу на твоей могиле лимонное дерево.

— Да, есть у меня такая мечта. Никакого памятника мне не надо, дешёвеньким надгробием обойдусь. Только пусть к моей могиле подъезжают шикарные мужчины во фраках. Это — да.

— Ладно, хватит. Не будем о шикарной жизни и о шикарных мужчинах.

— Увидишь — ты сам скоро попадёшь в их число.

Для того чтобы говорить о себе как о провидице, у неё были самые серьёзные основания. Относительно предсказания мужских судеб сбоев у неё не случалось. Поэтому-то у неё никогда не было мужчины, который бы не имел данных для того, чтобы выбиться в люди.

Её первый любовник приходился ей двоюродным братом. Но он был обручён со своей другой, весьма богатой, кузиной. Он бросил кузину ради неё. Они снимали комнату на втором этаже и жили беднее бедного. После окончания университета на конкурсных экзаменах в МИД он прошёл третьим и получил должность в посольстве в Риме. Отец его богатой невесты пришёл просить взять его дочь в жёны. Она же — увидевшая его будущее, уступила ей место. Её второй любовник был бедным студентом-медиком. Он бросил её и женился на деньгах преуспевающего строителя больниц. Её третий любовник повторял, что она отталкивает деньги, но на самом деле в скором времени ему удалось перевести свой радиомагазин с задворок в приличное место. Это был район публичных домов. Она же осталась вместе с их прежней нищетой на прежних задворках. Её четвёртый любовник… Её пятый любовник…

И вот нынешний драматург… К нему вдруг стали валом валить какие-то радикальные социологи, и он наконец-то написал свою многоактную пьесу. Как он и обещал, там была и лимонная роща. Но отыскать в нынешнем обществе что-то подобное этому лимонному свету ему не удалось. Поэтому лимонная роща появлялась только в эпилоге. На репетициях драматург свёл знакомство со звездой труппы и влюбился в неё. Она же, провидица, снова оказалась ни с чем. Но предсказание её сбылось, он начал восхождение.

Среди прежних посетителей её драматурга был и рабочий парень. На их сходках он кричал очень мужественно. Он и стал её следующим любовником. Но, похоже, к этому времени она утеряла свой божественный дар прорицательницы. Потому что с этим трудягой ничего хорошего не произошло. За подстрекательские речи его уволили — её чутьё улетучилось. А она всегда жила чутьём. Поэтому её больше не стало. Она устала от своей карьеры. Наверное, она просчиталась в чём-то главном.

В день её похорон состоялась премьера пьесы. Когда исполнявшая главную роль новая любовница драматурга заговорила о лимонной роще, он почувствовал привкус своей лимонной женщины. Когда представление, имевшее бурный успех, было окончено, он собрал со сцены те лимоны, которые фигурировали в эпилоге, погрузил их в авто и помчался на кладбище. Он остановился перед могилой. На ней лежали лимоны, от которых исходил яркий полнолунный свет.

«И вот здесь вот когда-то росла лимонная роща?»

[1929]