Последнее лето - Лидия Милле

И счастья особого тоже не испытывали.

– В чем секрет? – задал он еще один вопрос.

Тон его голоса не предвещал ничего хорошего.

Поведя ружьем, он заставил нас выйти на улицу. Переговорил с кем-то по рации и повел Луку открывать ворота.

С той стороны выстроились грузовики и джипы.

Я побежала в сарай, где сидели мальчики.

– Джек, – зашептала я. – Там люди с оружием. Берите с Шелом самое необходимое и бегите в лес. Не высовывайтесь, пока я за вами не приду.

– Я не хочу уходить без тебя, Ева, – сказал Джек.

– Так надо, понимаешь? Я не шучу. Уходите! Быстро!

Они выбрались на улицу через отверстие в задней стене, а я вернулась во двор. В ворота въезжала целая автомобильная процессия. В кузовах грузовиков сидели люди, много людей. Похожие на солдат, только без военной формы. И не такие подтянутые.

– Селяне с пушками, – сказал Рейф.

Несколько человек стояли на подножке джипа. В руках – здоровенные ружья. Они тормозили машины где попало, а один грузовик въехал в огородный забор. Смял проволочное ограждение и передавил наши лучшие помидоры.

От негодования меня бросило в жар.

Лука сказал, что мы можем угостить их сэндвичами, но потом они должны уехать. Здесь ребенок, сказал он. Новорожденный. И подросток. «Недавно потерявший мать».

Один солдат с силой ударил его в плечо, а остальные принялись обыскивать все вокруг.

Мы стояли у дома и ждали. Среди вооруженных людей был наш ровесник, рыжий и страшно прыщавый. Он охранял дверь, пока внутри хлопали дверцы шкафов и гремела разбитая посуда.

Наконец солдаты вышли, на ходу уплетая найденные припасы. В разграбленной кухне царил полный разгром: содержимое ящиков и тумбочек валялось на полу. Типичные последствия налета.

* * *

Довольно скоро солдаты обнаружили силосную башню. Согнали нас и отвели в сарай, где их главарь толкнул перед нами короткую речь.

– Вы откроете нам дверь, – сказал он.

Если дверь заперта, значит, за ней спрятано нечто ценное, а самым ценным сейчас была еда. Следовательно, за каждые пять минут промедления нас постигнет наказание.

Мы переглянулись, зная, что открыть дверь может только Бёрл. Но его нигде не было видно.

– Эй ты, – сказал главный, обращаясь к Мэтти.

Мэтти обнимал Саки, словно желая ее защитить. Саки укачивала хныкающую сестру, пытаясь не дать той перейти к полноценному реву.

– Да?

– Подойди. Сюда. Положи руку на стол.

Это был верстак, тянувшийся вдоль стены, на которой Мэтти показывал слайды. Дверь в сарай была открыта, и в уличном свете я видела, как на краю верстака трепещет на ветру длинная паутинка, зацепившаяся за торчащую щепку.

Я хорошо запомнила эту паутинку.

Мэтти встал рядом с верстаком. Положил на него ладонь. Один из солдат нашел веревку и привязал его руку к тискам, закрепленным на конце верстака. Главарь взял какой-то желто-черный электрический инструмент.

Я пыталась разглядеть, что это.

– Строительный степлер, – прошептал Рейф.

Мужчина повернулся и включил инструмент. Послышался скрежет, и Мэтти испуганно дернулся.

– Через пять минут я всажу ему в руку скобу, – сказал главарь.

Ангелы оторопели и переглянулись. Где же Бёрл? Я повертела головой. Среди нас его не было. Мне не хотелось его сдавать, и, уж само собой, не хотелось отдавать солдатам нашу еду.

С другой стороны… С другой стороны, работал включенный строительный степлер.

– Там биометрический замок, – послышался чей-то голос.

Дарла. Она первая дала слабину. Неудивительно.

– Чего? – переспросил главный.

– Открыть можно только отпечатком пальца.

– Чьего пальца?

– Этого человека тут нет, – сказал Лука.

– Тем хуже для вас.

Не успела я опомниться, как он повернулся к Мэтти и тот взвыл от боли. По руке хлынула кровь – скоба вошла прямо в середину ладони.

Вопль затих. Мэтти крепко сжал губы, силясь не кричать; между короткими выдохами он приговаривал: «Все хорошо, все хорошо».

– Я пойду поищу его, – сказал Лука.

– Я пойду с тобой, – вызвалась я, торопясь уйти из сарая.

Снаружи дышалось значительно свободнее.

Мы не пошли, а побежали, громко окликая Бёрла. Мы нашли его за домом: он возился с генератором, слушал музыку в наушниках, одолженных у кого-то, и ни о чем не подозревал.

Мы рассказали ему о случившемся и вернулись в сарай вместе.

Мэтти закричал:

– Бёрл, не позволяй им забрать еду!

Главарь всадил ему в руку еще одну скобу.

* * *

Они вытолкали Бёрла за дверь и оставили раненого Мэтти под охраной рыжего парня. Рейф потянул меня за рукав и приложил палец к губам. Мы топтались на месте, пока солдаты не вышли наружу.

Парень носил маллет по моде восьмидесятых: спереди коротко выстрижено, на макушке – спутанные лохмы. Переднего зуба у него не хватало. На ногах свободно болтались коричневые рабочие ботинки – незавязанные шнурки волочились по земле, язычки торчали наружу. Видимо, парень имел обыкновение вытирать пальцы о живот: спереди его белая майка была дочерна замусолена.

Вдруг ему вздумалось перезарядить ружье. Он присел на тюк сена, переломил ствол о костлявое колено и сунул внутрь гильзу.

– Хватай ружье, – шепнула Джен и пихнула Рейфа в бок. – Он не сможет выстрелить, пока перезаряжает ружье.

– А если он успеет его защелкнуть? – спросил Рейф.

– Давай! Быстро! – сказала Джен.

И мы подтолкнули его с обеих сторон.

Рейф неуклюже подошел к парню и ухватился за переломленное ружье. С минуту они боролись. За ними наблюдал Мэтти – его прибитая к верстаку рука продолжала кровоточить. Потом Рейф съездил парню коленом по яйцам. Тот охнул и уронил оружие.

Гильза откатилась прочь.

– Есть! – крикнула Джен и прыгнула на ружье, прежде чем парень успел разогнуться.

– Спрячь, – сказал ей Рейф. – Спрячь его куда-нибудь.

Я подошла к Мэтти и присмотрелась к ране. Скобы засели так глубоко, что на вспухшей окровавленной руке их почти не было видно.

– Понадобится помощь Луки. – Слова давались Мэтти с усилием, на лбу выступила испарина. – Позовешь его? Может, он сумеет вытащить…

Вдали послышался приглушенный звук бьющегося стекла. Мы выбежали посмотреть, что происходит. У силосной башни собралась целая толпа, многие зашли внутрь. Затем наружу начали выходить солдаты, с ликованием потрясая оружием.

– Зацени! Хеклер и Кох – MP5!

– У меня «Ругер»!

– А у меня винтажный револьвер.

– Да дерьмо этот твой винтаж.

Последним вышел главарь. За ним плелся закованный в наручники Бёрл. Это были пластиковые стяжки, как в сериалах про полицейских.

– Слушайте, – сказал Бёрл. – Снимите с меня наручники. Что я вам сделаю? Я же, в отличие от вас, не вооружен.

– Хочешь, чтобы я поверил, что у вас тут только арахисовая паста да персики? Всерьез думаешь, что меня так легко