Дыши! План вселенной на тебя безупречен - Мод Анкауа

class="p1">Когда он плавал, он чувствовал связь с бабушкой и дедушкой, с планетой, с чем-то большим, чем он сам. Он осознавал в этот момент, что он частичка какой-то огромной уникальной энергии, что он связан с матушкой-землей, с морем и даже со своей матерью, которая осталась в нем, хотя смерть их разлучила. Он также думал и о своей смерти, которая становилась все ближе и которой, как ни странно, он боялся все меньше, как будто жизнь и смерть теперь были едины. Он улыбнулся, подумав о том, что никогда еще не чувствовал себя так хорошо, с тех пор как узнал, что умрет!

Он сел на краю пляжа и попытался ощутить, как прохладный песок прикасается к его стопам. Он дышал медленно и глубоко, как учил его Сурпан, расслабляя одну за другой части своего тела. Подобно солнечным лучам, постепенно освещавшим пляж, идеи в его голове, соприкасаясь с источником энергии, освещали самые темные уголки его психики.

Мало вспомнил вчерашний разговор с Матьё, который состоялся после того, как он вернулся на остров. Финансовый директор говорил блестяще, но жестко. Конечно, ему все еще не хватало уверенности в себе, но он был так серьезен, так человечен, что, вероятно, только он мог взять на себя руководство XSoftware. Каждый день, с тех пор как они приехали, Мало посвящал два часа тому, чтобы поделиться с ним своим опытом работы. Постепенно, благодаря этим встречам, Матьё стал более уверенным и твердым человеком, и теперь Мало не сомневался, что с помощью Мари-Одиль он с легкостью справится с ролью генерального директора. Он сумеет встать за штурвал, когда Мало придется уйти, что может произойти в любую минуту. От этой мысли Мало вдруг стало грустно, за последние несколько дней он очень привязался к сотрудникам. В глубине души он надеялся оставить в их сердцах память о себе, след о своем пребывании на этой земле.

Мало глубоко задумался и не услышал, как Фуэнг тихо подошла к нему. Заметив ее, он встал поздороваться. Она вдруг показалась ему худенькой и маленькой, одни глаза были живыми и блестящими. Они сидели, скрестив ноги, лицом друг к другу, и сердца их были едины, а взгляды соприкасались.

– Как прошла встреча с моим братом?

– Он потрясающий, Фуэнг, в чем-то очень на вас похож, в чем-то – нет!

Мало подробно рассказал старушке, как провел последние два дня с Сурпаном.

– Я чувствую себя примирившимся с собственной судьбой, связанным с чем-то большим!

– Ты понял, что голова, сердце и тело – едины, что только когда они выровнены, чувствуешь себя цельным!

– Да, я даже начал это чувствовать.

– Ты только что получил доступ к внутреннему пространству безусловного принятия. Это то состояние, в котором мы можем не только переживать эмоции, не бояться их, но и не позволять им завладевать нами.

– Я пережил это ощущение общности в лесу, а потом в море. Я никогда еще не чувствовал себя так хорошо!

– Это путь к исцелению: он начинается от сердца, а потом ведет тебя к этой общности.

– Если бы я понял это раньше, то сегодня все было бы по-другому.

– Ну конечно! Ты был бы не здесь, а там, где тебе легче было бы воплотить в жизнь то, к чему ты стремишься.

– Мне придется поторопиться, – грустно усмехнулся молодой человек.

– Один глагол изменил мою жизнь за считаные секунды, знаешь какой?

Этот вопрос застал Мало врасплох. Он удивленно взглянул на Фуэнг и отрицательно помотал головой.

– Не знаю.

– Подумай, – настаивала она.

– Глагол? Ну хорошо… создавать, направлять, контролировать, надеяться? А, понял, нужно какое-то более осмысленное, одухотворенное слово. Да, вот оно: любить!

Мало радостно улыбнулся. Но Фуэнг и в этом случае отрицательно помотала головой.

– Нет, не угадал. Вот глагол, который изменил мою жизнь: «осмелиться»!

– Осмелиться?

Фуэнг объяснила, как всегда, очень терпеливо:

– Разница между теми людьми, которые реализовываются, и теми, кто не развивается, лишь в том, что одни смелее других. Не существует людей умных или глупых. Все мы наделены возможностью дерзать, а также возможностью чувствовать, думать, соприкасаться… но не каждый осмеливается.

– Мне кажется, что я дерзал всегда, когда мог. Именно это позволило мне добиться успеха в бизнесе.

– Конечно, Мало. Именно потому что ты осмеливался, ты добился успеха в бизнесе, но осмелился ли ты стать тем, кто ты есть? Осмелиться – это также осмелиться сказать «нет» кому-то, кому ты привык отвечать «да», или осмелиться открыть свои чувства любимому человеку, или просто осмелиться сказать кому-то, что ты рад его видеть. Каждый в глубине души знает, играет он свою партию или идет по чужой дороге.

– Да, – согласился Мало, – в этом смысле осмелиться не так легко.

– И все-таки достичь чего-то и обрести счастье можно, только если осмелиться. Когда нам плохо, мы должны задать себе вопрос: на что мы не смогли решиться? Иногда достаточно осмелиться задать себе правильные вопросы. Например, делает ли меня счастливой сложившаяся ситуация?

– Не хочется спорить, но не могу не заметить, – невольно возразил Мало. – Я часто рисковал в своей жизни, и нельзя сказать, что это сделало меня особо счастливым.

Фуэнг изобразила, будто не понимает, о чем он.

– Ты недоволен своей работой?

– Нет, с работой все в порядке. Это, кстати, единственная сфера деятельности, в которой я успешен.

– Тогда о чем ты говоришь?

– Мне не везет в любви, например. Я осмеливаюсь знакомиться с девушками, даже заводить с ними отношения, но не могу ни в кого влюбиться.

– А на что ты не осмеливаешься?

– Не знаю.

– На что ты не осмеливаешься, Мало? – повторила Фуэнг.

Горло Мало сжалось. Жюстин. Жюстин – это был правильный ответ, и его сердце часто напоминало ему об этом. Фуэнг мягко повторила вопрос и накрыла ладонью руку молодого человека.

– Какой вопрос ты не осмеливаешься задать себе, потому что уже знаешь на него ответ?

– Я не осмеливаюсь позвонить ей, не осмеливаюсь взглянуть ей в глаза, не осмеливаюсь спросить ее, почему она так поступила, не осмеливаюсь…

Мало замолчал.

– Почему?

– Потому что это слишком больно.

– Тебе без нее лучше?

– Нет, конечно, нет!

– Тогда почему ты не звонишь ей?

– Слишком поздно, Фуэнг.

– Поздно?

– Да… Что мне сказать ей, если мы не виделись пять лет?

– А что бы хотело выразить твое сердце?

– Что оно любит ее по-прежнему. Но мне не хочется биться о стену, я и так достаточно пострадал.

– Расстояние, которое отдаляет нас от сокровища, – это время, которое мы тратим на осознание того, что действуем не так, как могли бы, если бы мы были созвучны самим себе.