Корни - Алекс Хейли

Все стали вспоминать проповедников, которых видели сами или о которых слышали. Потом дядюшка Помпей рассказал про свою очень религиозную мать – детские годы он провел рядом с ней, на плантации.

– Она была большой и толстой и могла перекричать любую женщину!

– Прямо как наша старая кухарка, сестра Бесси, – вздохнула мисс Малица. – Она работала на плантации, где я росла, и тоже любила покричать. У нее не было мужа. А потом она пришла на большое молитвенное собрание. Она так кричала, что впала в транс. А когда вышла, призналась, что разговаривала с Господом. Он сказал, что ее миссия на земле – спасти старого брата Тиммонса от адского пламени. Тиммонсу нужно прыгнуть через щетку с доброй христианкой, то есть с ней! Она так его запугала, что он на все согласился!

Немногие из тех, кто встречался с Цыпленком Джорджем в его поездках, могли бы предположить, что он прыгал через щетку – или прыгнет когда-нибудь. Но женщины с плантации были поражены тем, как важна для него оказалась семья и как хорошо относился он к жене и ребенку. С петушиных боев он всегда возвращался в своем котелке и шарфе, связанном Матильдой. И ему было не важно, идет ли дождь или сияет солнце, зима на дворе или лето. Он всегда привозил подарки. Когда он отдавал Матильде несколько долларов, у него почти ничего не оставалось – ведь подарки Джордж делал не только Матильде и своей мамми, но и мисс Малице, сестре Саре и дядюшке Помпею. И, конечно же, маленькому Верджилу. Возвращаясь, Джордж не меньше часа рассказывал обо всем, что увидел или услышал во время своих путешествий. И все рабы собирались вокруг него. Киззи всегда вспоминала, как рассказывал новости на плантации Уоллера ее африканский паппи. А теперь то же самое делал ее сын.

Вернувшись из долгой поездки в Чарлстон, Цыпленок Джордж рассказал много интересного.

– Я видел огромные парусные корабли с мачтами, словно столбы! И ниггеры, как муравьи, нагружали их тюками табака и всего прочего, чтобы отправить это по воде в Англию и другие места. Куда бы мы с массой ни поехали, всюду ниггеры роют каналы, строят дороги из гравия и укладывают железные рельсы! Ниггеры создают эту страну, проливая свой пот!

В другой раз он рассказывал про индейцев:

– Белые люди угрожают индейцам, что отправят ниггеров в их резервации. Многие мускоги и семинолы женятся на ниггерах. Есть даже индейские вожди из ниггеров! Но я слышал, что чокто, чикасо и чероки ненавидят ниггеров еще сильнее, чем белые люди.

Черным хотелось узнать больше, но они стеснялись задавать слишком много вопросов. Под благовидными предлогами Киззи, мисс Малица, сестра Сара и дядюшка Помпей расходились по своим хижинам, чтобы Джордж и Матильда могли побыть наедине.

Как-то вечером, когда они уже улеглись в постель, Матильда сказала:

– Ты знаешь, я редко жалуюсь, но порой мне кажется, что у меня вовсе нет мужа.

– Понимаю, про что ты, детка, – легко согласился Джордж. – Я тоже об этом думаю. Я разъезжаю вместе с массой, а иногда нам с дядей Минго приходится целыми ночами выхаживать больных петухов. Но я всегда думаю о тебе и нашем ребенке.

Матильда прикусила язык, решив не озвучивать своих сомнений и даже подозрений. Поэтому она просто спросила:

– Как ты думаешь, нам когда-нибудь будет лучше, Джордж?

– Когда масса по-настоящему разбогатеет! Тогда он будет оставаться дома. Но, детка, нам же и так хорошо! Посмотри, сколько мы накопим, если я и дальше буду выигрывать, как сейчас.

– Деньги тебя не заменят, – тихо сказала Матильда, но тут же смягчилась. – И мы отложили бы еще больше, если бы ты перестал покупать подарки всем вокруг! Мы ценим это, ты знаешь! Но, Джордж, куда мне надеть это шелковое платье? Оно подошло бы настоящей мисси.

– Детка, надень его прямо сейчас, а потом сними для меня!

– Ты – ужасный человек!

Джордж был самым замечательным человеком – Матильда и мечтать не могла о подобном муже. Он не был похож ни на кого из ее знакомых. И он был настоящим добытчиком. Но она не могла доверять ему полностью и часто думала, действительно ли он любит ее и сына так же сильно, как поездки с массой и петушиные бои. Что говорилось в Писании о птицах? Она с трудом припомнила – вроде бы в Евангелии от Матфея было так: «Птица собирает птенцов своих под крылья…» Нужно еще раз все перечитать, подумала Матильда.

Но когда муж был дома, она забывала о сомнениях и разочарованиях и старалась быть самой лучшей женой на свете. Если она знала, когда он вернется, то готовила самый лучший ужин. Если он возвращался неожиданно, она тут же принималась готовить – хоть днем, хоть ночью. Со временем она перестала просить его прочесть благодарственную молитву и стала делать это сама, а потом, держа Верджила на коленях, с удовольствием смотрела, как он ест. Уложив мальчика спать, она рассматривала лицо Джорджа, выдавливала прыщи или нагревала воду и мыла ему волосы и спину. Когда он жаловался на боль в ногах, она массировала ему ступни с теплой пастой из запеченного лука и домашнего мыла. А когда они задували свечи и ложились на свежие простыни, Цыпленок Джордж искупал все свое отсутствие. Когда Верджил начал ходить, Матильда уже ждала второго ребенка. И она удивлялась, что этого не произошло раньше.

Когда второй ребенок был на подходе, бабушка Киззи решила, что пора отозвать сына в сторону и высказать ему то, о чем она уже давно думала. Джордж вернулся из поездки в воскресенье. Киззи присматривала за Верджилом, пока Матильда помогала мисс Малице готовить обед для гостей, которые вот-вот должны были появиться.

– Садись! – скомандовала Киззи, не желая тратить время даром. Джордж удивленно подчинился. – Мне нет дела до того, что ты уже взрослый! Я привела тебя в этот мир, так что ты должен меня слушать! Господь дал тебе хорошую женщину, но ты не относишься к ней достойно! Меня тебе не одурачить, слышишь? Я и сейчас могу поколотить тебя палкой! Ты должен больше времени проводить с женой и сыном – ведь она вот-вот родит тебе еще одного!

– Мамми, чего ты от меня хочешь? – раздраженно откликнулся Джордж. – Когда масса говорит мне: «Поехали!», я должен сказать, что не могу?

Глаза Киззи метали молнии.

– Я не об этом говорю, и тебе это прекрасно известно! Ты врешь бедной девочке, что проводишь ночи с больными петухами, а сам? Думаешь, я не знаю, что ты пьешь, играешь и по девкам шляешься?! Я тебя не для этого растила! И не думай, что это известно только мне! Тильда не дура, она просто не показывает тебе, что все знает! – С этими словами бабушка Киззи выскочила за дверь.

В 1830 году масса Ли решил участвовать в важном состязании в Чарлстоне, и никто не упрекал Цыпленка Джорджа за то, что он отсутствовал, когда родился ребенок. Вернувшись, он пришел в полный восторг: его второй ребенок тоже оказался мальчиком. Матильда уже назвала малыша Эшфордом, в честь своего брата. Джордж просто сиял от такой удачи.

– Масса выиграл больше тысячи долларов, и я получил пятьдесят за провинциальные бои! Слышали бы вы, как белые люди и ниггеры орали: «Ставлю на Цыпленка Джорджа!»