Полное собрание рассказов - Курт Воннегут

— Народ! — сказал Сэм. — Наверное, каждый из нас хоть раз в жизни спрашивал себя, куда катится его жизнь, этот бесценный Божий дар! Может, вы думаете, что раз я такой веселый балабол, то никогда не задаю себе подобных вопросов? Но я задаю, и знаете… порой со мной случается нечто из ряда вон: словно бы ангел небесный шепчет мне на ухо: «Держись, Сэм, держись!»

Народ! — продолжал Сэм. — Сегодня меня попросили помирить двух людей, мужа и жену! Никому не надо объяснять, что семейная жизнь — это вам не рай! В любом браке бывают хорошие времена и тяжелые, когда люди просто не знают, как им жить дальше.

Пол подивился мудрости и жизненному опыту диск-жокея. То, что радио было включено на полную громкость, сыграло ему на руку: Сэм вещал точно правая рука самого Бога.

Когда он для пущего эффекта многозначительно умолк, за стенкой все было тихо. Чудо уже началось.

— Знаете, человеку моей профессии приходится быть музыкантом, философом, психологом и техником одновременно! Вот что я уяснил за годы работы с вами, мои замечательные слушатели: если бы мы все умели засунуть подальше свою гордость и самоуважение, на Земле не стало бы разводов!

За стеной послышалось умиленное воркование. В горле у Пола застрял комок: какую же отличную штуку они провернули с Сэмом!

— Народ! Больше я ничего не скажу о семейной жизни, потому что ничего другого вам знать не надо! А теперь — от мистера Харгера миссис Харгер: «Я люблю тебя! Давай помиримся и начнем все сначала!» — Сэм всхлипнул. — Для вас поет Эрта Китт, песня называется «Какой-то злодей украл свадебный колокол»!

Радио выключили.

Весь мир замер.

Пурпурная волна захлестнула Пола. Детство его кончилось, и он, ошеломленный, стоял на самом краю жизни: увлекательной, захватывающей, полной красок и событий.

За дверью раздался шорох: словно кто-то медленно волочил ноги.

— Итак, — сказал женский голос.

— Шарлотта, — с тревогой проговорил мужской. — Милая, я клянусь…

— «Я люблю тебя, — горько процитировала женщина. — Давай помиримся и начнем все сначала».

— Детка, — в отчаянии воскликнул мужчина, — да это какой-то другой Лемуэль К. Харгер! Иначе и быть не может!

— Значит, хочешь вернуть жену? Что ж, я не буду ей мешать. Пусть получает своего Лемуэля, своего драгоценного муженька!

— Да она сама позвонила на радио! — вставил мужчина.

— Пусть получает своего развратного, лживого, никчемного рыцаря! — не унималась женщина. — Вот только целым она тебя не получит.

— Шарлотта, убери пистолет… Ты пожалеешь, Шарлотта!

— Да мне плевать на тебя, червяк!

Грянуло три выстрела.

Пол выбежал в коридор и врезался в женщину, только что вылетевшую из квартиры Харгеров: крупную блондинку, мягкую и растрепанную, точно неубранная постель.

Они с Полом хором взвизгнули, а в следующий миг она схватила его за шкирку.

— Хочешь конфетку? — спросила она, безумно вращая глазами. — Велосипед?

— Нет, спасибо! — пронзительно выкрикнул Пол. — В другой раз!

— Ты ничего не слышал и не видел, ясно? Знаешь, что бывает с ябедами?

— Да!

Блондинка запустила руку в сумочку, вытащила оттуда надушенную горсть салфеток, шпилек и банкнот.

— Вот! — задыхаясь, сказала она. — Это тебе! И помалкивай, ясно?

Она запихнула все в карман его штанишек, пробуравила его суровым взглядом и выбежала на улицу. Пол ворвался в свою квартиру, залез на кровать и с головой накрылся одеялом. В этой горячей и душной пещере он залился горькими слезами: они с Сэмом Полуночником только что помогли убить человека.

Очень скоро к дому подошел полицейский и дубинкой постучал в обе двери.

Ошалелый Пол выбрался из своей темной пещеры и открыл дверь. В ту же секунду отворилась и дверь напротив: на пороге стоял мистер Харгер, немного помятый, но целый и невредимый.

— Да, сэр? — сказал Харгер, невысокий лысоватый мужчина с тоненькими усиками. — Чем могу помочь?

— Соседи слышали выстрелы, я зашел проверить.

— Правда? — удивился Харгер и пригладил усики кончиком пальца. — Как странно, я ничего не слышал. — Он строго посмотрел на Пола: — Ты что, опять играл с папиными ружьями?

— Нет-нет, сэр! — в ужасе замотал головой Пол.

— Где твои родители? — спросил его полицейский.

— В кино.

— Ты что, совсем один?

— Да, сэр. Папа сказал, это приключение!

— Простите, что ляпнул про ружья, сэр, — нашелся Харгер. — Никаких выстрелов в доме не было. Стены у нас тонкие как бумага, но я ничего не слышал.

Пол посмотрел на него с благодарностью.

— Ты тоже не слышал, мальчик? — спросил полицейский.

Не успел он ответить, как к дому подкатило такси, из него выбралась крупная озабоченная дама и во всю глотку заорала:

— Лем! Лем, сладкий мой!

Она вломилась в коридор, волоча тяжелый чемодан, которым порвала себе чулки. Она бросила чемодан и кинулась в объятия Харгера.

— Я получила твое послание, дорогой! И последовала совету Сэма Полуночника! Засунула подальше свою гордость и приехала сюда!

— Роза, Роза, моя Розочка… — забормотал Харгер. — Никогда больше меня не бросай!

Они крепко обнялись и так, шатаясь, ушли в свою квартиру.

— Видел, какой у него бардак? — спросил полицейский Пола. — Вот что значит холостяцкая жизнь!

Пока они закрывали дверь, Пол заметил, что Роза очень довольна беспорядком.

— Ты точно не слышал выстрелов? — повторил вопрос полисмен.

Полу почудилось, что смятый шарик из купюр у него в кармане вырос до размеров дыни.

— Точно, сэр, — выдавил он.

И полицейский ушел.

Пол закрыл дверь, прошаркал в свою комнату и плюхнулся на кровать.

Голоса, которые Пол услышал потом, раздавались уже в его квартире — любящие и радостные. Мама пела колыбельную, а папа его раздевал.

— «Аккуратный сын мой Джон, — напевала мама, — спать в штанах улегся он. Снять успел лишь один носок, аккуратный мой сынок!»

Пол открыл глаза.

— Привет, большой мальчик! — сказал ему папа. — Ты лег спать, а раздеться забыл!

— Ну как поживает маленький любитель приключений? — спросила мама.

— Хорошо, — сонно ответил Пол. — Как фильм?

— Он совсем не детский, милый. А вот короткометражка в самом начале тебе бы понравилась. Про хитрых медвежат.

Папа отдал ей