Шоссе Линкольна - Амор Тоулз

Представляя себе тот момент, когда они с братом снова окажутся в пути, Эммет мечтал, что думать будет только о расстилающейся впереди дороге. Братья Гонсалес сказали, что загнали пару лошадок под капот, — и они не шутили. Эммет не только чувствовал — он слышал это, когда давил на педаль газа. Так что он рассчитывал довести среднюю скорость до пятидесяти миль в час, может, даже до шестидесяти, если шоссе между Филадельфией и Небраской будет относительно свободным. Тогда завтра ближе к вечеру они высадят Салли в Моргене и отправятся своей дорогой — теперь уже точно на запад, а за окном будут разворачиваться пейзажи Вайоминга, Юты, Невады. Наконец, они достигнут конечной точки в Калифорнии — штате, где численность населения приближается к шестнадцати миллионам.

Но, когда они выехали из туннеля, Эммет поймал себя на том, что думает вовсе не о дороге, а об утреннем совете Таунхауса держаться подальше от Дачеса.

Совет был здравый — его собственная интуиция подсказывала то же самое. Проблема только в том, что, пока дело о покушении на Акерли не закрыли, полиция будет искать и Дачеса, и Эммета. И это если Акерли оправится. Если он умрет, так и не придя в сознание, власти не остановятся, пока хотя бы один из них не окажется под стражей.

Взглянув направо, Эммет увидел, что Билли снова погрузился в карту, а Салли смотрит на дорогу.

— Салли…

— Да, Эммет?

— Зачем к тебе приезжал шериф Питерсен?

Билли навострил уши.

— Салли, к тебе приезжал шериф?

— Так, пустяки, — уверенно сказала она им обоим. — Глупо даже рассказывать.

— Два дня назад ты сочла это достаточно важным, чтобы проехать полстраны, — напомнил Эммет.

— Это было два дня назад.

— Салли.

— Ладно, ладно. Это касалось твоей размолвки с Джейком Снайдером.

— Это когда Джейк ударил Эммета? — спросил Билли.

— Нам просто нужно было кое-что уладить, — сказал Эммет.

— Я так и подумала. В любом случае. Похоже, пока вы там кое-что улаживали, рядом стоял еще один парень, друг Джейка — и вскоре после этого его ударили по голове в проулке за домами. Так ударили, что пришлось везти в больницу на «Скорой». Шериф Питерсен знал, что это не ты сделал, потому что ты был с ним. Но потом он услышал, что в тот день в городе был какой-то незнакомый парень. И поэтому он приехал ко мне. Спросить, не приезжали ли к тебе гости.

Эммет взглянул на Салли.

— Естественно, я сказала нет.

— Ты сказала нет, Салли?

— Да, Билли, сказала. И соврала. Но это была ложь во благо. Кроме того, думать, что в этом замешаны друзья твоего брата, глупо. Вулли гусеницу за милю обойдет, лишь бы не наступить. А Дачес? Человек, который способен приготовить феттучини как-то там и подать его на идеально сервированный стол, ни за что не станет бить другого доской по голове.

«Конец проповеди», — подумал Эммет.

Только вот он не был так уверен…

— Билли, тогда утром, когда я поехал в город, Дачес и Вулли были с тобой?

— Да, Эммет.

— Все время?

Билли на секунду задумался.

— Вулли был со мной все время. А Дачес большую часть времени.

— Когда Дачеса не было?

— Когда он пошел прогуляться.

— Долго это длилось?

Билли снова задумался.

— Столько, сколько «Граф Монте-Кристо», «Робин Гуд», «Тесей» и «Зорро». Тут налево, Эммет.

Эммет увидел указатель «Шоссе Линкольна», сменил полосу и повернул.

Он ехал по направлению к Ньюарку и в мыслях прокручивал, как все, скорее всего, произошло в Небраске. Хотя Эммет и просил Дачеса не привлекать внимания, Дачес все равно пошел в город. (Кто бы сомневался.) В городе он наткнулся на Эммета с Джейком и увидел неприглядное действо от начала до конца. Но даже если так, зачем ему было нападать на друга Джейка?

Эммет вспомнил высокого незнакомца в ковбойской шляпе — вспомнил, как он лениво стоял, ухмылялся и подначивал Джейка во время драки, а первые слова, которые он произнес, были такие: «Похоже, Уотсон, у вас с Джейком есть незаконченное дело».

Так он и сказал — «незаконченное дело». И, если верить старому актеру Фицуильямсу, Дачес тоже говорил про «незаконченное» дело, которое осталось у него с отцом…

Эммет съехал на обочину и сидел, не убирая рук с руля.

— Что случилось, Эммет? — спросил Билли.

— Думаю, нам нужно найти Вулли и Дачеса.

Салли удивилась.

— Но миссис Уитни сказала, что они поехали в Салину.

— Они поехали не в Салину, — сказал Эммет. — Они поехали к Уолкоттам в Адирондакские горы. Проблема только в том, что я не знаю, где это.

— Я знаю, где это, — сказал Билли.

— Правда?

Билли посмотрел на карту и медленно провел пальцем вверх от шоссе Линкольна через Ньюарк в штате Нью-Джерси к северу штата Нью-Йорк, где была нарисована большая красная звезда.

Салли

Когда мы ехали по непонятно кем и почему населенному штату Нью-Джерси и Эммет свернул на обочину и сказал, что нужно отправиться за Дачесом и Вулли на север штата Нью-Йорк, я не сказала ни слова. Не сказала ни слова и четыре часа спустя, когда он остановился у придорожного мотеля, больше похожего на ночлежку для нуждающихся. Не сказала ни слова, когда Эммет зарегистрировался там под фамилией мистера Шалти.

Но…

Как только мы зашли в номер и я отправила Билли мыться, Эммет соизволил обратить на меня свое внимание. Приняв значительный вид, он сказал, что не знает, сколько времени у него уйдет на поиски Вулли и Дачеса. Может, несколько часов, а может, больше. Но, когда он вернется, мы втроем чем-нибудь перекусим и выспимся; а потом, если выедем к семи утра, то уже в среду вечером доставим меня в Морген, крюк там небольшой.

И вот тогда мой запас безмолвия кончился.

— Крюк, значит, небольшой…

— Да, не волнуйся, — заверил он.

— В любом случае это неважно. В Моргене я высаживаться не планировала.

— Хорошо, — сказал он несколько неуверенно. — Тогда где ты хочешь остановиться?

— Сан-Франциско меня вполне устроит.

Эммет посмотрел на меня. И закрыл глаза.

— Эммет, закрывай глаза, не закрывай — я не исчезну, — сказала я. — Понимаешь, да? Ты стоишь с закрытыми глазами, а я все еще здесь, и не только я — Билли здесь, этот чудный мотель здесь, весь мир здесь, на том же самом месте.

Эммет открыл глаза.

— Салли, не знаю, какую надежду я тебе дал или что ты там сама себе напридумывала…

«О чем это он», — подумала я. Какую надежду он мне дал?