Апокалипсис. 20**год - Мария Эльф

Мария Эльф

Апокалипсис. 20**год

Лето было тёплое, солнечное и сухое, как раз такое, какого ждём мы почти целый год, начиная с осени. Тем тихим августовским утром проснулся я как обычно в семь и начал бодро собираться на работу. За окном было жутко красиво, именно жутко: небо с раннего утра уже успело обрести какой-то яркий загадочный кроваво-красный цвет. Редкие нежные пурпурные облака застыли на безбрежной алой глади.

«Ночью было прохладно – не может быть грозы, тем более с утра», – подумал я и направился в кухню кипятить чайник.

К моему сильнейшему удивлению, сколько я ни нажимал на кнопку розжига, сколько не крутил регуляторы, плита никак не реагировала на мои действия.

«Дожил!» – возмутился я и отправился умываться.

Свет в ванной не зажёгся, вероятно, перегорела лампочка. Но и водопроводный кран, презрительно прорычав, отказался иметь со мной дело.

– Да что здесь происходит?! – негодующе воскликнул я.

«Конец света», – неожиданно пронеслось в мозгу.

Злобно сплюнув в раковину, я начал нажимать на все имеющиеся в квартире выключатели. Света не было…

«Спокойно», – попытался взять себя в руки. – «Ну, ничего себе! Одновременно прекратить подачу газа, воды и электроэнергии! Вероятно, произошла крупная авария. Эх, жаль, телевизор не работает! … Позвоню Вите, должно быть он в курсе, всё-таки, глава районной администрации».

Телефон добил меня своим гробовым молчанием и полным отсутствием признаков жизни, хотя только вчера подзарядился.

Чертыхаясь, я вернулся в кухню и, открыв тёмный холодильник, достал из него батон колбасы. Пришлось доедать остатки хлеба с колбасой, запивая холодным соком.

Злой и неумытый я оделся.

Неожиданно до слуха стала доносится тихая музыка – что-то похожее на «Вальс цветов». Музыка становилась всё громче, пока, наконец, её необычайно приятные и сочные звуки не заглушили мои мысли.

Точно под гипнозом, я подошёл к открытому окну и посмотрел в небо, откуда, мне казалось, и происходила мелодия.

То, что я увидел, услышал и почувствовал далее, ни одно живое существо не испытывало ранее! Алое небо разверзлось. Над землей засиял ярчайший ослепляющий поток света. Он поглотил меня и всё вокруг. Я услышал громкий чёткий бархатный бас, который властно провозгласил:

«Люди! Вы изжили себя и Землю! Вы пренебрегли Моими Заповедями и погрузились во Зло! Пришло время покончить с хаосом! Я лишаю вас достигнутого вами, без которого вы уже не сможете выжить! Даю срок вспомнить всё, осознать и покаяться!»

Тишина… Вспышка погасла. Остались те же серые дома, зелёные деревья, ошалелые лица людей в окнах соседнего дома. И ещё небо, яркое, алое небо, зловеще накрывшее теперь уже однозначно гибнущую Землю.

– Господи, – прошептал я, выйдя из оцепенения. Вспомнились знаменитые слова Пушкина: «Не дай мне Бог сойти с ума…»

«Уж не помешался ли я?!» Но глядевшие из окон соседнего дома, сотни «сумасшедших» глаз давали понять, всё, что меня так потрясло, происходило и с ними, а значит – в реальности.

«Конец света!» – вновь пронеслось в мыслях.

Я обессиленный опустился на кровать.

«Вот те на! Жил-жил и дожил! – я почувствовал, как шок постепенно ослабевает, и разумом вновь завладевает здоровый мужской объективизм.

«Вспомнить всё, осознать и покаяться!» – значит жить пока можно…

Но что мне вспоминать?

Я коренной горожанин, родился, учился, не женился, хотя встречаюсь с Настей уже три года. Знаю, она хочет стать моей женой, но в тридцать лет я ещё не готов к роли степенного главы семьи. Да и работа: я исполнительный директор крупной автомобильной фирмы – работаю допоздна. Какая семья при таком раскладе?

«Однако, пора на работу, – вспоминаю я, – Хотя…Есть ли смысл? …В чём теперь есть смысл?»

В один миг вся моя жизнь безвозвратно потеряла направление!

Если мир всё равно погибнет через день, два, неделю, а может быть через месяц, что остаётся делать?

«Вспомнить всё, осознать и покаяться!»

Эти слова пока ещё не трогали меня, только ставили в тупик.

Я поспешно вышел во двор.

Красный свет неба значительно побледнел, став светло-рыжим.

Люди на улице громко и эмоционально переговаривались.

– До чего же мы дожили! Теперь все погибнем в страшных мучениях! – причитала старушка на лавочке.

– Я считаю, повезло, – весело рассказывала симпатичная девушка подруге, – только вчера взяла в банке кредит наличными, а возвращать теперь не надо!

– Как теперь жить-то?! – возмущался высокий пожилой мужчина, – Ни воды, ни газа, ни света, даже лифт не работает!

«Ни воды, ни газа, ни света! Неужели Всевышний лишил нас всего этого?! Но тогда…

– Мы все умрем голодной смертью! – закричал какой-то человек, выскочивший из подъезда в одних плавках.

Подобная перспектива ужасала своей неотвратимостью. Сколько осталось запасов еды и воды у человечества? Средства массовой информации всё лето трубили, что этот год будет неурожайным. Бог мой! Что же касается меня, то, привыкнув покупать немного продуктов на два-три дня вперёд, остаюсь практически ни с чем!

Неожиданно я почувствовал прилив голода, вероятно, нервный. Мне живо представился мой пустой холодильник, в котором осталась только пачка пельменей, литр сока и пол батона колбасы. Совсем мало!

Я не заметил, как дошел до автостоянки.

– Напрасно! – навстречу мне шёл Михалыч. Он тоже оставлял машину здесь, – Напрасно, говорю, надеешься! Автомобиль умер!

– Мой? – испугался я.

– Автомобиль как класс.

Не желая верить в очередное разочарование, я, забыв поздороваться, быстро зашагал к своему белому Опелю. Михалыч последовал за мной.

Сигнализация не сработала, пришлось открыть дверь ключом. На мои тщетные попытки завести двигатель, машина отвечала неизменным убивающим молчанием.

– Говорю тебе, умерла, – повторил Михалыч, – Умерло всё электричество!

– Всё электричество?! – открывшаяся истина на минуту вновь повергла меня в шоковое состояние. Так вот без чего теперь не сможет жить человек! Вот чего лишил нас Творец! Перспектива голодной смерти нарисовалась в моём сознании во всей полноте.

К Опелю подтянулись другие мужики, также неудачно пытавшиеся этим утром разбудить своих железных коней.

– Хана пришла, ребята! – сплюнул в сторону один из них.

– Вот и всё.

– Все наши денежки превратились в груду никому ненужного металла.

– А меня жена у подъезда ждёт…

– Да неужели же это конец, мужики?! – испуганно вскрикнул Серёга-сосед.

– Точно так, – ответил Михалыч, – С Ним, – он многозначительно поднял палец вверх, – не поспоришь!

Серёга нервно закурил. Его привычке последовали почти все.

Я медленно вышел из машины.

– Значит, конец неизбежен, – проговорил я, – А что же теперь делать? Сесть на стул и смерти ждать?!

– Не, – спокойно ответил Михалыч, – Вспомнить всё, осознать и покаяться! Вот что теперь главное. Только