Солнце над лесом (сборник) - Леонид Васильев

– Сан Саныч, ты ведь на хорошем окладе сидишь, а мы, как понимаешь, получаем сдельно. Сколько уйдет от нас кубометров древесины в Юркино на нижний склад, столько и получим.

Лобанов ситуацию понимает прекрасно. Да, такое случается. Напилит бригада лесу, стрелюет на эстакаде, а с вывозкой по причине отсутствия порожних вагонов получается задержка. Это влияет на зарплату, и Александр Александрович объясняет назойливым бригадирам:

– Да поймите вы меня, мужики, я же заявку на вагоны давал, но вчера при перегоне порожняка из Юркина состав сошел с рельсов, получилась авария, пока вагоны поднимали, рабочий день кончился.

– Ага, – шумели окружившие мастера, – вчера вагоны упали, сегодня, возможно, упадут, а чего мы получать будем?!

Анатолий Чумаков с присущей ему правдой-маткой воскликнул:

– А с какого хрена вагоны-то упали? Наверное, из-за плохой дороги? Тогда за это дело надо с начальника УЖД спросить?! Ты почему не спрашиваешь? При таком отношении к делу коммунизма не построить!

– Разберусь, разберусь, – успокаивал рабочих Лобанов.

Ему дали пройти в диспетчерскую, и он, шагая, нервно размышлял: «Ну и народ, как кодла зайцев налетели, хотели льва напугать, крепкие же надо нервы иметь. А если по правде, то они правы во всем…»

На фото справа: мастер леса Лобанов Александр Александрович. Фото военного времени.

Лобанов Александр Александрович – бывший военный летчик-истребитель. После войны вернулся в родные края Поветлужья. Работал в лесу. Какое-то время жил с семьей в поселке Окунево, а с массовым строительством домов в Карасьярах переехал сюда в новый дом. Он крепок фигурой, немногословен.

Утром на Стрелке, как всегда, суетно. Кто-то ищет завсклада спецовку получить: кирзовые сапоги, рабочий костюм, рукавицы и прочее. У механизаторов забот побольше, они получают запасные части к агрегатам техники, просят подвезти к месту работы солярки. С этим проблем нет. Мотовоз приведет цистерну – наливай сколько надо. Этой соляркой даже костры разжигают.

По весне лесники требуют в делянках чистоту. Вот лесорубы, как только снег сойдет, оставшиеся отходы, сучья и другой хлам собирают в большие кучи, валы, и жгут. Солярку ведрами льют – сырые кучи лучше горят. Дешевая она, солярка-то. Да и бензин стоит всего семь копеек килограмм. А что?.. Страна наша сильная, богатая.

Горюче-смазочным материалом в Карасьярах командует Пантелеев Михаил Иванович. На работу приходит рано. Локомотивы, мотовозы один за другим подходят на заправку. Надо успеть каждому ручным насосом закачать в баки горючего.

Пантелееву помогает жена Анастасия. Берегут они ГСМ, в жаркие дни плотно закрывают люки цистерн старыми телогрейками. Высоким забором обнесли хозяйство, как того требует техника безопасности.

Пантелеев М.И., заведующий складом горюче-смазочных материалов Карасьярского лесопункта. В пожарный 1972 год, рискуя жизнью, спас огромные запасы ГСМ. Награжден медалью – За отвагу на пожаре. Рядом помощница в работе – жена Анастасия Григорьевна.

Степан Степанович Строкин тоже рано встает. Еще не так давно он грузил лес паровым краном. Но лесная техника совершенствуется. Пришло время, и парокраны списали на металлолом. Теперь Строкин – водитель мощного гусеничного трактора.

Вечер Степан прекрасно провел дома. Жена спицами вязала шерстяные носки, а он на швейной машинке шил себе рабочий костюм. Спецодежды на складах на его фигуру не бывает, приходится шить самому.

Дочери Г аля и Клава, выучив уроки, спят – завтра в школу. В руках жены мелькают спицы, монотонно строчит машинка, а родители сидят рядком да вполголоса беседуют. Швец рассказывает то о работе лесной, то пересказывает услышанные разговоры.

Степан обладает редким приятным женским голосом. Густые русые кудри украшают его большую круглую голову. Он и не бреется, а щеки светятся румянцем. Заметный рост и могучие плечи убеждают в силе этого человека.

Утром, пока все спали, он подоил корову, напился молока и пошел на работу.

Маневровый поезд-паровозик, шипя горячим паром, подкатил к складу платформу с порожними бочками, и Строкин обратился к заведующему ГСМ:

– Здорово, Михаил!

– О-о, с добрым утром, Степан!

– Мне дизельного масла надо.

– Сколько возьмешь?

– Дак двухсотлитровую бочку и возьму.

Они вдвоем выкатили из склада железную бочку с железными обручами и подкатили к вагону. Оставалось только ее закатить на вагон-платформу, но это дело не для двоих.

– А где машинист и кондуктор? – спросил Пантелеев.

– И правда, где они? – оглядываясь, вопрошал Степан Степанович.

– Я пойду их поищу, вчетвером закатим бочку по трапу, – предложил зав ГСМ и куда-то удалился.

А Строкин постоял-постоял, поглядывая на часы – время торопило. И, посмотрев по сторонам, не подглядывает ли кто за ним, обхватил бочку руками, поднял ее и поставил на дощатый пол платформы.

В это время Пантелеев с помощниками оказались сзади Строкина и, увидев такое, подивились силе богатырской.

Другой тракторист, Диастинов Сабан, озабочен. Сломался трактор – оборвало болты крепления лебедки к раме, а на складе таковых не оказалось. Сабан еще вчера, по приезду из леса, сообщил главному механику Нетесову Алексею Яковлевичу о поломке. Нетесов пригласил сменного механика Царегородцева Петра, чтоб принял к сведению и болты были.

И вот простой тракторист Диастинов сидит на скамейке перрона и ждет результата. Он ждет токаря Немцева Федора Александровича и нервно поглядывает на часы: время неумолимо движется вперед, ведь не успеть до отхода поезда болты выточить.

Токарь Немцев Федор Александрович с супругой Верой Ивановной.

Диастинов смотрит на дорогу, в каждого мужчину вглядывается, а Немцева все нет. Не одну сигарету выкурил Сабан, и вдруг его по плечу хлопнули. Сабан оглянулся и увидел Немцева, хотел поругаться, сдержался.

– Я тут давно сижу, тебя жду, скоро в лес повезут, а болтов нету.

– Чего тут на перроне сидеть, пришел бы ко мне в токарку и сидел.

– Дак ты не из дому что ли идешь?

– Я из дому вышел после третьих петухов.

Федор Александрович вытащил из карманов полдюжины блестящих болтов.

Сабан улыбается, словно ребенок в радости, не думал, что проблема с болтами решится вот так неожиданно. Он с огромным уважением смотрит на товарища, токаря, ради дела не спавшего – вот что значит рабочая сознательность.