Солнце над лесом (сборник) - Леонид Васильев

И она, набравшись сил, победивши свою нерешительность, спросила:

– А нет ли каких известий про Виктора Рожкова?

– Про Витьку-то?.. Витька славный парень и на пожарах отличился. То были дни суматошные, друг о друге ничего не знали, не до того было. Учебный год был на носу. Говорят, уехал он в Чебоксары, а потом прошел слух, что Витька специалистом уехал строить БАМ. Больше о нем слуху не было.

– Жаль, потерялся человек… он был моим первым танцпартнером, провожал меня до дому. Мы стояли у калитки, смотрели на звезды… Витя читал стихи, а как чудно при луне пели лягушки. То время было сказкой. Он предлагал мне еще погулять, а я такой дурой была – все спешила домой, все чего-то боялась!

Думая о своей жизни, Ирина замолчала. А я размышлял:

– Конечно, скромность и девическая наивность, то не рожденное чувство любви стало основным препятствием их несостоявшейся встречи, и по воле огненной стихии тоже.

Будучи замужней, она не искала этого человека, но в тайне надеялась на чудо: когда-нибудь встретить его. Заглянуть в глаза…

Садясь в машину, Ирина Александровна прощально машет рукой, обещая вернуться сюда – в память о юности и первом свидании… Ирина еще раз пройдет той памятной тропинкой!

Сестры Петровы уезжали из родного уголка с тяжелым сердцем. Вспомнились слова поэта, сказанные однажды в задушевной беседе: «Жилище без детей обречено на вымирание…» Однако же улыбка Ирины, вдруг преобразившая, освежившая и омолодившая ее лицо, придавшая уверенности движениям, при мимолетном взгляде на крышу дома, заставила меня усомниться в правоте его слов. Ах, как же Иринка глядела в бездонную синь неба, где, словно в невесомости, кружат свои танцы птицы. А под крышей человеческого жилья суетятся в гнезде заботливые родители – ласточки-щебетуньи, и слышатся голоса их детей-наследников.

И все-таки не прав поэт, что деревенька Карасьяры умирает не спеша… Жизнь-то продолжается!