Царь Саул - Валентин Пронин

— Твоё тело тучно, как у быка, откормленного для заклания, продолжал Саул с издёвкой и усмехнулся. — Почему ты подводишь глаза, как женщина?

— Я всё сотру, если тебе не нравится, доблестный господин, — пообещал, дрожа, человек с охряной бородой. — Но я и правда знаю тайный ход в царскую сокровищницу. Я визирь Шамтагума...

— Что это означает?

— Главный советник в государственных делах. Меня зовут Адонишет, милостивый господин.

— Не хотел бы я иметь таких советников, — опять грубо усмехнулся неотёсанный венценосный пахарь. — Абенир, возьми под свою руку этого полезного Адонишета. Уже не существует царства Шобы, и улетела в подземное узилище Намтара душа шобского царя. А его главный советник с красной бородой покажет тебе, где их сокровищница. Я выйду на площадь, объявлю сбор воинов и попрошу левита Ашбиэля совершить обряд всесожжения на алтаре Ягбе.

— Потом я этого толстого урода повешу, — тихо произнёс Абенир. — Я уже повесил одного желтолицего старика с длинной бородой и совиными глазами. Он плевался и грозил мне местью своего рогатого бога.

Саул и Янахан удалились из дворца, залитого кровью и начинающего гореть.

— Во-первых, сними эту крашенную паклю, жирдяй, — хмуро сказал Абенир, он схватил и смял в кулаке надушенные завитки визирской бороды.

Адонишет быстро снял её и отдал эшраэлиту с холодными и безжалостными глазами.

— Во-вторых, прекрати бормотать о своих званиях и чинах. Поживей шевели ногами и веди нас в сокровищницу. Но, если ты попробуешь обмануть, если ты начнёшь ловчить, отговариваться и путать, я прикажу живьём зажарить тебя на медленном огне.

Два воина-бениаминца (из особо доверенных телохранителей) шли рядом с Адонишетом, не отпуская его вперёд ни на шаг. За ними со свирепо впивающимся в спину визиря взглядом шагал Абенир. Царского брата сопровождал десяток бениаминцев, от усердия шумно сопевших волосатыми ноздрями. Двое из них зажгли смоляные факелы.

Сначала спустились в глубокое подземелье. Широкие ступени привели визиря, эшраэльского полководца и воинов в помещение, напоминавшее круглую пещеру.

Вдоль стен стояли чёрные каменные статуи, изображающие странных существ. У них были человеческие тела, но вместо рук раскинутые орлиные крылья. Лица идолов тоже заострялись хищным орлиным клювом. Другие статуи из красноватого порфира выглядели не менее удивительно: неестественно круглые головы с круглыми же выпученными глазами, безносые и безгубые. Из темени круглоголовых торчали тонкие прямые рога с обрубленными концами. Туловища казались неуклюже короткими, будто заключёнными в крупночешуйчатый панцирь. Нога были обуты в плоскостопую обувь, руки без обозначения пальцев. Ещё три статуи представляли собой толстобрюхих уродцев со злобно оскаленной пастью. Причём один стискивал зубами крысу, второй змею, а третий маленького голого человечка с горбатым носом и длинной зауженной бородой.

— Там шобские бога? — спросил язвительно Абенир.

— Нет, светлейший господин. Эти изображения находятся здесь не меньше тысячи лет. Может быть, и больше, как считают седобородые мудрецы. Когда наши далёкие предки переселились в эти земли, статуи уже находились здесь, охраняя сокровища прежних владык.

Абенир с сомнением взглянул на заискивающе улыбавшегося визиря.

— Хорошо, пошли дальше, — сказал Абенир, презрительно фыркая. — Хотя такие дерзкие упрямцы, как ваш царь, достойны богов безобразных и мерзких.

Визирь несколько раз поклонился, выразив полное согласие с его уничижительными словами. Он торопливо направился по узкому коридору в конец подземелья. Все спустились ещё на несколько ступеней.

После коридора возникла небольшая площадка. Она заканчивалась наклонным полустёршимся барельефом, на котором угадывались кроны перистых пальм и фигурки обнажённых девушек, несущих кувшины на головах.

Визирь остановился. Факелы тихо шипели, освещая угрюмым светом мрачное подземелье.

— Ну, где сокровища? — подозрительно прищурившись, произнёс Абенир.

— Нужно нажать кувшин у одной из носильщиц, и последняя дверь откроется, — ответил Адонишет, подходя к барельефу.

Бывшие рядом с ним конвоиры чуть отстали из-за тесноты. Визирь сделал ещё шаг и положил руку на стену.

Абенир открыл рот для следующего угрожающего вопроса. Внезапно раздался нарастающий гул. Сверху рухнул каменный блок с широкими зубцами, разможжив кости воинов, находившихся на расстоянии протянутой руки от Адонишета.

Визирь царя Шобы исчез из глаз поражённых эшраэлитов. В то же мгновение телохранители подхватили Абенира под локти и помчались прочь от страшного коридора.

Снова грохот, и ещё один каменный блок упал позади... Потом осыпалась лавина булыжников, полностью замуровавшая коридор. Побледневшие от ужаса телохранители и их растерявшийся вождь выскочили в подземелье с гладкими стенами.

— Сын змеи и шакала! — бешено завопил Абенир, потрясая кулаками. — Он всё-таки перехитрил нас! Что же вы стояли, бараны? Что вылупили глаза на меня, как эти гнусные идолы? Сейчас же разбить на куски изображения дэвов и маридов^[50], будь они прокляты на все времена!

Около месяца силачи с кирками, молотами и зубилами пытались пробраться сквозь завал. Однако ни сокровищницы, ни тайного подземного хода из дворца Шамтагума обнаружить не удалось. Все усилия оказались напрасными. После множества преград они упёрлись в сплошную непроницаемую толщу базальта.

Рыскавших вокруг Шобы лазутчиков Абенира, тоже постигло разочарование. Коварный Адонишет пропал навсегда.