Белое пламя - Анна Тьма

– Пламя – не оружие. – Альтис закончил шнуровать ботинки и поднялся на ноги. – Огонь – это просто огонь. Белое Пламя умеет быть грозным… не для тех, кого любит.

– Я запомню.

Аллодис, собранный и готовый к отъезду, подошел к демону.

– Командор, – обратился он, голос его был тревожным, – что-то движется к нам.

Альтис насторожился, повел взглядом по близлежащим кустам и деревьям, принюхался…

С моря налетел резкий порыв холодного ветра, ударил в спину.

– Трэн! – весело воскликнул демон, когда волны вспучились и из воды показалась гигантская фигура со змеиным хвостом вместо ног. – А я уж заждался!

Морской бог выполз на берег, и стало заметно, что над его хвостом, чуть касаясь мелкой серебристой чешуи, висят пузыри вроде мыльных, только гораздо больше. В пузырях находились люди. Он бережно перенес пузыри по одному на песок и выпустил людей. Юношей, детей, женщин…

Крылатый юноша-ястреб и полупрозрачный мужчина помогали ему.

– Марго!.. – Крик сорвался с губ Аллодиса, и колдун как ненормальный бросился к жене.

Остальные некроманты, будто очнувшись, вприпрыжку кинулись к родным.

Траэллита уменьшился в размерах, меняя хвост на ноги, и умильно посмотрел на эту картину. Стримбор, обретя полноценную плоть, и Коган встали рядом с Траэллитой, с любопытством озираясь.

– Мы не опоздали? – Трэн повернулся к Альтису.

– Пока еще нет, – хмыкнул демон.

– Альтис? – Коган склонил голову набок. – Это ты?

– Нет, не я! Тень Кошмара! Стоит мне оказаться пленником тела, как меня узнают люди, но боги, похоже, нюх потеряли! Эй, раздáвите, за ногу вас дери!..

Последние слова дались парню с трудом – боги сдавили давнего друга в могучих объятиях.

– Грань и Когорта!.. Ал, братище! Давно не виделись!..

– Да уж, давненько… Стрим! Ког! Демоны побери, я скучал без вас!..

Выбравшись из могучих объятий, Альтис сам бросился обнимать друзей. Он был не просто рад их видеть – внутри все просто пело и радостно кричало. Старая команда искателей снова собиралась! Стоящие сейчас перед ним были ему такими же братьями, как и Арох.

Юноша-ястреб встопорщил перья на крыльях, и озорная улыбка осветила его лицо.

– А где Арох? Трэн сказал, что он нашелся! – Коган совсем по-ястребиному смешно дернул плечом.

– А больше он ничего не сказал? Сами найдите его.

Коган и Стримбор огляделись. Волк стоял чуть поодаль, все еще держа на руках Яночку и не глядя на товарищей. Те переглянулись и отправились к стрелку.

– Арох?.. – Стримбор тронул Волка за плечо.

Он вздохнул и повернулся. Полыхнули зеленью глаза, Коган весело подпрыгнул и сгреб Волка вместе с девочкой в объятия.

– Арох! Это правда ты! Ты живой!

– Эй, а ну отпусти его! – возмутилась Яночка. – Ты же меня раздавишь!

– Это что за чудо? – восхитился Коган.

– Не чудо, а Яна! И то, что ты бог, не дает тебе право меня раздавливать! Вот Арох – тоже бог, но он же меня не давит!

– Ну извини, – поднял руки Коган. – Я просто очень рад брату!

– Арох? – Более рассудительный Стримбор не отрывал взгляд от Волка. – Что с тобой стало? Я не вижу…

– …моей божественной сути? – Первые слова Белого Волка отдавали горечью. – Да, Стрим, я не полноценный бог. Я потерял ее.

Бог-ветер пошатнулся как от удара, а порывистый бог-ястреб прижал кулаки к груди, словно испугался за свою бессмертную суть. Арох опустил голову, и Яночка обняла его за шею.

– Волчок, ну это же не делает тебя плохим! – жалобно сказала девочка. – Ал обещал, что мы отыщем твою суть, он же знает, у кого она спрятана!

– Эх, малышка, – с ласковой улыбкой вздохнул бог-волк, – я тебе уже говорил, какая ты замечательная?

– Говорил, говорил. Но мне все равно нравится слушать.

– Арох… – Стримбор оттянул застежку плаща, будто она давила ему на горло. – Расскажи нам, что произошло… Мы все сделаем, мы поможем…

– Хорошо, – вздохнул Волк. – Только позовите и Трэна. И пошли присядем, рассказ будет долгий.

Альтис обернулся, и Арох кивнул ему, уводя богов в сторонку.

– Ал, смотри! – Марья, прильнув к своему демону, кивнула в сторону принесенных богами людей.

Альтис посмотрел. Аллодис судорожно прижимал к себе двух белобрысых кучерявых близняшек лет десяти, а красавица жена обнимала его и плакала. Нангерат держал за плечи подростка лет четырнадцати и что-то быстро говорил, лицо его кривилось от муки и радости, а рядом стояла стройная женщина. Кенровер, Дартан, Лиртог обнимали своих детей и жен. Кроме того, рядом с Дартаном оказался младший брат, а с Лиртогом – старшая сестра.

Но двое стояли в стороне и растерянно оглядывались. Молодая девушка, поддерживающая усталую беременную женщину.

– Грань и Когорта! – мрачно процедил демон и направился к стоящим. – Кто твой муж, женщина? – спросил он на нимадоргском, остановившись напротив матери и дочери.

– Теол Тур Леккар. Только я его здесь не вижу, – растерянно ответила женщина, к удивлению Альтиса, на чистом сильенском.

Альтис выдохнул сквозь сжатые зубы, опустил голову.

– Как ваши имена?

– Я – Дара Тур Леккар, а это моя дочь – Кара, – тихо ответила женщина, начиная понимать.

– Я убил вашего мужа и отца, – медленно произнес Альтис, и Кара заплакала, прижавшись к матери. – Я обещаю, что о вас обеих позаботятся.

– Почему? – все так же тихо спросила женщина. – Почему ты убил его и… кто ты? Человеку не под силу было справиться с Теолом.

– У меня не было другого выхода, иначе бы твой муж убил меня. И я не человек, – ответил Альтис, поднимая голову. Женщина вгляделась в его золотые глаза. – И не бог, как ты подумала.

– Разве… Неужели… Демон? Но твои глаза…

– Ты наблюдательна, Дара Тур Леккар. Меня называют Альтис Пламенный.

Женщина пошатнулась и начала падать, прижав к животу руки. Марья, стоявшая позади любимого, метнулась вперед и подхватила беременную.

– Риман! – позвала она. – Сюда, скорее!

Мастер прибежал на зов, и они вдвоем засуетились над женщиной. Марья, унимая ложные схватки, подняла искаженное яростью лицо:

– Ал, башкой тебя об Грань! Ты вообще думаешь, прежде чем говорить? У нее тяжелейшая беременность с осложнениями! И двойня!..

– Да тут-то я в чем провинился? Я ей детей не делал!

– Я тебе покажу сейчас «детей»! Иди с глаз моих, пока я тебе молнией не засветила!

– Любимая, не злись, тебе не идет!