Оборотни клана Морруа - Ольга Гусейнова

Молчание длилось с минуту, пока каждый вер прислушивался к шороху шагов Климова. Скрипнула калитка – и все сразу же расслабились: человек покинул территорию оборотней. Теперь можно не сдерживать эмоции и повадки.

– Мадам, позвольте представить вам членов клана Морруа, – Этьен подошел к Анфисе и, взяв за руку, встал рядом с ней. Сначала показал на здоровяка брюнета: – Наш крепыш Жакру, – следом на блондина, – Джинкс. Правительства многих стран, банки и крупные компании полагают, что их серверы взламывает целая группа хакеров, а это Джинкс развлекается в одиночку.

Веры любезно кивнули, далее Этьен еще раз указал на Карла:

– Этот внешне вечно мрачный мужчина на самом деле весьма душевный и мягкий по натуре. Он встретит ваших родителей и проводит в Париж и к вам. Поверьте, он сможет расположить их к себе за пару минут, если захочет. – Следующего назвал: – Жан. Отличный повар и следопыт лучший из всех, кого я знаю.

– Ты боишься, что, если не похвалишь, они нас вряд ли оценят по достоинству? – хохотнул Джинкс. – Или тебя самого?

Улыбка быстро сползла с лица Моро. Он недовольно прищурился, посмотрев на своего сородича. Затем указал на невысокого крепкого шатена с милыми ямочками на щеках и яркими синими глазами:

– Фабиан. Единственный приличный вер, кому бы я мог кратковременно доверить свою пару.

– Звучит как оскорбление, – оценил тот комплимент глубоким красивым баритоном.

Остальные ощерились в усмешке.

– Жан, если вы собираетесь поесть раньше, чем в Париже, тебе придется взять дело в свои руки, – настоятельно посоветовал Поль.

– Ой, да мы сами сейчас и… – виновато всполошилась Анфиса.

Но у Этьена на ее счет были другие планы:

– Ты проводишь племянницу переодеться. И займитесь сбором вещей. На завтрак я вас позову. Не теряйте времени даром.

Наконец я оторвалась от блокнота, словно выплыла из своеобразного транса, и посмотрела на самопровозглашенного распорядителя. Анфиса удивилась не меньше, даже забыла руки в боки упереть.

– Что это? – отвлек нас от, мягко говоря, зарвавшегося Моро Поль.

Я посмотрела на рисунок в своей руке, на котором изобразила развалины древнего города без окон и дверей. Вероятно, историко-архитектурный памятник. Что-то знакомое… но основное внимание притягивает стройная девушка с фотоаппаратом в руке, в широкополой полосатой шляпе, длинном пончо и высоких сапогах. Симпатичное доброе лицо освещает улыбка. К ее локтю тянется рука с часами на запястье. Время – двенадцать сорок две пополудни.

– Очень похоже на крепость Мачо-Пикчу в Перу… – задумчиво произнес Карл, взглянув сверху на мое творение.

Вырвав лист из блокнота, я смущенно улыбнулась и протянула рисунок Джинксу:

– Вот твоя суженая, ты встретишь ее именно здесь и ровно в это время. Правда, месяц, год и даже день я не знаю. Только место, время суток и как примерно выглядит твое счастье…

Блондин таращился на меня во все глаза, постепенно осознавая полученную информацию, неожиданную и скудную. Но дрожащие руки протянул и с неожиданным трепетом принял рисунок. Несколько секунд любовался девушкой, пока любопытствующие Жан и Фабиан не подошли к нему ближе. Джинкс моментально вышел из оцепенения, прикрыл от «соперников» свое будущее сокровище локтем, злобно зыркнул и отошел в сторону. Быстрым взглядом обшарил комнату, взял Анфисин журнал с модными стрижками и бережно вложил между глянцевыми страничками заветный рисунок. И только после того как спрятал, успокоился, кажется, и осторожно поинтересовался у Поля, глядя на меня:

– Это ее дар? Такой?

Поль коснулся носом моей шеи, глубоко вдохнул – и шумно, с откровенным удовольствием вдохнул:

– Да, она видит и рисует моменты встречи с тем, о чем больше всего в жизни мечтает и желает объект.

– А мне? – расстроенно выпалил Жакру, с надеждой заглядывая мне в глаза.

Огромный мужчина с суровыми, словно вырубленными из камня чертами лица, смотрел на меня черными печальными глазами подобно обиженному несправедливым распределением подарков мальчишке. Впрочем, как и остальные обделенные на фоне везунчика Джинкса, неосознанно поглаживающего широкой ладонью трогательно прижатый к груди журнал. Глаза его сияли непередаваемым светом.

Я кивнула на него и пояснила «обделенным»:

– И вам будет. Непременно! Мне нужно время и сосредоточиться, чтобы подумать о вас, настроиться. Сейчас получилось спонтанно, на нервах, видимо.

– Нужно срочно домой лететь, – сипло заявил Джинкс.

Этьен озабоченно кивнул:

– Поль не просто так назвал Алису и Милану идеальной парой: одна – рисует место и время суток, вторая – указывает направление и уточняет, когда данное событие наступит. И все вы обретете свое счастье…

– Джинкс, успокойся, если бы Милана ощутила нужду твоей пары, вместо нас с Этьеном послали бы тебя… куда-нибудь. Расслабься, твое время еще придет, – добавил Поль.

Мы с Аней подозрительно переглянулись, и она спросила:

– В каком смысле – вместо вас? Послали? Этьен?

– Пара нашего главы, Милана, чувствует, когда и куда надо ехать кому-то из веров, чтобы обрести пару. Вас она тоже как сваха почувствовала и направила нас с Этьеном сюда. Собственно, фабрику тоже из-за предчувствия приобрела.

– Сваха? – хрипло выдавила я.

– Мы ее теперь свахой называем. По сути, так и есть, – улыбнулся Поль, заглядывая мне в глаза. – И благодаря ей я нашел тебя.

– Лгуны! – рявкнула тетушка. – Вчера врали, что искали воров…

– Душа моя, – напрягся ее личный лгун. – Мы не хотели раньше времени… вас нервничать заставлять… дополнительно.

Анфиса смотрела на пару разъяренной фурией:

– Больше всего на свете ненавижу вранье. Хорошо же ты нашу семейную жизнь начал… муженек. Мы вам все как на духу выложили, а вы даже в малом обманули.

Тетушка развернулась и решительно направилась к лестнице. Этьен дернулся, словно от удара под дых, потемнел лицом, бросил на меня растерянный взгляд. А я, прилагая усилия, пыталась выбраться из стальных рук Поля, тоже напряженно сопевшего.

– Прости, Алиса, – глухо попросил он. – От меня ты больше лжи не услышишь.

Моро рванул за своей парой.

Под злобное шипение вперемешку с воркующим баритоном, раздававшееся со второго этажа, я раздумывала: обижаться дальше или забыть этот неприятный момент – сложно обижаться на мужчину, который вызывает столько невероятных эмоций. Горячо дышит в затылок и держит так, словно развалится на мелкие кусочки или растает, как снег по весне, если отпустит.

– Вы живете в… глуши, – мягко, вежливо обратился ко мне Джинкс, по-прежнему прижимающий к груди журнал, даже руки на нем скрестил, – но ваш французский довольно хорош. Вы практиковались во Франции?