На страницах окаменевшей истории - Саша Гран

Дворец действительно создавал впечатление старинного сундука, кладези истории и культуры, охватывающей более чем 400 лет жизни страны.

Наконец-то они пришли в коридор, где было шесть дверей — как раз по количеству прибывших гостей.

Видимо, Ферднинад великодушно решил не разделять их и поселить в одном месте.

— У вас есть ровно час до званого ужина. Его Величество не любит, когда гости опаздывают. — строго сказал Рэйнер, поправляя монокль. — Фрау Миямото, ваши покои здесь, Император приказал приготовить их сразу, как услышал о вашем скором прибытии.

— …благодарю его за щедрость. — моментально нахмурилась она, явно недовольная сим комментарием лиастара. Она начала подозревать, что что-то явно будет не так, как она этого хочет. И действительно — стоило ей открыть дверь, как ее лицо в ту же секунду помрачнело, и она со всей силы захлопнула двери обратно, чуть не разбив золотые орнаменты на них.

То, как вздулись вены на ее руках и шее, помогло ее спутникам понять, что за дверью было нечто невероятно неприятное для нее.

— Передайте Его Величеству, что готовившие покои слуги допустили критические ошибки и приготовили эту комнату не для меня. — стараясь сдержать гнев, процедила она.

— Нет, фрау Миямото, это ваши покои. — ответил ей советник, нахмурив брови.

— Рин, в чем дело? Что там такое? — спросила Мия, которая напряглась из-за такой реакции девушки.

— Вам не стоит этого видеть. И мне тоже. — ответила жрица. — Советник Янтаря, вы то должны быть благоразумны. Если вы не поменяете мне покои, я буду спать снаружи на улице под стенами дворца.

— …это приказ Его Величества. Я не могу идти против его воли. — ответил ей лиастар.

— Да что там такое-то? — в итоге не выдержал Джек и подошел к мечнице, открывая двери в комнату.

В следующую секунду подобно тому, как Рин минуту назад, он со всей силы захлопнул их в гневе, вот только теперь они не выдержали и слетели с петель, падая внутрь комнаты с сильным грохотом, вынуждая служанок вокруг заохать от испуга.

Теперь Хиро и остальные могли увидеть, что же так сильно разозлило этих двоих — эта комната была полностью из янтаря и золота, украшенная большим количеством антиквариата и портретов.

А в центре комнаты на манекене висело самое роскошное платье, которое эльф только мог увидеть. Он даже не мог описать его внешний вид, но одного только взгляда ему хватило, чтобы понять — это было фамильное платье хозяйки рода фон Райс, передававшееся из поколения в поколение.

— …вы серьезно, что ли? — Вольфганг тоже выглядел потрясенным. — Джек, ты…эту дверь…она ведь дороже всего Вульфендорфа целиком…

Рэйнер же явно разозлился сим бедствием.

— Наставник Чжи, вы что себе позволяете?

— А вы? — услышал он ответный вопрос. Холодный голос вампира заставил его спутников вздрогнуть. — Как вы вообще посмели предложить ей подобные покои? Смерти хотите?

Ни у кого из гостей не осталось сомнений, что это были главные покои императрицы, которые ныне пустовали после смерти последней.

Поселить в них незамужнюю 19-летнюю девушку родом из другой страны было не просто жирным намеком на ее скорое замужество с лиастаром, но и своего рода удар ниже пояса, так как сим жестом ей показывали, что у нее нет выбора.

А отсутствие выбора для Рин было самым раздражающим обстоятельством, которое могло вывести ее из себя.

— Его Величество великодушно предложил фрау Миямото лучшие покои дворца. — ответил ему Рэйнер.

— Оставьте это великодушие себе. Мало того, что просто покои. Вы еще и платье ей для званого ужина приготовили самостоятельно и без ее ведома. Вы хотите оскорбить ее честь? — ответил ему вампир, грозно рассматривая невозмутимое лицо советника.

— Это дело Его Величества и фрау Миямото, наставник Чжи. Не вмешивайтесь. — тот не сдавался, и тогда доведенный до белого каления Джек схватил девушку за руку и потащил за собой.

— В отличии от Фердинанда у его посланника есть мозги, потому он великодушно отдаст госпоже Амире комнату в своих покоях. Более того, теперь дверь в эти сломана. Идем.

Девушка смотрела ему в затылок, удивленная его резкостью, однако она не сопротивлялась, позволяя ему утянуть ее за собой — видимо, такая альтернатива ее устраивала намного больше, чем позволить Фердинанду получить свое.

Остальные маги переглянулись, не зная, что сказать или думать, а затем посмотрели на уставший профиль Рэйнера, который выглядел раздраженным.

— Фрау Миямото, вы хоть понимаете, что будет, если Император узнает…Какая морока…

— Советник Янтаря, вы, судя по всему, не довольны нынешней ситуацией. — заговорил Хиро, что-то поняв про себя. Лиастар молча посмотрел на него, а затем вздохнул.

— Я всего лишь советник, герр Эльвинэ. Мое мнение не столь значимое, как мнение нашего Бессмертного Императора. Однако…если вы позволите мне его высказать, я абсолютно солидарен с фрау Миямото в вопросах политического брака между ней и Императором. Однако он…не умолим. Мы с фрау Миямото уже год пытаемся изменить волю Его Величества.

— Кажется, вы хорошо относитесь к ней. — удивленно подняла брови Мия.

— Фрау Миямото — очень рассудительный и мудрый человек. В своем юном возрасте она уже заполучила авторитет не только в своей стране, но и в других благодаря ее труду на внешнеполитическом поприще. Как советник Янтаря, я уважаю ее. Однако видеть ее Императрицей моей страны….пока что мое уважение к ней не дошло до такого уровня.

Ранее эльфу показалось, что Рэйнер фон Райс относился к Миямото Рин нейтрально. Но, судя по всему, лиастар уважал ее.

Правда Хиро было сложно представить, за что именно: раннее они еще не могли наблюдать ее в деле. Все ее взаимодействия с другими были рабочими, но явно не на международном уровне.

Ее подчиненные говорили, что она постигла все тонкости современной международной политики.

Но единственное ее взаимодействие с правителем другой страны, чьим наблюдателем он стал, был тот удар по каменному обличию Императора в лесу…

Не самый лучший метод ведения переговоров.

Возможно, в скором времени он поймет, почему Рэйнер так уважает ее.

***

В итоге советник Янтаря оставил их, так и не объяснив, что же за званый ужин будет через час и что им нужно сделать. И все же им было повезло — с ними остался Вольфганг, который и объяснил, что к чему.

Оказалось, что званый ужин — особое мероприятие, на которое допускается лишь самый узкий круг Императора. На обычных ужинах должны были присутствовать все его дети и их матери, однако на званых обычно присутствовал лишь он и сами приглашенные, а еще за редким исключением его советники.

Единственной проблемой проведения такого ужина