Поход - Андрей Круз

Один из «певцов» тоже попытался схватить Лари за ногу и сдёрнуть со стола. С человеком, даже с самым ловким, это получилось бы, но не с тифлингом. Уследить, как она увернулась, я тоже не смог, зато прекрасно увидел, как каблук второго сапога ударил уже в этот лоб. С точно таким же эффектом. У того закатились глаза, и он с грохотом опрокинул спиной соседний стол. А на Лари бросились все разом. Маша вскочила, я почувствовал, как через неё словно холодный ручей потёк: она привлекала Силу.

— Не спеши! — крикнул я ей.

Сам же я уже нёсся в сторону разгоревшейся драки, успев отметить, что кабатчик накручивает диск на висящем на стене телефоне. Жди жандармов.

Меня увидели не сразу: все смотрели на хохотавшую и сбрасывающую пинками барахло со стола Лари. Поэтому мне удалось с ходу пнуть в колено одного из стоявших, после чего захватить его за шею и опрокинуть затылком на соседнюю лавку, попутно добавив ещё и с ноги куда-то под рёбра. В ту же секунду меня заметил и налетел один из южан, с выпученными бешеными глазами. Я успел заметить у него на руке кастет с шипами. Увернулся от прямого удара в лицо, успел в нырке ухватить дубинку и, выпрямляясь, ударил не прямым, как можно было от меня ожидать, а чуть снизу и наотмашь, не дотягиваясь до него. Дубинка со щелчком разложилась, и увесистый набалдашник с хряском врезался ему в скуловую кость, глубоко рассекая кожу. Этого хватило для того, чтобы он ухватился за лицо руками, закачался и получил ещё один удар — по шее, вырубивший его окончательно.

Тем временем вокруг Лари события просто кипели. А она взялась за латиг, но не за рукоятку, а за середину, используя рукоять как кистень. Может, и правильно: концами латига убить нетрудно. А она и так орудовала им мастерски. Кнут метался подобно летучей взбесившейся змее, обмотанная кожей тяжёлая рукоятка била по подставленным рукам, по головам, по спинам. Второй нордлинг сумел зайти сзади и даже занёс кистень, но тот вдруг потянул его назад, как будто кто-то невидимый рванул оружие на себя, а я почувствовал лёгкую волну маги. Маша всё же вмешалась, и вмешалась аккуратно. Умница!

Выигранной паузы Лари хватило, чтобы заметить опасность и приложить нордлинга кнутовищем по башке, отчего тот взвыл, упал на колени и схватился руками за голову. Тем временем вскочил на ноги «певец», которого Лари сбила с ног первым, и бросился на неё, теперь уже аккуратно, не горячась, понимая, что против него не забуянившая девчонка в подпитии, а серьёзный противник. Вскочил на ноги и тот, которого я сбил с ног первым. И вытащил нож. Хороший такой, крепкий, средней длины нож с чуть изогнутым клинком, гномьей работы. Таким кишки выпускать как не фиг делать. И пошёл на меня, делая рукой с оружием небольшие финты. Второй южанин начал обходить меня сбоку. К Лари направился поднявшийся на ноги главарь, уже оправившийся, хоть и морщившийся с каждым шагом. И который вдруг резко споткнулся о неожиданно придвинувшийся ему прямо под колени табурет, но не упал, а отскочил в сторону.

Раздался свист, что-то неуловимое мелькнуло в воздухе, выбитый страшным ударом нож вылетел из руки «певца», а сам он схватился за запястье, сморщившись от боли, и резко отскочил назад. Это Лари развернула латиг в «боевую позицию» и влепила прямо по зажатому ножу. Заодно и высушив кисть наёмника. Южанин резко отскочил в сторону. Получивший по голове нордлинг отбежал чуть назад, но лишь для того, чтобы выбрать позицию для атаки, которая не замедлила случиться. Пущенная могучей рукой тяжёлая табуретка почти настильно полетела в спину Лари, но вдруг плавно изменила направление и ударила сиденьем плашмя по морде крадущегося южанина, сбив его с ног с такой силой, что каблуки подлетели выше головы.

Главарь уже вооружился своим тесаком. На ноги сумел подняться нордлинг, получивший в лоб от Лари, и тоже достал искривленный нож. Второй северянин опять взялся за свой кистень и пошёл к нам. И в этот момент раздался переливчатый свист, знакомый каждому в Новых государствах. Полицейский свисток. И драка замерла.

В двери вошло человек десять жандармов сразу. У всех дерущихся из рук мгновенно исчезло холодное оружие. А на лицах появилось выражение: «Ой, а что случилось?» Свара просто испарилась, потому что шутить с жандармами не стоит. Даже в случае простой драки месяц отсидки схлопотать — что яблочко сорвать с дерева. И кому охота месяц дрова рубить?

— А ну расселись все, — прорычал старший жандармский унтер. — По местам, откудова встали, если не хотите сразу по месяцу за неподчинение схлопотать.

Лари мило улыбнулась представителю власти, легко спрыгнула со стола на две ноги и пошла, покачивая бёдрами так выразительно, что даже утиравший с лица кровь южанин уставился на неё. И через несколько секунд она уже сидела, закинув ногу на ногу. Ну и я счёл за благо вернуться за стол и сразу налить себе пива, успокаиваясь. Потому что сердце от выплеска адреналина стучало так, что я боялся: это будет заметно. Даже через толстый свитер. А вот Лари была идеально спокойна, почти блаженна.

— Ты это зачем сделала? — прошептал я.

— Просто так, — ослепительно улыбнулась она, продемонстрировав влажные белые клыки. — Скучно стало. Тебе разве не понравилось?

Тем временем банда тоже рассаживалась кое-как на свои места под бдительными взглядами жандармов. Некоторым из них досталось неслабо. Особенно тому, к которому прилетела табуретка, пущенная рукой его товарища. Он до сих пор пребывал без сознания, лёжа на полу. Над ним присел главарь и тот нордлинг, что его предметом мебели приложил. Затем главарь повернулся к нам и так посмотрел, что я сразу понял — есть у нас проблемы. И немалые.

Я с тоской глянул на Лари. Скучно ей стало, понимаешь. Вот теперь-то повеселимся. Особенно если они нас за стенкой перехватить сумеют, где жандармы не прибегут. Интересно, они поняли, что у нас Маша колдунья, или не сообразили, откуда столько невезения в драке?

Тем временем старший унтер извлёк из планшетки бланк протокола, а в кабак вошло ещё одно лицо — местный целитель, который сразу же направился к валяющемуся без сознания южанину. В общем, ситуация под контролем. Осталось только прикинуть размер штрафа, который с нас сдерут. Без этого не обойдётся. Плюс посуда битая.