Золотой воин - Алекс Орлов

– Я недооценил его, он возвращается! – воскликнул Ретип и достал из ножен не очищенный от крови зазубренный тесак.

Когда куски расплавленного камня обрушились на землю и раскатились, дымясь, по сторонам, на месте камня остался пеший воин.

– Не ждал меня, Ретип? – спросил он громовым голосом.

– Не ждал, – признался злодей и слез с лошади.

Питер двинулся ему навстречу, лишенный всяких мыслей и сомнений. Нужно лишь ударить, всего один раз…

Подойдя ближе, он остановился.

– Ты собираешься убить брата! – воскликнул злодей с обидой в голосе.

– Нет, я убиваю зло.

С этими словами Питер размахнулся и нанес мечом разящий удар. Злодей пытался прикрыться собственным мечом, но клинок Питера прошел через него, как сквозь воздух.

Грянул гром, содрогнулись холмы, с пепелищ Маленца поднялись тучи черного пепла. Питер покачнулся и, раскинув руки, упал на спину.

«Наконец-то ничего не должен. Теперь – покой».

– Замечательно! Великолепно! – воскликнул Вендор, перешагнув через упавшее тело.

– Примите и мое поздравление, мессир Энверсай! – произнес Карцепос.

– И я, разумеется, тоже присоединяюсь! – поддержал двух магов появившийся Гильгум.

– Это было так необычно, мессир Энверсай! – вторил им Харар, стоя поодаль.

Энверсай, маг стихии земли, стоял в кругу поздравлявших и не скрывал своего хорошего расположения. Его длинные волосы струились водопадами самоцветных искр, глаза светились желтыми опалами, одежды трепетали, словно под сильным ветром. Все разрешилось как нельзя лучше, и он неожиданно для магов Круга Четырех получил долгожданную свободу.

– Но как это случилось, расскажите нам! – попросил Вендор, теперь его накидка полыхала красным огнем и бояться было нечего – Гильгум снова находился среди них.

– О, должен повиниться перед вами, друзья мои, – совсем по-человечески развел руками Энверсай. – Хивва сумела обмануть меня, воспользовавшись тем, что я был самым молодым и малоопытным среди вас! Она смутила меня вестями, что можно единолично управлять этим миром, а не в составе Круга Четырех. Нет, я не хотел этой власти, меня устраивала сила Круга, но испробовать, вкусить!.. Против этого я устоять не смог и отрыл ларец, который якобы достали для меня ценой неимоверных жертв горные карлики. Однако, едва открыв крышку, я понял, что пропал – в ларце отказалась дорога в бездну. В одно мгновение я растерял силу, и Хивва пустила по моим следам своих пожирателей.

– Духов холода и разложения… – произнес Харар.

– Вот именно! Они настигли меня у небольшого городка, но я успел спрятаться в маленьком мальчике, что играл во дворе своего дома. Желая как-то выделить меня из числа смертных, они навели на город мор, и почти все жители, кроме малыша, в котором я скрывался, погибли. Потом мне удалось поставить дело так, что мы оказались в семье одинокого купца Нуха Земаниса – также пострадавшего от страшного поветрия.

Спустя время, когда Хивве стало известно о моем убежище, она решила навсегда заточить меня в теле Питера Фонтена и создала Ретипа, который одним своим существованием должен был заставить Питера держаться подальше от войн Хиввы… Возможно, со временем Фонтен мог получить бессмертие, и тогда Круг Четырех никогда бы не воссоединился.

– Встреча для двойников – всегда обоюдная смерть! – заметил Харар, понемногу смелея.

– Именно так! Но Хивва давно бы владела этим миром, если бы все ее планы воплощались. Началась война, император оказался не такой легкой добычей, как ожидали злодеи, и всем стало не до Питера Фонтена и укрывавшегося за ним мага. Как видите, не испугала этого юношу и угроза жизни, Хивву подвело его человеческое стремление к справедливости.

– Любой ценой! – подсказал Харар.

– Именно так – любой ценой! Благодаря этому я с вами и Круг Четырех снова ожил!

– Круг снова ожил! – повторил Харар.

– Нам остается замкнуть его, – сказал Вендор.

– Мы сделаем это, но сначала – пара неотложных дел, – проговорил Энверсай и повернулся к маячившим неподалеку силуэтам.

– Капитан Йоган фон Крисп, подойдите ко мне!

Один силуэт качнулся и стал неуверенно приближаться к Энверсаю.

– Довольно! – сказал тот и поднял руку. – Йоган фон Крисп, вам давно следовало навестить своего отца, тем более теперь, когда у вас есть деньги, чтобы выкупить замок!

– Но… мой отец…

– Ваш отец жив, Йоган! А вон и Ренсант. – Маг указал на высокую лошадь под седлом, вышедшую вдруг из сгустившегося тумана. – Ваш первый конь, теперь он тоже жив. Садитесь и езжайте домой и не забудьте навестить имение графа Розгеля, у него прекрасная дочь, это ваша судьба. Однажды вам уже снилась свадьба с ней.

– Но… мои средства, они сейчас… – начал было объяснять фон Крисп, язык едва повиновался ему.

– Ваши деньги в кошеле на поясе – проверьте…

Фон Крисп проверил, маг был прав.

– Я могу ехать?

– Езжайте, Йоган, теперь на дорогах спокойно.

Фон Крисп на негнущихся ногах подошел к Ренсанту, осторожно дотронулся до его шеи и облегченно выдохнул: это действительно был Ренсант.

– Да возможно ли такое? – воскликнул капитан.

– Возможно, но не слишком часто, – ответил Энверсай.

Вскоре фон Крисп уже скрылся в клочковатом тумане, носимом по пустоши северным ветром.

– Крафт, сын медника, подойди ближе.

Пришла очередь Крафта брести сквозь текущий туман.

– Твоя сестра ждет тебя, Крафт. У нее все благополучно, садись в повозку и поезжай домой.

Энверсай указал на одноосную повозку, запряженную пегой лошадкой с длинной гривой.

– Но это…

– Да, повозка, о которой ты мечтал еще ребенком. Сиденья – синий бархат, как ты и хотел. Твои деньги тоже при тебе – на поясе.

– Спасибо! – обрадовался Крафт. – Но как я поеду, ведь там война?

– Войны уже нет, поскольку Круг Четырех теперь в полном составе.

– Понятно, – кивнул Крафт, ничего не понимая. И, не дожидаясь нового приглашения, забрался в повозку, крикнул «и-и-ха!», и лошадка бойко затрусила сквозь стену тумана. Скоро их не стало видно.

– А что же с этим, мессир Энверсай? – осторожно спросил Харар, указывая на распростертое тело Питера Фонтена.

– Увы, оживить погибшего после встречи с двойником нельзя, однако… можно дать ему другую попытку.