От чужих берегов - Андрей Круз

За воротами мертвецов действительно было много. Не толпа еще, но пара десятков бы набралась. Мне представилось, как они бы еще подкопили сил да потом разом кинулись. Отбились бы мы? Сомневаюсь. У меня есть опыт стрельбы из карабина по атакующей своре мертвых собак – тот же эффект получился примерно. Эти мертвые ребята становятся все опасней и опасней.

До аэродрома ехали не торопясь, но мне казалось, что пронеслись ураганом. Грузовик поначалу был непривычен – слишком высок, слишком массивен, слишком инертен. Руль приходилось крутить энергично, оборотов «от упора до упора» у него хватало, сиденье и зеркала тоже поначалу никак не удавалось подогнать удобней: смущал непривычный ракурс.

«Фрейт» катил сзади чуть ли не вплотную, как привязанный, сверкая никелем решетки. Сэм в кабине выглядел маленьким, а торчащая из-за панели морда Сокса, устроившегося на сиденье, была совсем крошечной.

Несколько поворотов, вновь домики среди газонов, забор аэродрома. Мертвецов не видать, что гнались – отстали, а другим здесь делать нечего. Вон въезд, нами же закрытый… кстати, откуда мертвые собаки лезли на летное поле? У них отдельная дыра где-то имеется? Поосторожней бы надо: у нас опять работа впереди, и не быстрая, а если опять эта свора появится… М-да, могут быть проблемы.

Вон он, нейлоновый шнур, намотанный на каркас, которым я запер створки. Никто его не перерезал, так что можно надеяться на лучшее. Огляделся, выскочил из машины, быстро перехватил шнур ножом и распахнул ворота. Сэм время тянуть не стал – сразу вкатился внутрь, а следом пересевшая за руль Дрика достаточно сноровисто загнала эвакуатор, после чего я немедленно закрыл ворота очередным куском веревки. От мертвецов блуждающих, от людей, понятное дело, это не поможет. Ну хоть что-то.

А вон и наши три ангара, где мы оборудовали себе базу, и белый «барон» с синей полосой по борту стоит так, как его я его и оставил. Ни мертвецов вокруг, ни давешних мертвых собак. Как они тогда смылись, так мы больше их и не видели… Хотя нет, я неправ: туши их убитых товарок, по которым мы стреляли, растащены на кости и клочья. Собаки возвращались. Это плохо. Вопрос еще и в том – ушли ли они или где-то здесь укрылись?

– Сэм, собаки здесь опять были,– сказал я в рацию.

– Вижу,– подтвердил он.– Надо выставлять пост – иначе могут быть проблемы.

Это понятное дело: куда мы без караульного? И караульный у нас уже штатный. Только куда ее выставлять, непонятно пока. Так, бочки у нас в самом последнем ангаре были, но как раз в этом ряду. Все по всему полю раскидано – здесь кучка строений, там, еще где-то. Сама заправка и стоянка заправщика далеко, а вот бочки здесь почему-то, просто складированы.

Вновь тронули машины с места, поехали вокруг ангаров, всматриваясь в каждую тень, в каждый предмет – мертвые собаки покоя не давали, свора была здоровая, нарваться страшно, особенно если врасплох захватят. Хорошо, что мы с Сэмом, когда здесь по всем помещениям шарились в поисках добычи, закрывали за собой двери и ворота, а то бы пришлось еще и их проверять. А так не надо – умные мы.

Встали, затем опять тронулись, сворачивая в проезд между ангарами. Вот здесь, вон даже грязный след от колес пикапа на бетоне до сих пор виден.

– Дрика, давай на крышу фургона, сможешь? По кабине – там не сложно.

Она присмотрелась, затем кивнула:

– Нет проблем.

Легко выскочила из машины, перебежала, ловко вскарабкалась на кабину, а потом на бокс. Я показал ей рукой, в каком направлении караулить,– туда, в сторону дальнего въезда: нам станет плохо видно его, пока будем грузить.

Кот отказался выходить из безопасной машины – разве что перескочил на кресло Дрики, а вот Сокса Сэм опять посадил караулить. Ну и правильно, он у нас отлично за сигнализацию выступает, хоть бывают и сбои время от времени, как сегодня, например.

Ворота поднялись, открыв доступ в ангар. Хорошо бы внутрь заехать, да куда? Тут ни один квадратный метр площади не пустует, он же денег стоит. Придется таскать на улицу.

Вообще интересно, зачем тут эти бочки? «АвГас» и «Джет-Фьюэл» на аэродром привозили наливниками, заправляли самолеты с грузовичка-заправщика, а бочки все равно есть. Правда, хранятся они в самом заштатном из складов, к нему даже подъезд не бетонирован – дорога закончилась за предыдущим ангаром, что наводит на мысль о том, что кто-то был просто сверх меры хозяйственным, может, даже покойный менеджер Стивен Джиллет, которого я окончательно упокоил в его кабинете. Вроде как «запас карман не тянет».

Сэм распахнул боковую дверь бокса и выругался от души, даже на присутствие дамы не посмотрел. Я подошел, глянул. Ну да, фургон мебельный – и мебелью же забит.

– Я слышал, как что-то громыхало, да все проверить некогда было,– оправдался Сэм.

– А если бы знал, что там мебель, мы что, фургон бы выбросили? – поиронизировал я.– Все равно разгружать бы пришлось.

– Времени много потеряем, плохо,– поморщился он.

– Да сейчас! – даже возмутился я.– Фирма целостность товара по доставке не гарантирует. Разгружаем.

Выкидывать – не разгружать, справились относительно быстро, тем более что забит оказался не весь фургон, а только его передняя треть. Запыхались, взмокли, но справились. У дверей фургона образовалась гора больших коробок. Теперь бочки. Они не то чтобы тяжелые – пластик все же, но здорово неудобные, так что придется повозиться. Нам бы еще одного человека, чтобы двое катало, а один в кузове кантовал, но нет, придется лазить туда-сюда-обратно. От Дрики в грузчицком деле пользы все же мало, да и пост снимать нельзя: а если сожрут?

– Давай просто закидывать – пусть раскатываются, а потом уже заберемся внутрь и поставим нормально,– предложил Сэм.

Это правильно, что нам еще остается? Побежали в ангар.

Грузить что-то тяжелое во всей боевой снаряге и с автоматом на груди – никак не лучший вариант, но по-другому здесь существовать вообще нельзя. Я даже когда спать ложусь и автомат снимаю, чувствую себя неуверенно, словно голый перед строем врагов.

К счастью, пластиковые бочки не такие тяжелые, как стальные, с ними все куда проще. Подкатывали к грузовику по шесть штук, затем наклоняли, подхватывали с двух сторон и толкали внутрь, чтобы к противоположной стенке откатывались. Затем я забирался в бокс и уже устанавливал их аккуратно, вдоль борта, чтобы потом их можно было закрепить – да и ехать, благословясь. Если набросать больше, то будут сталкиваться и мешать грузить, надо вот так, партиями.

Так притащили одну порцию, затем вторую. Пока я ее кантовал в боксе, Сэм направился за следующей бочкой, чтобы времени не терять. А затем зарычал Сокс. Громко зарычал, свирепо, как-то по-волчьи, что ли, чего никак не ожидаешь от такого, в сущности, не слишком даже большого пса.

Руки сами упали на автомат, уперли приклад в плечо.

– Дрика? – крикнул я.

– Не вижу ничего! – послышался ее голос сверху, немного паникующий.