Перевозчик - Алекс Орлов

Роджер вышел на улицу и облегченно вздохнул, теперь он по-иному воспринимал все, что видел до посещения доктора.

Городской воздух казался насыщенным кислородом и запахом нагретых за день клумб с толикой кофейного аромата из располагавшихся ниже по улице кафе и ресторанов. Туда Роджер и устремился, свободный и распрямленный.

Он сделал большое дело, и теперь оставалось порожняком вернуться домой, при всем, как говорится, удовольствии.

Навстречу, раскачиваясь на мостовой, катился автомобиль, и Роджер невольно задержался, глядя на его пассажиров.

Это были старуха и племянник – он не мог ошибиться. Но теперь они смотрели куда-то сквозь него и продолжили движение.

Роджер пожал плечами и пошел дальше. Он направлялся к стоянке такси, чтобы отправиться в порт, больше его здесь ничто не удерживало.

– Куда? – переспросил таксист, который в ожидании пассажиров слушал музыку.

– В порт.

– Хорошо, мистер. Если вы спешите, то за дополнительную плату…

– Я дам тебе чаевых, только помолчи, – попросил Роджер, забрасывая в салон чемодан и садясь на заднее сиденье.

Он только сейчас начал чувствовать, как уходит тяжесть этой огромной ответственности за выполнение задания. Начинали ныть руки, ноги, даже челюсти, а еще навалилась апатия.

Такое случалось и прежде – это было не первое его задание.

– Что с вами, мистер? – спросил таксист, когда они остановились на перекрестке.

– Чего?

– Вы кричали, мистер…

– А… Это… Ногу свело судорогой, на погоду реакция.

– Бывает, – кивнул таксист, и они поехали дальше. А ноги действительно крутило так, что впору было принимать обезболивающее.

– …самые лучшие шлюхи…

– Что?

– Я говорю – та самая улица, что я вам говорил. Можно заказать блондинку, брюнетку, молодую или солидную даму, и они будут ждать вас в порту. Очень удобно.

– Очень удобно, – согласился Роджер.

Каппа. Он много раз задумывался – что она такое? Его прежние задания, до отставки, этой темы едва касались, но все же приходилось задавать себе разные вопросы.

Роджер помнил, что другие перевозчики старательно избегали заданий, связанных с Каппой, потому что малы шансы вернуться живым. Но, правда, были и добровольцы, Роджер знал одного такого парня из пятого отдела. Высокий блондин с немного сумасшедшим взглядом. Роджер как-то видел его на татами – тот мог биться с пятью противниками одновременно.

А еще он видел коробку с останками этого агента, которую привезли после того, как он не добрался до цели. Совсем маленькая оказалась коробка.

Сам он чаще возил тайные распоряжения правительства сырьевым гигантам вроде «Таменко» и «КСН».

Частные компании хотели иметь известную свободу действий и не спотыкаться о законы и конституцию, но такую свободу, иногда и в интересах государства, давали тайные распоряжения правительства. А чтобы никто об этом не узнал, существовал департамент доставки в специальной службе ИК – «инженерного контроля». Официально это был государственный комитет по развитию отсталых регионов, но на деле – еще одна спецслужба, которая занималась пересылкой самых тайных из всех тайных донесений, какие нельзя было доверить существующим сетям и действующим на территории государства агентствам.

Передать такие телеграммы по проводам или в эфир означало дать козырь в руки шантажистам, ведь повсюду действовали бюро перехвата и расшифровки, которые не оставляли от государственных тайн камня на камне. В этих условиях живые гонцы был лучшей и единственной альтернативой, но они лишали бюро перехвата их пиратского заработка, поэтому те предпринимали массу усилий, чтобы помешать перекачивать информацию с помощью агентов ИК.

Они их попросту уничтожали – гасили, словно на спортивном стрельбище, а желающих поохотиться на перевозчика было хоть отбавляй, ведь за это хорошо платили.

И им приходилось учиться выживать. Вот Роджер и тоже научился.

Чтобы лучше понимать, кого стоит опасаться, перевозчики были вынуждены идти на должностное преступление – иногда вскрывали коды и считывали донесение.

На переправку это никак не влияло, а получатель, если и замечал нестыковки в электронной пломбе, как правило, не поднимал шума.