Хроники замка Брасс - Майкл Муркок

Потерянный бог ухмыльнулся.

– Подумай. Нам нужен талисман на удачу. Нам нужна та сила, какой ты обладаешь.

– И что же это за сила?

– Сила Человека.

– Это-то и нужно всем богам, верно?

– Да, – согласился Кулл, хотя и с неохотой, – но некоторым она нужна больше, чем остальным. У Ринна и Кулла есть Ринн и Кулл, но нам было бы веселее, если бы ты пошел с нами.

Корум покачал головой.

– Ты понимаешь, что тебе не жить после Слияния?

– Я понимаю, Кулл.

– Ия надеюсь, ты теперь понимаешь, что это не я на самом деле убил Повелителей Порядка и Хаоса?

– Кажется, да.

– Я всего лишь завершил работу, начатую тобой, Корум.

– Как ты добр.

– Я говорю правду. Я тщеславный бог, я не питаю теплых чувств ни к кому, кроме Ринна. Но мне можно верить почти во всем. Уходя, я оставляю тебе правду.

– Благодарю тебя, Кулл.

– Прощай. – Грубо вытесанная фигура исчезла.

Корум прошел через двор, через пыльные залы и коридоры замка, поднялся на высокую башню, откуда было видно море. Он знал, что Лаум-ан-Эш, эта чудесная земля, теперь лежит на дне, лишь отдельные фрагменты до сих пор возвышаются над волнами. И он вздохнул, но не чувствовал себя при этом несчастным.

Он увидел, как в его сторону скачет по волнам кто-то черный с широкой ухмылкой на лице и не внушающим доверия взглядом.

– Корум? Корум?

– Я тебя знаю, – сказал Корум.

– Можно мне погостить у тебя, Корум? Я многое могу для тебя сделать. Я стану твоим слугой, Корум.

– Мне не нужен слуга.

Некто замер над морем, покачиваясь в ритме движения волн.

– Впусти меня в замок, Корум.

– Я не зову гостей.

– Я могу привести к тебе тех, кого ты любишь.

– Они и так со мной. – И Корум стоял на зубчатой стене, потешаясь над черным, который лишь злобно косился и фыркал. А потом Корум прыгнул, чтобы тело его ударилось о скалы у подножья горы Мойдель и чтобы дух его стал свободен от всего.

А черный взревел от ярости, от отчаяния и еще от страха…

– Он ведь последнее порождение Хаоса, верно? – спросил Эрикёзе, когда картина померкла и статуя Корума вернулась на место.

– В этом обличии да, – сказал ребенок, – несчастное создание.

– Я так часто встречал его, – продолжал Эрикёзе. – Иногда он служил добру…

– Но ведь Хаос и не есть совершенное зло, – заметил ребенок. – Как и Порядок не абсолютное добро. Это примитивное разделение, в лучшем случае они представляют собой всего лишь предпочтения, свойственные конкретным мужчинам и женщинам. Существуют другие элементы…

– Ты говоришь о Космическом Равновесии? – уточнил Хоукмун. – О Рунном посохе?

– Назовешь это Сознанием, да? – вставил Орланд Фанк. – Но сможешь ли ты назвать это Терпимостью?

– Все это примитивно, – настаивал ребенок.

– И ты признаешь это? – Оладан был изумлен. – В таком случае чем их заменить, что будет лучше?

Ребенок улыбнулся, но ничего не ответил.

– Хотите еще посмотреть? – спросил он Хоукмуна и Эрикёзе. Те замотали головами.

– Эта черная фигура постоянно нам угрожает, – сказал Хоукмун. – Замышляет нас уничтожить.

– Ему нужны ваши души, – пояснил ребенок.

Джон ап-Рисс произнес спокойно:

– В Йеле, в деревнях, ходят легенды об этом создании. Кажется, его зовут Сейтанн?

Ребенок пожал плечами.

– Стоит дать ему любое имя, и сила его увеличивается. Оставь его без имени, и сила его слабеет. Я зову его Страх. Величайший враг человечества.

– Но он хороший друг тех, кто использует его, – заметил Эмшон из Аризо.

Оладан уточнил:

– До поры до времени.

– Вероломный друг, даже для тех, кому он помогает больше всего, – сказал ребенок. – О, как же он мечтает, чтобы его впустили в Танелорн!

– Он не может войти?

– Сейчас сможет, но только потому, что он пришел меняться.

– И что же он меняет? – спросил Хоукмун.

– Души, как я уже говорил. Души. Смотрите, сейчас я его впущу. – И ребенок, кажется, лишился обычного спокойствия, когда взмахнул своим посохом. – Он пришел сюда прямиком из лимба.