Ричард Длинные Руки - гауграф - Гай Юлий Орловский

Сейчас это выглядело, будто огромная плоская змея, блестя крупными чешуйками, стремительно перетекает из одной пещеры в другую, потом все кончилось, последняя сотня жуков бежит медленнее, кое-кто хромает, панцири потрепаны, в трещинах и вмятинах, а у самих жуков у кого не хватает одной-двух лап, у кого усика.

– Ветераны, – произнес Тамплиер и отдал честь. – Вот у кого надо учиться жить.

– Да, – согласился сэр Герцлер, – предпочитают погибнуть в битве, чем умереть в постелях.

Я буркнул:

– А если те бегут на пир?.. Ладно, пошли.

Сэр Герцлер топал за спиной, я чувствовал, как то и дело оглядывается.

– Только бы не вернулись… Что вообще-то за жуки?

– Не знаю, – ответил я. – Где-то видел, но не вспомню… что при моей памяти вообще-то странно. Наверное, не хочу вспоминать. Что-то гадкое с этими жуками. Мне кажется, съедают людей заживо.

– Господи, – прошептал сэр Герцлер, я чувствовал, что он усиленно крестится. – Сколько же дураков пришлось пожрать, что так разжирели!

Я молча подумал только, что Войны Магов сметали с лица земли все живое, а в пещерах выживали как бактерии, так и спустившиеся туда за добычей или из любопытства семьи жуков и всяких сусликов. И если наверху всякий раз приходилось сушу заселять заново, то здесь войны возникали только за пространство, а это значит, выжили сильнейшие. А нам придется столкнуться… даже не знаю с чем. Здесь суслики за десятки тысяч лет научились, наверное, уже и крокодилов жрать. А несуслики так и вообще…

Пещера становилась все огромнее. Мы двигались в освещенном пятачке, не видя ни свода, ни стен. Даже перед моими глазами только серая даль, что значит, стены очень далеко, словно идем по знаменитой Мамонтовой пещере.

Сэр Герцлер начал с натужным веселием рассказывать, как он в прошлый раз погулял у друга на свадьбе. Сэр Тамплиер поспешно вскинул щит, мы услышали звон железа, а на пол скатился огромный булыжник.

– Что за… – начал сэр Герцлер в недоумении, но тоже вскинул свой продырявленный щит.

Из темноты летели камни. Оба рыцаря закрывались щитами, кольцо сэра Герцлера высветило ту сторону достаточно ярко, мы увидели кучку низкорослых и тщедушных людей в звериных шкурах, моргают и закрываются от ослепительного для них света.

– Ударим? – закричал сэр Герцлер азартно.

– Все сожжем, – сказал я ему в тон, – мужчин перебьем, а женщин изнасилуем?

– Ну, да, – сказал он, – а как же?

– Это их земли, – сказал я. – Им и так отступать некуда. Вон еще ход в другую пещеру! Пойдемте.

Некоторое время нам еще бросали камни вслед. Потом мы слышали, как пробираются за нами. В соседней пещере тусклый свет от стен, в самом центре среди массивных глыб удивительно круглая дыра с такими краями, словно вырезали по циркулю.

Бросальщики камней в самом деле отстали, очень счастливые, что прогнали трех ужасных монстров. Я заглянул – темный колодец, видны только безупречно гладкие стены.

– Нужно посмотреть, – сказал я. – Вот и снова веревки пригодятся.

Сэр Герцлер и Тамплиер переглядывались, но пальцами у виска не крутили, спустили веревку. Закрепив вокруг большого валуна, я спустился первым, затем сэр Герцлер. За Тамплиера я опасался всерьез, но веревка выдержала гигантский вес. Его ноги еще не коснулись пола, а я уже сделал пару шагов, удерживаясь от соблазна создать шарик света и быстренько все осмотреть в цвете.

Вверх уходит древний каменный колодец, а мы в просторной мрачной комнате, смахивающей на склеп. Только бы не оживающие мумии, мелькнула устрашенная мысль. Как противно и однообразно. И не вампирша в гробу, а то нас трое…

Вверху загрохотало, свет на конце трубы начал быстро меркнуть. Донеслись злорадные голоса, скрежет камня по камню.

– Нас здесь захоронили! – прокричал сэр Герцлер в ужасе и зачем-то добавил: – Заживо!..

Свет из его кольца высветил серые гранитные стены. Не пещера, как показалось вначале, а в самом деле добротная и мрачная усыпальница, выдолблена достаточно тщательно, стены в причудливых барельефах, статуи выступают из камня наполовину, по две на каждой стене…

Всего три гроба, я заглянул во все три, пусто, ограблено, пошарил в одном по днищу, нажал и повернул. Щелкнуло, открылся небольшой тайник, тускло блеснули золотые монеты с профилями неведомых правителей.

Я деловито пересыпал в свой пояс, Тамплиер сказал с непередаваемым презрением:

– Время не теряете, сэр Ричард? Вы в самом деле рыцарь?

– Я рыцарь новой формации, – буркнул я. – Без тормозов. К тому же, раз зашли, как не взять сувенир на вечную память? Иначе не поверят, что здесь были.

Он смолчал, не совсем сами зашли, ощупывал стены, тихонько проклиная чересчур старательных строителей. Я всмотрелся в каменные плиты, где средняя часть стены заплетена отвратительной на вид и совершенно высохшей паутиной, густой и плотной, как паранджа гаремных жен саудовских монархов.

Мои пальцы будто сами по себе принялись срывать паутину, сэр Герцлер прорычал с отвращением:

– Зачем?

– Потому что пауки знают, – ответил я, – где плести сети.

В камне, как я и предположил, крупно и четко, на случай плохого освещения, вырезаны сложнейшие криптограммы на языке дофиникийской письменности.

– Каббала, – сказал я довольно. – Это хорошо, кто из нас не знает каббалу, руны или хеттскую клинопись? Это как кота двумя пальцами об асфальт… Та-а-ак, все понятно, вот там выход.

Я взялся за выпуклости одной из женских статуй, сперва никак не реагировала, но сумел отыскать чувствительные точки, грамотный, под пальцами потеплело и как будто даже увеличилось в размерах. Воспрянув духом, я сперва погладил, затем потер, как лампу Аладдина, нажал. Статуя задвигалась и с чувственным вздохом опрокинулась навзничь, раскинув руки и раздвинув ноги.

Тамплиер произнес с презрением:

– Вот что делает с человеком похоть!.. Даже на камень…

Сэр Герцлер смотрел с раскрытым ртом на открывшийся за статуей женщины темный узкий проход.

– Как вы… – охнул он.

– С женщинами уметь надо, – сказал я с чувством полнейшего превосходства. – Даже каменные отзываются, если найти верный подход. Дикари-с…

На этот раз, не утерпев, я создал солнечный шарик и запустил вперед, не люблю, когда у кого-то преимущество. Тамплиер что-то проворчал, пальцы его щупали крест на груди. Я пригнулся и шагнул следом за огоньком. Дорогу то и дело перегораживали целые заросли белых косм паутины, иногда похожих на тончайшую вуаль, иногда в виде веревок, толщиной с палец. Я опасливо слюнил палец и щупал, но липкие капельки уже высохли, паутина безопасна даже для мух. Хотя эта больше подходит для кроликов, а то и волков.

Сэр Герцлер вскликнул, когда под ногой тихо захрустело, а труп паука, размером с барана, рассыпался, взметнув серое облачко пыли.