Осколки разбитой короны - Раймонд Фейст

— Пересмешники. Кое-кто посоветовал мне выяснить, чем занимались Нолан и Риггс до вступления в стражу.

— Они в основном работали в порту, собирая информацию для твоего деда и отца. Когда город пал, мы не высовывались и сумели уцелеть. Меня взяли в плен, и я застрял в этом проклятом рабочем отряде, пока ты не появился. Я не мог никому открыть, что знаю выход, так что когда ты организовал побег, это было подарком судьбы. Ну и то, что ты провел нас мимо пересмешников, это тоже было удачно.

— Рад был услужить, — усмехнулся Дэш.

— Нолан и Риггс тоже были в рабочем отряде; их освободили, когда Дуко договорился с принцем. Я послал их работать к тебе, потому что мне надо было восстановить свою сеть. Они были моими последними агентами в этом городе, — признался Тэлвин, поморщившись.

— Так что тебе приходится все начинать сначала.

— Да. Только поэтому я все это тебе рассказываю.

— Я понимаю, — сказал Дэш. — Действительно, обстоятельства требуют, чтобы мы работали вместе. Когда я начал искать тех, кто убил твоих людей, кто-то прикончил моего лучшего агента.

— Кто-то в Крондоре не хочет, чтобы мы подобрались слишком близко.

— Так или иначе, нам не хватает людей, чтобы сделать все, что нужно. Начинай вынюхивать, и я не буду приставать к тебе с обычными дежурствами. Если кто-нибудь спросит, ты мой заместитель и выполняешь мои поручения. И думаю, нам нужно срочно привлечь третьего человека.

— Кого?

— Надежнее Густава не найти.

— Я себе агентов не такими вижу, — произнес Тэлвин с сомнением в голосе.

— Я тоже, — признался Дэш, — но не всем же быть ловкачами. Я хочу, чтобы кто-то еще был в курсе наших дел и, если мы оба погибнем, смог бы пойти к графу Силденскому и рассказать ему, что происходит. В канализации ему ползать совсем ни к чему.

— Согласен, но нам понадобятся и люди, чтобы действовать в канализации.

Дэш ухмыльнулся.

— Не обязательно. Нам просто надо договориться с нужными людьми.

— Пересмешниками?

— Они думают, что город пытается захватить новая банда, но мы-то с тобой лучше знаем.

Тэлвин кивнул.

— Агенты из Кеша или Квега.

— Или и те и другие.

— Но кто бы они ни были, нам надо с ними разобраться, и быстро, потому что если хотя бы до одной из этих империй дойдет весть о том, что в городе меньше пятисот вооруженных защитников, к началу зимы мы все можем погибнуть.

— Я займусь пересмешниками, — сказал Дэш, — а ты найди себе агентов. Я не хочу знать, кто они, если только ты не будешь устраивать их ко мне стражниками.

— Согласен.

— Я полагаю, ты будешь действовать через посредников.

— Разумное предположение.

— Сделай список и передай его мне. Я спрячу его у себя в комнате во дворце. — Дэш усмехнулся. — Примерно раз в неделю я до нее добираюсь, переодеться и вымыться. Я оставлю у графа Брайана запечатанное послание с просьбой открыть после моей смерти, а в нем сообщу, где находится этот список.

— Когда сеть будет восстановлена, я хочу, чтобы ты этот список уничтожил, — сказал Тэлвин.

— С удовольствием, — кивнул Дэш, — но какой толк принесут агенты, если мы с тобой оба погибнем и некому будет передать информацию?

— Я понимаю, — сказал Тэлвин.

— Пойдем со мной.

Он повел Тэлвина обратно в середину комнаты и сказал двум отдыхавшим стражникам:

— Это Тэлвин. Он мой новый заместитель. Он будет все координировать в мое отсутствие. Покажите ему, что и как, а потом делайте то, что он вам скажет.

Тэлвин кивнул, и Дэш принес ему красную повязку. Когда агент ушел, Дэш вернулся к работе, гадая, сколько еще сюрпризов ему достанется в наследство от деда и отца.

* * *

— Вот тот пижон на горячем жеребце, — сказал Джимми, — это Марсель Дюваль, сквайр королевского двора и очень близкий друг старшего сына герцога Бас-Тайры.

Черный жеребец действительно был горяч: он фыркал, бил копытом по земле и, казалось, в любой момент готов был сбросить всадника. Сквайр не пытался слезть, пока не подбежал ординарец и не взял жеребца под уздцы. Потом Дюваль быстро спешился и отошел подальше от коня.

Дуко рассмеялся.

— Зачем он связался с таким неспокойным конем?

— Из тщеславия, — сказал Джимми. — В Малак-Кроссе таких полно.

— И что это за отряд такой? — осведомился Дуко.

— Его собственная гвардия. Многие дворяне на Востоке заводят себе такие — они красиво смотрятся на параде.

При взгляде на сопровождавших сквайра солдат действительно становилось ясно, что их готовили для парада, а не для битвы. Каждый восседал на черном коне без единой метины, и все кони были примерно одного размера. На каждом гвардейце были панталоны цвета оленьей кожи, заправленные в черные кавалерийские сапоги с отделкой красным шнуром по отворотам. Цвет шнура совпадал с цветом красных туник, отделанных черным кантом по плечам, рукавам и вороту. Отполированные стальные нагрудные пластины были, похоже, окаймлены медью, а через левое плечо каждый гвардеец перекинул короткий желтый плащ. На головах у них красовались круглые стальные шлемы, отделанные белым мехом, а на шее болтались стальные цепи. У каждого было длинное копье из лакированного черного дерева с наконечником из ярко отполированной стали.

Дуко не сумел удержаться от смеха.

— Они же тут испачкаются!

Внезапно Джимми рассмеялся тоже и с трудом сумел взять себя в руки, когда сквайр поднялся по ступеням к двери постоялого двора. Когда дверь открылась, один из старых солдат Дуко объявил:

— К вам джентльмен, милорд.

Дуко подошел к Дювалю, протянул ему руку и сказал:

— Добро пожаловать, сквайр Марсель. Я о вас наслышан.

По протоколу сквайр должен был первым представляться герцогу, так что Дюваля застали врасплох. Он замер, не зная, пожать ли герцогу руку или поклониться, и в результате быстро и неловко поклонился и протянул руку как раз тогда, когда Дуко убирал свою. Джимми чуть не задохнулся, стараясь не рассмеяться вновь.

— Э… ваша светлость, — сказал смущенный сквайр из Бас-Тайры, — я явился передать свой меч в ваше распоряжение. — Он увидел стоявшего сбоку Джимми и воскликнул: — Джеймс?

— Здравствуй, Марсель, — сказал Джимми, слегка кивнув.

— Я не знал, что вы здесь, сквайр.

— Вообще-то он теперь граф, — поправил его Дуко.

Марсель широко распахнул глаза, отчего стал выглядеть еще смешнее — на нем была такая же форма, как у его людей, но шлем был побольше и украшен стилизованными крыльями. Лицо у него было круглое, а пышные усы задорно торчали кончиками вверх.